Виктория Летто – Сумеречные дали. Книга 1 (СИ) (страница 51)

— Я с тобой — запоздало ответила я. — Маму навещу, а ты потом приедешь за мной.

— Заодно познакомлюсь с твоей мамой, — улыбнувшись, сказал Влад. — Цветы, или золото?

— Цветы, — серьёзно предупредила я, чтобы Влад даже не думал дарить моей маме золотое украшение. Она не примет, я знаю, и получится неловкое знакомство.

Однако Влад идёт слишком медленно. Волчий овраг произвёл на меня сильное впечатление — романтичного настроения, как небывало. Когда-то детьми, мы часто прибегали сюда, и я никогда не испытывала страха. Но теперь лес стал опасным.

Волки совсем обнаглели и лучше нам не выходить за пределы заповедника. Стёпка показал мне линию границы, и мы теперь находимся далеко за её пределами. Лучше нам поторопиться и уйти, от греха подальше.

Эх, Стёпка теперь греется на солнышке, а я перепуганная иду по заснеженной лесной тропинке.

— Хочу на юг, — сказала я. Разговор на отвлечённую тему поможет избавиться от приступа паники, который вот-вот случится со мной.

— Хорошо, — кивнул Влад. — Куда полетим?

— Сейчас вернёмся домой, я запущу поисковик, и выберу какое-нибудь чудесное местечко для нас.

Нет, в самом деле, почему бы нам не поехать куда-нибудь? В конце концов, он может взять отпуск — дело семейное и не перед кем отчитываться не придётся. Влад обещал показать мне мир, почему не теперь? Если честно, мне надоели все эти «страхи и охи», пора забыться где-нибудь на средиземноморском побережье, на знойном пляже с прохладным напитком в одной руке и книгой в другой.

— Странно, что ты сам мне не предложил поехать куда-нибудь, — упрекнула я Влада. — Стёпка с Ольгой нежатся на горячем песочке, а я преодолеваю километры в заснеженном лесу.

— Я никогда не уезжал от родителей, — стал оправдываться Влад. — Наверное, это глупо, но мне не нравятся уезжать из дома, тем более лететь за тридевять земель.

— Лучше останемся в Европе, — предупредила я. — Я не переношу длительные перелёты.

— Мне нравится, твоё милое ворчание, — посмеиваясь, признался Влад. Он остановился,

взял меня за плечи, и некоторое время смотрел на меня. — А это может приносить

удовольствие, — наконец произнёс он.

— Что именно? — спросила я, не в силах справиться с улыбкой, которая предательски прорвалась наружу.

— Выслушивать претензии от любимой женщины.

— А я любимая? — не преминула я спросить, хоть и знаю ответ.

— Ты мне очень дорога, Виктория. Не знаю, есть ли ещё что-то, чем бы я мог дорожить так, как дорожу тобой.

Птицы расшумелись неподалёку. Не иначе спугнул их кто-то. Может, охотники вышли

на промысел? Зачем я сегодня пошла в лес? Велено же было сидеть по домам, снег выпал, и охотники пошли в лес. Надо поскорей отсюда убираться, чтобы не оказаться в центре событий.

Мы продолжили путь, но не прошли и десяти метров, как Влад неожиданно остановился и замер. Он прислушался. Я хотела спросить, в чём дело, но он остановил меня жестом руки.

— Тише.

Что-то не так. Влад насторожился, а взгляд у него стал напряжённым. А теперь он закрыл глаза и слушает тишину. Прошла целая минута. У меня сердце стучит так сильно, что даже рёбрам больно.

— Ничего, — наконец, сказал он. — Всё тихо. Не бойся, мы на границе заповедника. — Нет, он снова стал прислушиваться. — Чёрт, что-то не так, — зло выпалил он.

Я и сама чувствую, что кто-то следит за нами, хорошо, если это Полина. Она больше не беспокоит меня, думаю, смирилась, что сын стал взрослым, и у него появилась я. Устинья, как-то говорила, что оборотни бывают двух типов — одни «надевая» шкуру зверя теряют человеческую память, другие напротив сохраняют и память и чувства. Полина верна своему сыну, а, значит, относится ко второму типу оборотней.

Вот, я чувствую её — она, где-то рядом. Скорей бы выйти на полянку, а оттуда до домика на дереве метров двадцать останется.

— Ты что-то слышал? — спросила я.

— Ничего не слышал. Браслет, как будто стиснул запястье.

Влад так и носит браслет, который нацепил на запястье в тот вечер, когда показывал мне книгу в домике на дереве. Устинья говорила, что браслет без книги не работает, а он сработал. И, как это понимать? Устинья та ещё ведьма.

— Он сработал, да? — поинтересовалась я.

— Я не уверен, — ответил Влад. — Может за рукав зацепился, а мне показалось, что он стиснул запястье.

— Да, наверное, — согласилась я, хоть от ужаса и засосало под ложечкой, возможно, он предупредил хозяина, что опасность близко.

А я ещё, как назло сумку не взяла с собой, а там мой оберег остался, который мне тётка Устинья дала. И ведь она сказала, чтобы я его у тела держала, а я оплошала.

Я остановилась. Сильное волнение или беспокойство, прямо зашкаливает.

Влад обнял меня и прижал к своей груди.

— Не бойся, трусиха — принялся он успокаивать меня. — Всё хорошо.

— Да, всё хорошо, — согласилась я хоть и не уверена.

— Я мечтал контролировать тебя, а теперь… не могу совладать с собой, — признался Влад. Он тоже чувствует опасность? — Завтра же отправимся в путешествие. Ты права, нам нужен отдых.

— По крайней мере, не раньше, чем через неделю, — сказала я. — У меня нет загранпаспорта.

— Ничего, я всё устрою, — успокоил меня Влад. — Значит, завтра едем в Тамбов, а послезавтра — в путешествие.

Мне повезло с Владом. Небывалое сочетание природной красоты, благородства и ума. Каждый день спрашиваю — за что мне такое счастье выпало? И не нахожу ответа. Надеюсь, что это не случайная встреча, и мы предназначены судьбой друг другу. Не знаю, что чувствует ко мне Влад, но мне без него уже не обойтись.

Взявшись за руки, мы пошли дальше.

— Люблю белый цвет, — сказал Влад.

— Я это заметила, — согласилась я, вспомнив его комнату в доме Шумиловых. — А мне уже глаза слепит эта белизна. Скорей бы добраться до дома. Хочу ярких красок.

Влад рассмеялся.

— Будут тебе яркие краски — очень скоро. Я обещаю.

— Алого цвета будет достаточно, — заметила я.

— Корзина роз, я думаю, тебя устроит. — Влад сразу понял, на что я намекаю.

— Корзина роз и шопинг. Завтра в Тамбове. — Влад закатил глаза — он терпеть не может ходить по магазинам. — Мне нужно купить всё необходимое для поездки, — объяснила я.

— Ты у меня такая забавная. Мне легко и просто с тобой, хоть ты и капризная бываешь.

— Я? Капризная? Побойся бога — ты не знаешь, какие бывают взбалмошные девицы.

— Хочу, чтобы ты была моей, — признался Влад. Он остановился, обнял меня и прижал к груди так крепко, что я почувствовала силу этого парня.

— Я и так твоя, — прохрипела я, потому что он слишком сильно стиснул мне грудную клетку. Влад улыбнулся и ослабил хватку.

— Нет, моя по-настоящему. Ну, чтобы платье свадебное, фата и торт, в несколько ярусов.

— Давай не будем торопиться. Не теперь, — попросила я.

— Когда же ещё говорить, как не теперь? Может, ты сомневаешься в своих чувствах ко мне? — спросил Влад.

— Шутишь?

— Конечно, шучу, — ответил Влад самодовольно.

— Как же не любить тебя. Ты такой сильный, смелый, любящий и в твоих жилах течёт кровь оборотня.

— Это-то меня и тревожит. Я не знаю, чего ждать от себя. Иногда я сдерживаю себя, и это становится всё труднее и труднее, — признался Влад.

— Сдерживаешь от чего?

— Раньше я никому не говорил про это.

— Ну, говори, — стала торопить я Влада. Надеюсь, это не то, о чём я подумала, и Влад не собирается примерить шкуру оборотня.