Виктория Мальцева – Опиум. За мгновения до (страница 12)
Но Кристиан недаром брат своей сестры, парень не теряется, скидывает с плеч всё ту же кожаную куртку и расстилает вместо одеяла.
– Садись! – снова командует. – На моей куртке они точно не трахались!
И пока я спешу воспользоваться предложением, ибо действительно песок холодный, Мелания успевает выплюнуть:
– Я бы не была в этом так уверена, Кристи!
А Кристи, позволив себе приобнять меня, шепчет в самое ухо:
– Не слушай, она провоцирует.
И я разворачиваюсь, чтобы прошептать ответное:
– Я знаю. Спасибо за одеяло и куртку.
– Можно я обниму тебя? Так теплее! – Кристиан снова обдаёт моё ухо горячим шёпотом.
– Ты уже обнял, – отвечаю я тем же способом.
Крис оборачивает вокруг моего окоченевшего тела свои руки, утыкается носом в мой затылок, как будто вдыхая его запах, а может быть и правда делая это, но так, чтобы никто не заметил. И я снова вижу тот самый взгляд Дамиена: острый, почти одержимый, страстный, вибрирующий ненавистью. Именно этого его взгляда я боялась в детстве. Именно в такие моменты он бывал способен на особенно жестокие ответы, не говорю выпады, потому что в той спирали взаимного обмена подлостями, оскорблениями и подставами уже сложно было понять, кто первым всё это начал, кто прав, а кто виноват.
– Для вас двоих слишком много одного этого, такого ценного, одеяла! – заявляет Либби, толкая бедром Дамиена. – Делитесь!
И он, то ли погрязший в собственных, одному ему известных думах, то ли по доброте душевной, что вряд ли, двигается, уступая моей подруге край с левого фланга. Мелании это не нравится, но она молчит, выгнув бровь, и испепеляет Либби взглядом. В конце концов Мымра, не выдержав, бросает:
– Задницу свою не жми так к нему!
И снова смех, и снова шутки. Но я замечаю, что Дамиену всё это не очень нравится, вижу, как нахмурены его брови, как неподвижен взгляд, зафиксированный на песке прямо перед ним. Словно перед бурей.
И не ошибаюсь:
– Нам пора, – сообщает, резко вставая.
– Мы же только приехали! – не верит своим ушам Мелания.
– Если хочешь, можешь оставаться, а мне нужно в город, – его тон непреклонен.
– Да что с тобой такое?! – она огорчена, расстроена, но её голос, хоть она и возмущается, мягкий, покорный.
Мелания поднимается, лицо её перекошено то ли обидой, то ли разочарованием, то ли не знаю ещё чем, но пока руки складывают синее одеяло, она успевает нацепить маску непринуждённости, улыбку и свою царскую корону.
Дамиен прощается с друзьями, и многие из них не скрывают недовольства столь преждевременным уходом звезды местного пошиба.
– Нам есть чем заняться! – уверяет всех Мелания, вложив в каждую гласную максимум своих ожиданий. И чтобы совсем уж ни у кого не осталось сомнений, закрепляет эффект почти вызывающим поцелуем в губы.
Я отворачиваюсь – смотреть на чужой интим неприятно. Когда в кино, это одно дело, а наяву и с реальными людьми чувствуешь себя извращенцем. Но я в этих ощущениях абсолютно одинока, потому что все остальные поддерживают представление свистом и поощрительными возгласами, даже Крис, сидящий рядом со мной, не может удержаться от комментария:
– Только потише ночью, ребята! Я не могу смотреть порнуху, когда за стеной реальный марафон!
Ребята, естественно, ржут, Рон считает своим долгом похлопать Дамиена по спине:
– Реальные парни не спят рядом с такими красотками, как Мел! – заявляет, и сестра светится, буквально плавает в море собственного самомнения.
Мне остаётся только подняться и уйти к воде слушать размеренность волн, подставлять лицо не сильному, но уже пахнущему октябрём ветру. Крис обнаруживает себя сигналом пришедшего на его телефон сообщения: вначале я вижу его красивое лицо, освещённое голубым светом, затем перевожу взгляд на экран и замечаю переписку с Дамиеном.
Надо же, думаю, какая забота!
– Обратно я поеду с Либби, – ставлю его в известность.
Кристиан улыбается моей ослиной упёртости, находя в ней очарование:
– Не будь такой колючкой! Теперь, когда твой брат попросил меня присмотреть за тобой…
– А он просил?
– Просил, – улыбается ещё шире, – руками не трогать! И не позволять другим!
Пожимаю плечами, демонстрируя полнейшее отсутствие веры в это признание.
Глава 13. Дамиен: Вкус, цвет и запах
– Называй меня своей девочкой!
– Девочкой…, – повторяю, не веря своим ушам.
– Да. Только вслушайся: «моя девочка…». Ммм, – стонет у моего уха.
– Это звучит затаскано, не находишь?
– Нет. Это звучит так, как и должно звучать – ласково!
Мелания прижимается щекой к моему подбородку, водит ею по отросшей за день щетине, затем медленно опускается ниже, целуя шею, и ещё ниже, к ключицам – знает, что именно это заводит меня больше всего.
– Будешь называть меня своей девочкой? – выдыхает в губы.
Очередной бред в её голове, дурь, которой нужно подыграть. Иногда статус её бой-френда меня утомляет. Иногда.
Подруга опускается на мои бёдра, трётся об уже откровенно выпирающего меня именно в том ритме, и я решаю не быть таким категоричным:
– Я подумаю.
Она однозначно умеет целоваться и не только. Мелания – лучшая девушка из всех, какие у меня были: дикая развратная кошка, всегда пахнущая сексом, умная, хитрая, сильная – достойная пара моему больному ЭГО. Мне хорошо с ней, удобно, никогда не скучно, и я всегда могу получить самый крутой секс, какой только возможен.
Но есть проблема.
Маленькая такая проблемка.
Небольшое недоразумение, которое стопудово само собой исчезнет в ближайшее время.
Исчезнет, я говорю!
– Ооох, умм, – тянет Мел, оценивая мою эрекцию.
Это будет третий раз, она снова хочет, а я, признаться, уже прилично устал – долгий день, насыщенный событиями.