Виктория Летто – Сумеречные дали. Книга 1 (страница 2)

— В понедельник. У меня три дня есть осмотреться, обвыкнуться. Давай-ка, я сама с посудой разберусь, а ты пойди, отдохни, — предложила я. Кажется, я съела слишком много еды и теперь мне надо двигаться, чтобы сжечь лишние калории. — Ты готовила, а я убираю — это справедливо.

— Помощница моя. Как справишься, так приходи ко мне в комнату, расскажу тебе новости последние, по житьё-бытие наше.

Кухня у бабушки тоже обновилась. Шкафчики пахнут новизной. Хочется верить, что бабушка с отцом ради меня старались, дом в порядок привели, мебель подкупили.

А папа так и живёт в нашем доме, который когда-то выстроил для меня и мамы.

Дом по-прежнему крепкий и добротный: похоже, над ним не властно время.

Когда-то на том месте стояла хижина. Отец выкупил землю и построил терем. Местные ходили любоваться, такой дом вышел чудесный. Папа много работал, чтобы накопить достаточную сумму денег, если мне не изменяет память, то, он даже уезжал куда-то на заработки. А потом мама ушла от него. Почему так случилось, не понимаю. Что они не поделили.

Но, что случилось, то случилось и уже ничего не исправить. Ясно одно, я уже скучаю без мамы. Вот так же перед отъездом я мыла посуду после ужина, а мама сидела за столом и тихо плакала. Она отговаривала меня, как могла, даже предложила мне остаться одной в нашей квартире, а они с Владимиром Ивановичем, моим отчимом переедут в загородный дом: конечно, я отказалась. Дело не в том, что они мне, или я им мешаю — просто я хочу попробовать себя в деле, почувствовать ответственность.

Теперь не знаю, правильно ли я поступила, или может, нужно было послушать маму?

Я быстро управилась с посудой, а остатки еды убрала в холодильник. А в холодильнике я обнаружила страшный беспорядок. Ох уж, эти старики, им жалко выбрасывать продукты, а потом оказываются на больничной койке с пищевыми отравлениями. Чувствую, мне ещё предстоит воевать с бабулей: столько несвежих продуктов. Вот, к примеру, интересно узнать, сколько лет творогу? Главное, что всё прикрыто, но ведь продукт уже испорчен. К старости, люди теряют обоняние в разы, им сложно уловить запах испорченного продукты. Только если уже явная просрочка.

Ладно, с этим потом разберусь.

— Встречай жениха, Вика, — позвала меня бабушка. — Степан пришёл.

Бабушка «чудит» и это очевидно. Ну, с чего она решила, что Степан в женихи набивается? Мы давно с ним всё выяснили и расставили все точки над «и».

— Проходи, Стёпа, — крикнула я.

И тут я увидела высокого широкоплечего «дядю Стёпу»: а я думала он всё такой же субтильный парнишка, со светлыми кудрями, каким я помнила его.

— Иди сюда, — пробасил Степан.

Степан заключил меня в медвежьи объятия — вот это силища.

— Эй, раздавишь, — в шутку взмолилась я.

К нам подоспела бабуля.

— Ну, что я тебе говорила? Парень какой, а?

Стёпа смутился.

— Ты совсем не изменилась, — окинув меня взглядом, сказал Стёпка и снова покраснел. — Только подросла, а так, как и прежде, девочка с косичками.

— Это я заплела, чтобы волосы не мешали посуду мыть, — стала оправдываться я, потому что мне важно, чтобы местные воспринимали меня серьёзно — я не на отдых приехала, а врачевать, значит, человек я серьёзный и ответственный. — А вот ты очень изменился, эта гора мышц, — рассмеялась я.

— У нас открыли Центральный дом досуга, там и секции спортивные есть. Я занимаюсь вольной борьбой.

Городок убогий, здесь и ЦДД в радость. Куда ещё пойти бедному селянину. Наверное, там и кино показывают и танцплощадка есть.

Бог мой, куда меня занесло? Да ещё в осеннюю пору. Переживу ли зиму, не знаю.

— Напои гостя чаем, а я пойду, не буду вам мешать, — сказала бабуля и ушла восвояси.

Как неловко. Даже не знаю, о чём говорить со Стёпкой. Он, конечно, парень интересный, но этот местный менталитет — то ли убогость, то ли ущербность, и никуда от этого не деться. Я помню, как мне самой было трудно на первых порах в Тамбове. Девочки не хотели со мной дружить — считали меня бестолковой деревенщиной: теперь я понимаю их. Только года через два я «пообтесалась» и жить стало легче.

— Ну, садись, — предложила я гостю. — Будем чай пить.

— Лучше пойдём, пройдёмся, — предложил Стёпка. — Покажу тебе наши Средние Борки.

О, так даже лучше, это я с удовольствием. Я ведь хотела осмотреться, обвыкнуться.

В городке я не заметила особых перемен. Разве что ЦДД появился на Центральной площади. Ну да, современное здание в стекле, а ещё три двухэтажных дома на Молодёжной улице выстроили. А, в общем, уныло, убого и безлюдно. Даже странно идти по пустым улицам. Как будто я оказалась в городке, пережившем апокалипсис. Только бы зомби из укрытий теперь не начали выбираться, или ещё какие-нибудь монстры.

Я улыбнулась своим мыслям.

— Тебе странно? — спросил Степан. — А мы привыкли. Многие уехали из Борок, но не я.

— Почему ты остался? — удивилась я.

— Мне и здесь хорошо, — с достоинством ответил Степан. — От добра, добра не ищут.

Ну, что же, каждому своё. Степан привык к размеренной жизни, для него суета это слишком.

— Помнишь, я по лестнице к вам в дом забрался? — предался воспоминаниям Стёпка, когда мы проходили мимо отцовского дома. Дом и теперь возвышается над другими домами — высокий из-за фундамента. Папы теперь нет дома, а так бы я зашла к нему. Наверное.

— И перепутал мою комнату с родительской спальней, — продолжила я. — Мой отец отвёл тебя домой, и тебе досталось по полной программе, за то, что по ночам из дома убегаешь.

— А ведь мы договорились вместе смастерить подарок для Надежды Кузьминичны — нашей первой учительницы.

— Точно, — вспомнила я события давних лет. — Мы собирались сплести корзинку и наполнить её цветами из нашего сада. Помнишь, какие красивые цветы росли в нашем палисаднике, астры, георгины.

— Интересно, как бы мы плели корзинку? — задумался Стёпка. — И ведь верили, что у нас всё получится.

— На то оно и детство, чтобы верить.

Я долго верила, что мои родители обязательно помирятся, и мы снова будем жить вместе, но не сложилось.

— Пойдём, подойдём к нашей школе? — предложил Стёпка. — На лавочке под вербой посидим.

Сидеть на лавочке под вербой возле школы мне не хочется, и я стала искать альтернативное предложение.

— А кафе у вас есть? Я бы теперь съела мороженое.

— Мороженое? — почему-то удивился Стёпка.

Господи, только не говорите мне, что в городке нет мороженого.

— Я предложила что-то непристойное? — в шутку удивилась я.

— Нет, — растерянно моргая, произнёс Стёпка. — Просто… — Степан так и не решился сказать, что его встревожило, а я не стала настаивать. — Пойдём, я угощу тебя, — наконец, согласился он.

— Вот так-то лучше, — похвалила я парня и обрадовалась, что тревога по поводу отсутствия мороженого оказалась ложной.

По всему видно, что кафе «Сказка» открылось недавно: подход к нему захламлен и тротуарная плитка в процессе укладки. Но, главное, что кафе уже работает.

Посмотрим, чем нас порадуют в местном пристанище сладкоежек.

А в кафе ни одного посетителя, что и следовало ожидать. На улице никого и в общественных заведениях пусто. Может, местные в ЦДД проводят все дни напролёт. Это ведь чудо, по их меркам. Развлечение, что надо.

Мы выбрали столик у окна, и к нам тут же подскочила официантка: именно подскочила. Светловолосая девушка с «гулькой» на макушке, в чёрной коротенькой юбочке и белоснежной блузке. Я обратила внимание на её обувь — каблук сантиметров двенадцать, не меньше: как она не устаёт прыгать на них весь день? Ногу можно подвернуть, да и в целом, здоровье подпортить. Вся стопа при ходьбе не задействована, и центр тяжести смещается — отсюда всякого рода воспалительные процессы, варикозное расширение вен и прочие «бяки». Ох, вспомнит она эти каблуки лет через двадцать, да будет поздно.

Девушка предложила нам меню и стала в сторонке, в ожидании заказа.

— Фисташковое мороженое и апельсиновый фреш, пожалуйста, — попросила я.

— А мне пломбир и лимонад, — сказал Стёпка.

— Не любишь свежевыжатый сок? — поинтересовалась я.

— Нет, я не люблю новомодные словечки, — потупив взгляд, признался Степан.

Он ведёт себя, как ребёнок, честное слово. Я неожиданно почувствовала себя взрослой тётей, которая привела мальчика в кафе, угостить мороженым. Что с ним стало, с моим другом Стёпкой? Совсем одичал в Борках.

— У тебя девушка есть? — поинтересовалась я.

— Была.

— И что случилось? Вы расстались?

Стёпка ужасно стеснительный и в этом его проблема. Какой девушке будет интересно с таким парнем. Мы любим сильных, властных мужчин, а слабость нас отпугивает. От инстинктов никуда не деться.