– Но вечно он же не может по командировкам ездить? – спросила Глафира.
– Не может, но какое-то время протянуть так Арина могла, а потом через пару лет можно было заявить, что супруг пропал без вести, – и еще какое-то время ни о чем не заботиться.
– А почему тело в Обводной скинули? Например, можно было прикопать где-нибудь, проблем было бы меньше, – спросил Аристарх Венедиктович.
– Эту идею ей подкинула Анфиса, которая в беспамятстве по приказаниям Арины избавилась от мужа, чтобы освободить место для нового привороженного. И скинула его в Канаву, – спокойно ответил капитан Железнов.
– Да, запутанное дельце, без меня вы бы не справились, – ухмыльнулся в усы Аристарх Венедиктович.
– Конечно, куда ж без этого! Спасибо, Аристарх Венедиктович! – захихикала Глафира и поклонилась ему в пояс.
– Меня еще одно поражает: эта Арина Витальевна действительно безумная ведьма, она все талдычит, что еще сотни лет на этом самом месте в Канаве будет происходить чертовщина, что здесь и так была древняя магия, а еще Аринка поспособствовала – парочку привороженных туда скинула. И каждые десять лет здесь будут люди убиваться! – с сомнением произнес Железнов.
– Бред сумасшедшей! – рассмеялся Свистунов, а Глафира серьезно задумалась и на всякий случай перекрестилась.
– А чего ты, Глашенька, не распаковываешь корзину с фруктами и сладостями, – сыщик выразительно кивнул на подарочное угощение, облизав полные губы.
Глаша очнулась от дум и подошла с корзиной к Железнову.
– Семен Гаврилович, можно вас попросить об одолжении?
– Для вас, Глафира Кузьминична, все, что угодно! – поклонился капитан.
– Я слышала, что дети Анфисы Савицкой попали в Воспитательный дом Мариинского ведомства. Можете передать Маше, Марфе, Митеньке и Архипке эту корзину, пусть порадуются!
– Я все так сделаю, если вы, Глафира Кузьминична, составите мне компанию! – с улыбкой кивнул капитан Железнов.
– Тогда давайте еще заедем на Сенной рынок и купим два фунта пастилы, розовенькой, с полосками, для деток-сироток. Сделайте им праздник, ну пожалуйста? – Глафира умоляюще посмотрела на Железнова.
Тот радостно кивнул.
– Для вас, Глафира Кузьминична, все, что захотите!
Послесловие от автора
Обводный канал в городе Санкт-Петербурге издавна считается плохим, проклятым местом. Виной всему злые духи, обитающие на дне, или галлюцинации, ими вызванные, – до сих пор никто не может объяснить. Но каждые десять лет в дату, заканчивающуюся на тройку, в городе происходит бум самоубийств.
И в наше время самоубийства на Обводном продолжаются.
Рекордные 303 случая самоубийства на Обводном канале были зафиксированы в 1993 году. За 2003 и 2013 годы статистика самоубийств находится в статусе «Секретно».
В моем окне на весь квартал
Обводный царствует канал.
Ломовики, как падишахи,
Коня запутав медью блях,
Идут, закутаны в рубахи,
С нелепой важностью нерях.
Вокруг пивные встали в ряд,
Ломовики в пивных сидят.
И в окна конских морд толпа
Глядит, мотаясь у столба… 
