Виктория Миш – Чёрт-те что, или Непыльная работёнка (страница 2)
– О, так и разбить недолго, – заметил Максим и принялся за салат, который официантка перенесла с его столика.
– Ты в первый раз здесь? – Дождавшись моего кивка, Макс продолжил: – И я. Прикольно тут, уютно и потанцевать можно. У меня друг играет – басист. Видишь того, справа в кожанке? – Вилка двинулась в направлении барной стойки.
– А я к подруге пришла. Она поет.
– Ксюша? Классно поет. – Макс окинул взглядом барную стойку, где сидела Ксюша с соком. Красивая, высокая блондинка. Эх, еще один обожатель Ксюши.
– А ты ни на чем таком не играешь? – заинтересовался парень.
– На фоно, но это было раньше. – Тыкнув вилкой в салат, я с независимым видом прожевала листочек.
Обычно я старалась не бередить старую рану. Она еще кровоточила и напоминала о себе. Да, я завязала с музыкой, разуверившись в своей гениальности. И не придумала, чем буду заниматься в жизни. Решила плыть по течению, искать новые варианты. Как знать, может, я великий художник, но пока не догадываюсь об этом.
– А мне сыграешь как-нибудь? – Хитро сощурившись, Макс сжевал черри.
– Посмотрим.
Вот еще вопросы! Делать мне нечего, что ли, – играть тебе? Обнаглели парни – ничего не выяснив, идут кирзовыми сапогами по больным местам. Можно ж догадаться, что если я
– И что ты делаешь по жизни?
После десяти минут душевного разговора прозвучал мой самый нелюбимый вопрос. Пришлось признаться, что ничего. Сейчас. А так – всегда что-то делаю, даже времени почитать любимую книжку нет.
– Да и вообще, жизнь такая сложная и непредсказуемая штука, что… – Не зная, как закончить свою туманную речь, я только взмахнула рукой, показывая, что жизнь – она такая, вот сразу и не поймешь какая!
– И я ничего! Нахожусь в вечном поиске! – поддержал меня парень и с воодушевлением поднял бокал виски, заботливо принесенный официанткой.
Мы опять выпили.
Завязался интересный разговор: Макс что-то говорил про книжки, учения и учителей. В какой-то момент съехал на религию и пытался выведать, как я к этому отношусь. Да никак, если честно. Поэтому мы еще раз обсудили книжки. Я с трудом улавливала обрывки фраз, музыка звенела вовсю, и приходилось пододвигаться совсем близко друг к другу и говорить чуть ли не в ухо. Не скажу, что мне это не нравилось, наоборот, сие обстоятельство добавляло разговору определенной интимности. Вот только услышать, что отвечал собеседник, было трудно.
– Давай отсядем в соседний зал. Невозможно спокойно поговорить, – предложила я, и Макс согласился.
«Ух, какая я боевая», – мелькнула по пути мысль, и мне она понравилась.
Была не была. Хватит уже прятать голову в песок, как страусиха. Надо начинать новую главу в своей жизни. Дерзать. Совершать и не бояться. Действовать!
И я решила – быть.
В соседнем зале стояли продолговатые диванчики, все занятые, кроме одного в углу – не иначе как нас поджидал. Мы сели и заказали минералки.
– Знаешь, я склоняюсь к мысли, что нам надо встретиться еще раз, – совсем нелогично выпалил Максим.
– Да? И почему? – Хотя чего это я. Понятно ж почему.
– С тобой так интересно поговорить!.. Ты веришь в Бога? – вдруг опять спросил он.
«Определенно, на нормальных парней мне не везет», – грустно подумалось мне.
Вот почему стоит в моем поле зрения появиться симпатичному парню, как у него обязательно находятся неожиданные наклонности или пагубные привычки? Макс размахивал руками и с жаром рассказывал про какого-то Леню, который был его учителем и учил его по жизни именно этой самой жизни.
– Нет, то есть да.
Очертания собеседника через столик поплыли, и мне захотелось на воздух. Пора сваливать. Симпатичный странный чудик – мой любимый тип. Еще не хватало, чтобы я стала разбираться с его проблемами, как это произошло с моим бывшим. Только спустя четыре года я поняла, что была для него не просто бюро добрых услуг, но и мамочкой, улаживавшей все важные жизненные вопросы.
Если честно, виновата я сама. Мне нравилась власть, которую он доверчиво сунул мне в руки. Я решала все и за всех. Никогда еще меня так не слушали открыв рот. А потом неожиданно выяснилось, что я чуть ли не на работу должна его устроить, рассылать резюме и сопроводительные письма.
Нет, второй раз я так не лопухнусь!
Немного пошатнувшись, я встала и пошла в дамскую комнату. Ксюша красила губы, и я с налету обняла ее.
– Ксюша, спасибо, что пригласила. Мне все очень-очень понравилось!..
Речь я не договорила, но Ксюша ведь у нас догадливая.
– И кого это ты подцепила? – Дернув плечом, она поправила платье и обернулась ко мне.
– Странного парня. Мне на них везет – на религии повернутый. Навряд ли что-то выйдет. Но мне сейчас так хорошо-о-о! – Я еще раз обняла Ксюшу и поцеловала в щечку. – Какая же ты хорошая, Ксюш, и как я тебе завидую! Все мужики – твои, даже этот…
– Ну, повернутого можешь оставить себе, мне не жалко! – Ксюша рассмеялась и дернулась к выходу. – Ладно, Оль, пошли, нам выходить пора.
Ребята вышли на сцену, и праздник продолжился.
Весь оставшийся вечер Максим исследовал мои губы. Мы целовались, стоя у стеночки в коридоре кафе, но почему-то никто на нас не обращал внимания.
Наконец я вспомнила о своих «важных делах» утром, и, обменявшись телефонами, мы разошлись.
Не стоило подпускать к себе этого странного парня близко, поэтому я запретила себя провожать.
Потом по телефону отошью его. Придумаю благовидный предлог и не пойду на свидание. Но пока – пусть телефон будет записан в моей телефонной книжке. Сегодняшний вечер определенно удался даже с учетом его чудаковатости.
Погода стояла теплая, волшебная. С удовольствием я вдохнула пряный городской воздух.
Ну здравствуй, метро! Я иду к тебе!
Перешагнув низенькую оградку, я ступила на идеально выстриженный газон.
Да, городские службы хорошо за этим следят в последнее время. Я шла по лужайке в горку и, засмотревшись на иллюминацию соседнего с метро кафе, неожиданно на что-то наступила.
Моя правая нога съехала вбок, потом подвернулась и, прежде чем я успела сообразить, что случилось, опрокинула меня на траву.
Кажется, зря я решила сократить путь. И ограду они не просто так поставили. Здесь же одни неровности!
– Опаньки! Ай!
Поднимаясь на локте, я разглядела причину, по которой чуть не прорыла носом землю: рядом со мной валялся небольшой красный мяч. Детский!
«И какие же это дети играют в мячик по ночам?!» – подумала я.
Очертания метро расплывались перед глазами, синее небо безучастно смотрело на мои страдания, а я вдруг поняла, что в стопе покалывает.
Неплохо я так подвернулась!
Опершись ладонью на землю, я сделала попытку встать. Но не успела. Прямо передо мной, всего в паре метров, возникло чудовище и разинуло огромную зубастую пасть…
Отмахнувшись от наваждения, я пригляделась. Ан нет, не чудовище. Огромный черный дог с красными глазами возмущенно смотрел на меня. Так, значит, это не дети мячи раскидывают, а владельцы собак!
Я нащупала мячик и бросила собачке. Та поймала на лету, но посмотрела на меня все так же с неодобрением.
Вот до чего я дожила! Собака и то меня не одобряет!
Я чуть не расплакалась от обиды.
– Девушка, вам помочь?
Пока я размазывала по лицу неожиданно выступившие слезы, подбежал хозяин собаки.
Он присел на корточки и встревоженно заглянул мне в лицо.
– Вас собака напугала или вы эм… отдыхаете? – спросил он.
Вид у него был ничем не примечательный. Русые, соломенного цвета волосы, чуть растопырившись, глядели в разные стороны. Рыжая футболка и джинсовые шорты дополняли хулиганский образ. Лет ему на вид было девятнадцать-двадцать.
Обычный такой мальчик с собачкой.
– У нее нога подвернута, – вдруг открыла пасть и сообщила во всеуслышание собачка, а потом добавила: – Бери и тащи домой. Компресс будем ставить.
– Какое… домой? – Я даже привстала на локте. – Мне к метро надо! – Я ткнула пальцем на вожделенный вход в каких-то сотнях метров.