Виктория Лазарева – Волчий зов (страница 15)

Кара и Дерек возились с игрушками, не желая расставаться с ними ни под каким предлогом. Но было уже поздно, пора прощаться. С самыми невинными лицами на земле они подошли к Лиз и жалобно спросили:

— Можно оставить этого робота и куклу?

— У вас дома много своих игрушек, — строго ответила Соня, поджимая губы. Они обеспечивали детей всем необходимым и могли купить им хоть тысячу подобных игрушек. Но ведь чужое ближе к сердцу, не так ли?

Изначально они не планировали брать с собой детей, только Соня, Николас и Джейсон. Дети должны были остаться со своей тетей, сестрой отца. Но за несколько часов до этого ее срочно вызвали на работу, что вынудило родителей взять Кару и Дерека с собой на этот ужин. Они предполагали, что при чужих дети будут вести себя прилично, как обычно это бывало, но сегодня что-то пошло не так. Они совсем вышли из под контроля, видимо свое влияние оказывало приближающееся полнолуние.

Какое-то время Лиз просто смотрела в их молящие глаза, не уверенная в том, что стоит это делать. И все же, игрушки не должны пылиться в коробке на шкафу, ожидая, когда хозяйка наконец с ними расстанется. Они должны быть у маленьких детей, которые будут играть с ними также, как она раньше. Подхватив коробку с пола, она мягко улыбнулась, вручая ее недоумевающим волчатам.

— Она вся ваша. Только пообещайте мне, что когда придет время, вы отдадите эти игрушки тем, кто будет о них заботится.

На лицах Кары и Дерека расцвела радостная улыбка и они тут же обняли девушку, на ходу тараторя слова благодарности. Лиз заметила, как Соня улыбнулась, закатив глаза. Николас обреченно покачал головой, поджимая губы. Передав коробку мужчине, девушка посмотрела на Джейсона. Родители прощались с гостями, дети уже прыгали возле машины, стремясь поскорее оказаться дома и детально изучить каждую свою новую игрушку.

— Кто бы мог подумать, что мой маленький Скрудж МакДак расстанется со своими сокровищами, — насмешливо прокомментировал Джейсон, наблюдая за радостными племянниками.

— Я решила, что им они нужнее, — просто ответила Лиз, старательно не обращая внимание на его выпад.

— Мы оба знаем, почему на самом деле ты решила с ними расстаться, — фыркнул он, повернувшись к ней лицом и посмотрев на нее своими пронзительными серо-голубыми глазами.

Да, она знала. На самом деле, ей хотелось доказать ему, что Лиз может расстаться с прошлыми и не быть сентиментальной. Доказать ему, что в душе она не маленькая девочка, цепляющаяся за игрушки, как за якорь, удерживающий ее в этом возрасте. И Джейсон тоже понимал истинный мотив ее поступка. Лиз не была уверена в том, одобрял он или нет, удивляясь, что ей так важно его мнение. Как будто хотела впечатлить своими действиями и ожидала заслуженной похвалы, хотя по факту это была такая мелочь.

Это раздражало. Все связанное с ним раздражало ее. В большинстве своем, Лиз злилась на саму себя. Он ведь так легко смел все границы между ними, оголяя все желания, усиливая влечение, укрепляя тонкую связь. Она чувствовала, как все сильнее привязывалась к нему, душой тянулась к эгоистичному волку, который, казалось, только этого и добивался. Незаметно для самой себя, ожидала от него одобрения собственных поступков, начала внимательнее следить за собой, носить более вызывающую одежду, желая привлечь к себе еще больше его внимания, заставить желать волчицу еще сильнее. Как же все это раздражало и будоражило одновременно.

Гости уехали, оставив Лиз наедине с родителями, в глазах которых ясно читалось волнение. Неожиданно вспомнилось, чем Лиз и Джейсон занимались два часа назад в ее комнате. Она совсем потерялась и, кажется, сейчас ее ждет серьезный разговор на тему полового созревания.

Но в этот раз все обошлось. Родители не услышали и не почувствовали ничего особенного, или решили сделать вид, что не заметили. Они волновались из-за того, как напряженно Лиз вела себя за столом. Узнали, все ли хорошо, не случилось ли чего-то плохого.

— Все в порядке, правда. Я просто переживала из-за игрушек, — нервно ответила Лиз, жалея, что не может сказать правду. Как бы ей хотелось им рассказать. Возможно, и вправду стоило бы объяснить, почему ее так пугает переезд? Наверное, потому что теперь, когда она встретилаего, Лиз не хотелось вновь оставаться одной. А без Джейсона чувство одиночества становилось почти осязаемым. Он медленно, но уверенно привязывал ее к себе, заставляя желать его общества также сильно, как и он сам стремился к волчице.

Кладовка стала неизменным местом их встречи во время обеденного перерыва. Помимо своей воли, она приходила туда сразу же после звонка, а Джейсон ждал в полной боевой готовности. Хотя и было желание остаться в маленьком узком помещении подольше, постоянно прогуливать уроки они не могли, поэтому старались ограничиваться получасовой переменой. Не всегда это удавалось: чаще всего они задерживались на пять-десять минут и проходили в кабинет под осуждающие взгляды учителей.

— Готова к полнолунию? — спросил Джейсон, надевая футболку. До звонка оставалось еще несколько минут, и они могли позволить себе собраться не торопясь.

— Я хорошо контролирую себя в полнолуние, — независимо ответила Лиз, осматривая кладовку на наличие собственных брюк.

— Возможно, но не в этот раз. Сегодня все будет по-другому, — спокойно прокомментировал оборотень, доставая откуда-то из за ее спины нужную вещь.

— Почему? — незаинтересованно спросила девушка, с облегчением вздыхая и принимая находку.

— Потому что это наше первое совместное полнолуние. Оно будет ярче любого предыдущего, — он уже был готов и теперь просто ждал, когда Лиз приведет себя в порядок. Укусы, ссадины и мелкие засосы начали исчезать с бледной кожи волчицы, оставляя после себя лишь легкое напоминание о том, что здесь происходило несколько минут назад.

— Думаю, что прекрасно справлюсь с безумной жаждой убить тебя, — скептически фыркнула Лиз, оправляя одежду и пальцами расчесывая растрепанные волосы.

— Ты не в курсе? — удивленно спросил Джейсон, осознав, что Лиз ничего не знает.

— Не в курсе чего? Как проходит полнолуние у оборотней?

— Чувствую, эта ночь станет очень познавательной для тебя и твоей внутренней волчицы, — он насмешливо улыбнулся ей, громко хмыкнув. Он не собирался объяснять Лиз те очевидные вещи, о которых должны были сообщить ей ее же родители.

Лиз пренебрежительно отмахнулась, медленно открывая дверь кладовки. Убедившись, что никого рядом нет, она тихонько выскользнула в коридор и, в последний раз оправив слегка помятую футболку, направилась в сторону кабинета литературы. Она научилась контролировать себя во время полнолуния еще в пять лет, даже родители были удивлены данным фактом. И все же, у Лиз никогда не возникало страстной жажды бегать по лесу и убивать все, что движется. Именно поэтому она не разделяла опасений Джейсона насчет сегодняшнего вечера, уверенная в собственных силах.

День выдался удивительно спокойным. Они с Эшли мирно пообедали за непринужденной беседой. Хотя лучшая подруга и была недовольна выбором Лиз, она больше не предпринимала попыток убедить ее держаться от Вуда подальше. Она предупредила, а это самое главное.

— У меня проблемы с французским. Не поможешь? Мне нужно подготовиться к контрольной, — Эшли с надеждой посмотрела на подругу.

— Но я же не знаю французский, — недоуменно ответила Лиз, нахмурившись.

— Да, но ты могла бы проверить меня, — неуверенно предложила Купер, неловко улыбнувшись.

— Как? Я же ничего не пойму. Как обычно, выбираешь новые профильные предметы, а потом начинаются проблемы, — Лиз тяжело вздохнула. Это был не первый раз, когда у Эшли были проблемы с учебой. Каждый год новые предметы и из раза в раз она просит о помощи, прекрасно понимая, что толку от Лиз не будет.

— Мы так давно не занимались вместе, — печально выдохнула Эшли, понурив голову. Она скучала по приятному времяпрепровождению с лучшей подругой. В свое время они часто собирались у Лиз в комнате и делали домашнее задание. А потом образовывался этакий девичник с боями на подушках, страшилками, созданием новых эффектных причесок и так далее. Сейчас они все реже это делают, во много из-за того, что многие предметы у них попросту не совпадают и собираться вот так вот посреди недели нет смысла. Лиз вздохнула, открывая дверь и покидая школьное задание.

— Ничего удивительного. Я перестала понимать хоть что-то из твоей учебной программы еще три года назад, — фыркнула волчица, закатив глаза.

— Мы могли бы просто со… — она запнулась на полуслове, устремив взгляд куда-то вперед. — Ну конечно, наш девичник снова переносится на неопределенный срок.

Элизабет нахмурилась, проследив за взглядом Эшли, тут же замечая знакомую машину и девушку, стоящую рядом с ней. Рыжие волосы отдавали медным цветом на солнце, заставляя завороженно смотреть, как на пламя, карие глаза уже заметили ее, пристально разглядывая в ожидании, когда она наконец подойдет.

— Мира? — удивленно спросила Лиз, рассматривая старую добрую подругу, которую явно не ожидала сегодня увидеть.

— И тебе привет, Лиззи, — ласково ответила девушка, весело улыбнувшись. Ее лицо было, как и всегда, усыпано веснушками, а в уголках губ образовались ямочки, показывающие, как часто девушка улыбается. Миранда всегда отличалась особой красотой и грацией, привлекала внимание всех вокруг. Лиз сложно было сказать, в чем был главный секрет ее успеха — яркий цвет волос или природная харизма, но она очень сильно любила рыжеволосую волчицу.