Виктория Лукьянова – Время для нас (страница 4)

– Почему?

– Не любят веселья, – пробурчала и отвернулась. – Так что будем цедить чай и вести унылые разговоры.

– Не завидую. Хотя думаю, у нас будет также.

– Не завидую, – повторила я.

Он рассмеялся.

– Снимешь маску?

– Нет, – лукаво ответила. И если раньше просто хотела спрятать лицо от тех, кто мог меня узнать, то рядом с ним надеялась сохранить интригу. – После полуночи обещаю.

Он взглянул на часы.

– Я буду ждать.

Еще десять минут. Я не верила, что всего лишь десять минут до полуночи. Так мало и так много. И все это время мы говорили обо всем и ни о чем одновременно. Общие фразы, тонкие намеки. Я совершенно ничего не узнала о мужчине, как и он остался в неведении кто я и чем занимаюсь. Да, обычная студентка колледжа. Вот такой ответ, хотя я солгала. Совсем не обычная, и училась я не здесь, а за границей. Еще пару лет и примкну к бизнесу матери. Уже начала работать в ее компании. Она видела во мне наследницу, а вот я хотела свободы выбора. Увы, мне его не предоставили.

– Одна минута, – шепнул он на ухо, и я задрожала.

Не помню, когда нервничала так в последний раз. Стало душно, страшно.

Я схватила его за руку, подскочила на ноги и потянула мужчину за собой.

– Куда мы? – единственное, что я расслышала из его слов.

Но я бежала вперед, утягивая его за собой. Он не сопротивлялся. Лишь тихо посмеивался и извинялся, когда я кого-нибудь сбивала по пути. Мне же было не до извинений и оправданий.

Мы выскочили на улицу, на свежий прохладный воздух. Я пожалела, что оставила кардиган в машине друзей. Поежилась, растирая вмиг продрогшие обнаженные плечи.

– Сумасшедшая, – хохотнул он и скинул с себя ветровку. – Держи, красотка.

– Спасибо, – дрожащими губами ответила, пытаясь закутаться в мужскую куртку. Тепло, как же там было тепло. А он горячий.

Я сделала шаг вперед, одной рукой потянулась к его лицу. Провела пальцем по щеке. Немного щекотно и обжигает.

– Рискованно, – хрипло произнес он, пытаясь перехватить ладонь, но я ловко одернула руку и скинула маску. Она полетела к ногам, но нам было все равно.

Он наклонился вперед, чтобы поцеловать. Я приподнялась на носочках, чтобы ответить.

Рискованно? Да я сошла с ума, когда согласилась поехать с ним. Несколько минут, и мы были в такси. Молчали и просто держали друг друга за руку.

Гостиница. Его номер. Я шла следом за тем, кто не только похитил мое сердце. Но и разум. Выпотрошил душу, поработил тело. И я доверилась ему. Моему первому мужчине.

Я не смогла уснуть, а вот он спал. Да, действительно устал после перелета. И разнежился рядом со мной. Чудесный, терпеливый, страстный. Он удивился, когда узнал мою маленькую тайну, но я не видела на его лице усмешки. Он ликовал, словно я оказала ему особую честь. А я считала себя сумасшедшей. Да он прав. Я рисковала и проиграла.

Убедившись в том, что не разбужу его, я отыскала платье и белье. Привела наспех себя в порядок и, закутавшись в его ветровку, выскочила из номера. Я опаздывала и сбегала, как маленькая воровка. Хотя нет, он украл меня. Всю, без остатка. И я оставлю эту ночь в памяти, как самую восхитительную.

Черт, она сбежала, а я проспал. Моя маленькая нимфа умудрилась одурманить, свести с ума и сбежать. Я продолжал валяться в постели, жмуриться от яркого солнца, пробивающегося через распахнутые окна и глупо улыбаться. Кажется, я попал.

Лишь после третьего звонка Германа я все-таки соскребся и привел себя в порядок. Друг явно был не рад тому, что я опять опаздываю. А мне впервые было все равно. Я не боялся встречи с его безумной семейкой, с этими напыщенными индюками. Мне было все равно на предстоящие на следующей неделе переговоры. На все, кроме нее.

Эх, нимфа, которая солгала. Я даже не знал ее имени. Только ее прекрасное немного наивное личико, темные шоколадные глаза и шелковые волосы. Я помнил ее аромат, тепло ее кожи. Светлая, словно мерцающая в лунном свете. И она украла мою куртку. Да черт с этой курткой.

Я сжимал в руке маску. Серебристая, простенькая, но ее. Пожалуй, мы обменялись подарками. Вот только она даже не знала, что не уронила маску в полночь, а я успел ее перехватить и спрятать в карман. На память.

Глава 4. Лучший друг

Прокралась домой как мышка. Еще на пороге черного входа скинула туфельки и ветровку. Не стоит никому знать в доме, что на мне чужая одежда. Мужская. Проблем не оберусь, даже от прислуги, которая быстро разнесет весть. А там и мама узнает. И мне несдобровать.

Миновала кухню. Тишина и темно. Замечательно, значит, все спят. И даже тетя Тоня не дожидается меня на пороге. Несколько шажков, приблизилась к коридору. Выглянула.

Усмехнулась. Как же здорово, точно никого нет.

Огляделась по сторонам, побежала вперед, вывернула из-за угла и чуть не заорала во все горло, если бы возникший на пути братец не поймал меня и падающие на пол туфли.

– Герман, – выдохнула я, пытаясь не трястись от страха.

Брат резко отступил, но продолжал сжимать туфли. Хорошо, что не посмотрел на них, иначе бы увидел какие они грязные. А там уже мне пришлось бы приводить его в порядок.

Быстро отняла у него обувь, спрятала свою поклажу за спину. Про куртку ему тоже не стоит знать.

– Привет, братец, – наигранно улыбнулась. – Чего не спишь?

– Сара, я думал, ты помнишь, что я просыпаюсь рано.

– Помнила. Но не знала, что ты в пять утра уже на ногах.

– Двадцать четыре минуты шестого, – и он указал на свои часы.

Черт, как всегда точен. А вот я что-то затянула со своим возвращением. Брат рассматривал мое криво надетое платье, растрепанные волосы и возможно даже потертый макияж. Ведь сбегая от своего случайного любовника, я и знать не могла, в каком виде появлюсь дома. Надеялась, что никто кроме таксиста не увидит мой видок.

Брат не упускал момента и тщательно меня разглядывал. И судя по его выражению, выглядела я действительно помято.

– Не спрашивай, – проворчала, пытаясь перехватить вещи в одну руку, а второй одернуть платье.

Отчего-то стало совестно перед ним. Герман не будет ругать. Он никогда не ругался. Но для меня было достаточно одного темного тяжело взгляда, чтобы ощутить себя настоящим ничтожеством.

– Я и не собирался, – сухо отозвался брат.

– И никому не расскажешь?

– Разве я болтун?

Он пошутил? Или мне померещилось? Нет, такого точно не могло быть. Это просто вопрос. Никакого юмора в жестком голосе. Вот же я тупица! На секунду понадеялась, что в брате есть хоть какие-то чувства.

– Нет, ты не болтун. Это меня не заткнуть обычно.

Он кивнул. Я не обиделась. Знаю свои слабые стороны, которые точно не ценят в семье. Вот только куда моя находчивость делась сегодня ночью не понятно. Я была до неприличия молчаливая, когда позволяла случайному знакомому увозить меня в гостиницу.

– Тебе лучше поторопиться и привести себя в порядок. Или поспать.

Я улыбнулась. Брат не только не злился, но еще прикрывал меня и заботился. Мой ангел-хранитель. Уверена, не будь он таким, какой есть, мать бы сконцентрировалась на мне, превращая в очередную копию себя. Прогибая, ломая, при этом уверяя, что закаляет характер. Только Софии, моей старшей сестер повезло больше всех. Она сразу родилась копией матери. Словно ее клон. Отличное образование, удачный брак. И даже ее молодой супруг уже значится как приемник в отцовском бизнесе. Мой брат отказался от всего, заявив это пару лет назад. Что же, я ему завидовала. Да вот только у меня не было ни накоплений, которые могли бы мне помочь прожить первое время без проблем, ни друзей, которые бы поддержали. У Германа все это было. Быстро развивающийся бизнес, лучший друг и соратник.

– Кстати, твой друг сегодня точно приедет? Если честно, я бы не прочь познакомиться с тем, кто не воспринимает тебя так.

– Как психа?

Я ахнула.

– Блин, Герман, конечно же не так. Я даже не думала об этом слове. И не смей его больше произносить.

– Ничего страшного, Сара. Это что-то вроде шутки у нас. У меня и моего друга. И да, Егор сегодня приедет. Днем, на обед. Потом останется до вечера, а после мы улетаем на ночном рейсе.

– Работа? – поинтересовалась я, понимая, что даже брат может придумать причину, лишь бы не задерживаться здесь.

Он кивнул.

– Через день крупные переговоры. И Егору необходимо подготовиться. Как и мне.

Я улыбнулась. Брат, пусть и был совладельцем компании, но его друг выполнял медийную функцию, когда Герман предпочитал зарываться в бумагах. Тут ему не было равных. Вот мне бы хоть немного его мозгов, и я бы так не сглупила сегодня ночью. Но никому не стоит знать об этом.

– Хорошо. Я тогда пойду, приведу себя в порядок.

– И поспи обязательно, – отозвался брат, впервые за все время разговора взглянув мне в глаза. – И еще…

Я замерла. Он тяжело выдохнул, переместил взгляд на шею.