Виктория Миш – Как я прогуляла урок некромантии (страница 37)

И почему мне она раньше нравилась?.. Она казалась такой знающей, такой мудрой!..

Когда дело не касалось мужчин.

- Ты можешь перевести проклятие на моего ворона, - вдруг предложил Рэд, - Он – живое существо, мыслящее. Почти человек… Может и сойдет за оборотня... А магии мы в него подкачаем… Думаю, что выживу без него.

- Ты с ума сошел! – взвизгнула Урсула. Она дернулась к ведьмаку и чуть было не схватила его за рукав. В последний момент передумала, - Ты сильно пострадаешь, лишившись помощника! Ведьмаки не просто так их заводят… Это древняя традиция.

- Ну так к меня не фамильяр, а простой слуга, - возразил Рэдгоун.

- Ты привязан к нему. Он часть твоей души. Твои глаза и уши! – горячо воскликнула Урсула.

В ее глазах стояла решимость. Она знала больше моего и сильно переживала за ведьмака. И пока я думала о том, почему Формблю изо всех сил скрывает рвущуюся наружу улыбку, услышала ответ:

- Должен же я помочь своей невесте…

Урсулу передернуло. Она вспыхнула, хотела что-то сказать и вместо этого закрыла рот.

- Как знаешь, зельевар! – оскорбительно усмехнувшись, она поджала губы, - Хочешь страдать – страдай! Я мешать тебе не стану.

Повисла тянущая пауза. Урсула с вызовом смотрела на ведьмака. Тот добродушно скалился, не отступая. Формблю наблюдал за перепалкой и не вмешивался, и для меня становилось загадкой – почему?

Почему некромант позволяет рисковать Лайну? Ему не жалко ведьмака? Или он уверен, что с новой жертвой ритуал точно получится?

- Мой ворон достаточно хорошо подходит для этой роли. А страдание – удел каждого, - философски заметил ведьмак и повернулся ко мне: - Гелла, ты готова? Ворон уже на подоконнике. Впустите его…

- Лайн, - всё-таки вмешался Формблю, - Подумай еще раз, готов ли ты остаться без помощника. Нового найти и обучить будет непросто.

- Знаю. И всё же, жизнь Геллы и ее фамильяра волнует меня больше ворона.

- Ты попрощаешься с ним?

Рэдгоун кивнул. Я медленно подошла к окну и впустила черного очень большого ворона. Размером он был с Чеша, а когда он глянул на меня своим проницательным черным оком, меня замутило.

- Он разумный… - пробормотала я.

- Да, поэтому он и поможет нам.

- Разумный!..

Ворон взлетел и, сделав по комнате круг, опустился на плечо Рэдгоуна.

- Я не могу. Я отказываюсь! – пробормотала я, - Надо придумать другой вариант!..

- Не дури, Гелла! Ты связана с фамильяром крепче, чем я с вороном! – крикнул мне Рэдгоун, - Становись в пентаграмму, я передам тебе силу.

- Нет! Нет-нет! – не понимая, что, собственно, делаю, я схватила метелку и быстро, пока не сообразили преподаватели, рванула к окну, - Мне нужен другой план.

- Гелла-а-а! – донесся мне вслед возмущенный вопль из трех голосов.

Глава 20

Мысль о переводе проклятия на живое существо мне не нравилась. И уж тем более мне не нравилось, что Рэд был готов пожертвовать своим помощником ради меня.

Да, он учился у моей бабушки и был ей очень благодарен.

Но… я – не она! У меня собственная жизнь и я не хочу омрачать ее такой жертвой.

Формблю ничего не предложил. Урсула воспротивилась – интересно, почему так рьяно? Ей что, нравится Рэдгоун? Уж больно она переживала… Тогда что ведьма делала у Генри? И она приревновала меня к некроманту не просто так! Ей что теперь, самых симпатичных преподавателей нужно отдать?

Фиг ей!

…Летала я над лесом долго. Мысли мои всё никак не прочищались, а будто еще больше запутывались. Плюнув на попытку хоть как-нибудь разрешить эту ситуацию, я решила полететь в Лимэс.

Прогуляюсь по тихим улочкам, посмотрю на прохожих, послушаю досужие сплетни. Иногда интуиция спит и ждет подходящего знака – так говорила бабушка. Вот и я прогуляюсь по городку и отвлекусь. Чеш остался в пентаграмме, а она всегда поддерживает жизненные силы того, кто там стоит. Пусть слабенько, пусть не вылечивает, но поддерживает. И Чеш дождется меня – я уверена. В спальне Формблю он в безопасности.

Субботний городок кипел и радовался жизни. На площади открылась очередная осенняя ярмарка – заботливые хозяйки продавали варенье, сушеные фрукты и овощи, вяленую рыбу, да шерстяные вещички. Пролетая над кружевными шалями из лебяжьего пуха, я подумала, что мне самой пригодилась бы такая – уж больно в комнате становилось холодно.

Зима близко. А денег нет. Да и стипендия – мелькает, словно призрачная дрема.

Скоро и новогодние каникулы, в которые я полечу домой. Лесная избушка надежно защищена оберегающими заклинаниями. Бабушка постаралась… Мне самой ничего нового колдовать не пришлось. Я всего то подпитала их своей силой, да подмела полы напоследок, чтобы задобрить домового.

Сделав круг над площадью, я приземлилась у кофейни.

Вокруг гуляло много студентов из моей академии. Вдалеке я заметила Нинель и Газелью – они выбирали вязанные рукавички, торгуясь так громко, что их голоса будто поднимались над площадью.

Где-то у рыбных рядов мелькнула светлая макушка Кандидея. Наш куратор любил прогуляться по ярмарке и покритиковать товар.

Что ж, каждому свое. Кому-то заботы по спасению фамильяра, а ком-то- чашку горячего чая.

Вздохнув, я побрела вдоль торговых рядов. Денег у меня с собой нет, так хоть погляжу, что продают. Приценюсь на будущее.

Если оно будет.

Если Чеш выживет.

Он ведь даже ничего не ест. Знаю, что фамильярам еда не нужна, и выпрашивают они смеха ради, но я так привыкла, что Чеш постоянно клянчит колбасу и всякие вкусняшки, из-за которых мы спорим, понарошку ссоримся, обмениваемся колкостями, что… мне не по себе. Я так скучаю по его веселой наглой физиономии, по нашим разговорам!..

Машинально я свернула к лоткам с вяленой говядиной, в животе некрасиво заурчало.

Нет. Дразнить себя едой нехорошо. Потерплю до ужина.

Пора выходить с ярмарки и просто прогуляться по улочкам.

Я переложила метелку в другую руку и вышла к серому унылому домику. Он стоял сразу за мясным рядом и занавешенные окна в такой солнечный погожий день навивали мысли, что хозяев дома нет.

«Загляну-ка я в сад. Может, там еще осталась парочка зимних яблок» - подумалось мне.

Иногда я позволяла себе такую вольность: подлететь на метле к самой макушке, туда, где невозможно достать яблоко обычным способом, и сорвать никому не нужный фрукт.

И хотя лед уже пару раз сковывал ночью придорожные лужи, осень стояла в этом году теплая.

Вдруг мне повезет? И я полакомлюсь позабытым затвердевшим яблочком?

Оглядевшись, я не заметила препятствий. Даже калитка была не заперта, а скорее, прикрыта на щеколду.

Раз, два, и вот – я в саду. Проныриваю поглубже, чтобы меня не было видно со стороны улицы. Захожу за сарай – поверх него как раз раскинула свои крепкие ветви крупная яблоня.

Еще в две секунды – сажусь на метлу и поднимаюсь в воздух. Облетаю дерево, переношусь к другому.

Груша! Мне повезло.

Две твердые, но с красными бочками грушки перекочевывают ко мне в руки.

Надо бы съесть. На весу - неудобно.

Я спускаюсь вниз, прислоняю метелку к крепкому стволу, а сама вытираю груши о юбку.

Вкусные! Сладость еще не растеряли, хотя и провисели достаточно долго.

- Глянь! Там никого? – вдруг послышался со стороны дома мужской голос.

Я чуть не подавилась последним кусочком!

Нырнула за ствол и опустилась на корточки, чтобы не быть увиденной.

Нырнула за ствол и опустилась на корточки, чтобы не быть увиденной.

- Нет. Выходим? – спросил другой голос.