Виктория Миш – Как я прогуляла урок некромантии (страница 27)
Я внимательно огляделась, перейдя на ведьмовское зрение.
И едва сдержала горестный вздох. Выбраться из комнаты самой не получится – я вижу охранную систему как хаотичное наложение чар друг на друга. Их много. Так много, что начинаешь запутываться … уже на третьем плетении.
А если развернуть диагностику в свою пользу и вытребовать привилегии? Кажется, я уже порядком достала магистра, и ему самому хочется побыстрее отвязаться от меня. Вон, ковыряет шкаф, будто и не его собственный.
Что ж, шанс вытребовать у меня поблажку – есть. Вот только получится ли воспользоваться? Хм… посмотрим.
- Знаете, магистр Формблю, вы мне нравитесь, - как можно беспечней говорю я и делаю долгую паузу. Такую, что магистр оборачивается и с нечитаемым выражением на лице – смею предположить, что всё-таки с интересом, а не ненавистью, смотрит на меня. Ага, внимание я захватила. Теперь пытаюсь захватить что-нибудь поценнее: - Вот только то, что
- В каком смысле? – магистр уже разворачивается полностью и делает шаг ко мне, - Я постарался как можно аккуратнее. Ничего не тревожа…
- Вы растревожили мое сердце, магистр! – трагически заявляю я и выдавливаю из себя одинокую слезу, - Как же
- На какую отработку? А… на отработку.
- За кинжал! – мой голос опустился до шепота, - Ведь я не виновата… Тогда, после вашего поцелуя на кладбище, я была сама не своя и не осознавала, что делала…
Брови магистра взметнулись вверх.
- Это был не мой поцелуй. А твой! Ты меня поцеловала, – возмутился он, - И не просто так, между прочим. С умыслом!
Неужели его это задевает?..
- Я вас обидела? Простите меня… - я потянула к нему руки, надеясь, что моя сценка выглядит красиво со стороны, - Простите, что воспользовалась вашей беспечностью… Вашим добрым ко мне отношением…
Магистр сначала хмыкнул, потом прищурился и… вместо того, чтобы простить и меня, и мою провинность, и снять меня с отработки – этого я, собственно, и добивалась, вдруг резко одернул:
- Хватит!.. Кончай этот спектакль!.. Из тебя вышла бы дурная актриса, Гелла.
Так! Мои старания не оценили. Привилегии улетели в звездное небо вместе с моей самооценкой. А ведь я старалась. Почти также, как бродячая труппа артистов. И чего их тогда закидали помидорами? Не пойму. Играли они хорошо. Даже блестяще!
- Почему дурная? – тут же обиделась я, - Не дурная, а плохая.
- Нет. Именно дурная. От слова дурь… - он сел на краешек кровати и с явственной угрозой в голосе приказал: - Оголяй живот, пока прошу по-хорошему. Иначе наложу на тебя фиксацию и сделаю всё сам. Поняла?..
Мда… игры кончились, так и не начавшись. А жаль!
- Поняла, - расстроенно ответила я и растянулась на кровати, - Только постарайтесь, пожалуйста, получше. Не как в прошлый раз. А то очень больно выходит…
Магистр меня пощадил. Больно не было – почти. А всё потому, что мои мысли и чувства занимало кое-что другое: движение пальцев по обнаженной коже, их тепло и затуманенный взгляд Формблю.
Он и вправду был сильным магом. Конечно, это не открытие, и я знала об этом раньше. Но не подозревала, насколько… Он мог вторгнуться в память предков, в животные инстинкты, которые живут в нашей потаенной памяти. Только шаманы древнейших времен могли делать это. Я читала в детстве, да и бабушка рассказывала.
- Странно. Ничего нет… - отозвался Формблю спустя долгих и мучительных десять минут, - Хотя что-то и должно быть… Гелла! У тебя что… нет тормозов? Совсем?.. Нет того, чего ты ужасно боишься?
Я мельком взглянула на замершую поверх пупка руку и со вздохом сказала:
- Почему нет? Есть, конечно...
- И что же это? – магистр чуть нажал указательным пальцем на живот, и я шумно выдохнула:
- Вы, магистр.
- Хм… - Формблю не ожидал такого ответа. Он обескураженно посмотрел на мой живот, потом на меня саму и отдернул руку, будто обжегся: - Зря. Не такой уж я и страшный.
И встал с кровати.
- Страшный. И даже очень! – не согласилась я, одергивая ткань, - Вы всех пугаете в академии.
- Так уж и всех? - магистр взволнованно мерил шагами свою комнату, - Я не делаю ничего ужасного или непозволительного.
- Это вам так кажется, - сказала я. Видеть магистра растерянного и удивленного было непривычно. И неожиданно приятно, - Как отсюда выйти? Мне пора к себе.
- Пора… - согласился Формблю, все еще наверчивая круги по комнате, - Как я и говорил, тебе следует быть осторожной, Гелла… Неясно, кто и почему тебя невзлюбил.
- Про порчу я помню, - уже взявшись за ручку двери, я вспомнила, что магистр крепко запер свою спальню. А значит, выйти без его ведома – не получится, - Выпустите меня, пожалуйста. Магистр ФОРМБЛЮ! Эй!..
- А? – Формблю поднял голову и невидящим взглядом уставился на меня, - Всё это очень странно. И крайне нелогично.
- Я пойду? Вы всё выяснили?
- Да, иди.
- Снимите вашу защиту. Дверь не открывается, - я демонстративно подергала ручку.
Что с ним? Всегда собранный и серьезный магистр ведет себя так, будто находится в душевном смятении. Как школьник.
Неужели я глубоко поразила его своими словами?
Ну... Я не хотела. Правда. Не собиралась даже. Просто ответила на вопрос…
Магистра будто бы подменили. Мне даже как-то страшно стало. За его душевное здоровье и свою последующую учебу…
- Магистр? – снова позвала я, на этот раз тише и ласковее.
Магистр очнулся и вздернул руками, шепча заклинание. По комнате прошлась магическая рябь, часть заклинаний слетела. Но и осталось много – так много, что я не заметила особо разницы.
- Иди. Как выйдешь за дверь, вызови своего фамильяра, пусть будет рядом. Не защитит, так позовет на помощь меня… - приказал Формблю, - Слева лестница – ведет до первого этажа в общий холл. Там дальше сориентируешься… ну и прошу не рассказывать никому о нашем исследовании. Это тайна.
- Угусь! – отозвалась я.
Разумеется, мне и в голову бы не пришло распространяться о том, как меня разложили на магистерской кровати и тестировали, будто лабораторную мышь.
- До свидания.
- Ага! – отозвался магистр, что было опять очень странно.
Я вышла за дверь. Оказалась в темном недружелюбном пространстве. Темно-серые доски порядком обветшали, а пол поскрипывал.
Прошла налево шагов десять и увидела лестницу.
- Значит, он и вправду живет в башне. Как по-некромантски!.. – не заметив ничего подозрительного, я позвала фамильяра: - Чеш! Иди сюда. Будешь охранять меня…
- От тебя самой? – мурлыкнул черный кот, проявившись сразу на перилах. Он потянулся, царапнув круглый набалдашник, и лениво зевнул: - Дело неблагодарное. И памятников за него не ставят.
- Придется. Магистр Формблю тебе велел.
Кот поглядел на меня с такой смесью отчаяния и сожаления, что я рассмеялась.
- Да ладно тебе! Пойдем вниз… я очень хочу есть. Еще немного – и на тебя наброшусь с голодухи!
- Пойдем! – кот спрыгнул на черные местами прогнившие ступени, - Иди за мной, а то провалишься. И не тормози на пролете – там пол еще более сгнивший… Сегодня на ужин дают колбасу жареную. И макароны со сливками. Принеси мне всего по чуть-чуть, и я поделюсь с тобой новостями.
- Ты что-то узнал?! – оживилась я, - О Формблю?
- Причем здесь твой Формблю? – кисло отозвался кот, - Не о нем. О другом. Но скажу только после подачки. Иначе – никак…
- Ладно, - кормить фамильяра итак входило в мои обязанности. Ничего страшного, если я стяну из столовой побольше колбасы, - Договорились.
Глава 16
Остаток дня прошел под названием: «А гори оно всё огнем! И да пошли вы все!». Никогда я еще так не нанервничалась, как в тот вечер.
Перед сном даже валерьянку пришлось заваривать, что в условиях маленькой комнатенки и трясущихся рук, было делом непростым. Могла ведь и спалить комнатку. Хорошо, что у меня такой внимательный и умный фамильяр – постоянно покрикивал на меня и обращал внимание на спешащие сбежать от бдительного взора искорки.
… А началось всё на ужине. Хотела я было запастись колбаской, хлебушком да яблочками, чтобы не одному Чешу во тьме еду уплетать, как ко мне в прямом смысле привязалась Газель. Протиснулась мимо ничего не понимающего Диндона и обвязала мою ногу красной ленточкой. Магическим способом, разумеется. Так, что я даже не заметила. А когда забирала поднос и отходила к столику, то дернула за эту веревочку.
Ножка у меня поехала не вперед, а назад, поднос полетел вверх, соревнуясь в быстроте с перелетными птицами, а сама я противно шлепнулась о пол прямо носом, из которого тут же полилась кровь.