Виктория Лайонесс – Предел его нелюбви (страница 1)
Виктория Лайонесс
Предел его нелюбви
Пролог
Глава 1
В ушах стоит гул и звуки всплесков воды. Все мышцы в теле напряжены и сосредоточены на выверенных с годами движениях. С легкостью рассекаю воду, активно перебирая ногами и руками, ощущая себя в своей стихии. Словно находясь в невесомости, я чувствую себя по-настоящему свободной, и это ни с чем не сравнимый кайф.
На секунду выныриваю, чтобы сделать глоток воздуха, и снова погружаюсь под воду. Ныряю на глубину и улыбаюсь сама себе. Иногда, кажется, я бы вечно не вылазила из воды. Без нее я задыхаюсь как рыба, выброшенная на берег. И то, что мы живем не вблизи океана всегда очень расстраивало. Мое идеальное место для жизни где-нибудь на побережье.
Перестаю плыть и на какое-то время замираю на глубине по центру бассейна. Я научилась надолго задерживать дыхание и иногда позволяю себе остаться в тишине. Специальные очки дают возможность сидеть с открытыми глазами, и, подняв взгляд на поверхность воды, я замечаю вышедшую на террасу горничную.
Отталкиваюсь ногами от дна и резко выныриваю.
– Боже…вы меня напугали, Айрис, – хватается за сердце.
– Ты что-то хотела, Мэнди? – снимаю очки, смахивая назад прилипшие к лицу волосы.
– Я хотела сказать, что завтрак будет готов через пятнадцать минут, – женщина средних лет с аккуратным пучком на затылке переминается с ноги на ногу, выглядя взволнованной.
– Хорошо, спасибо, – слышу мужские голоса со стороны дома. – Кто-то приехал? – интересуюсь насторожившись.
– Д-да. Мистер Пенхази приехал поговорить с вашим отцом о каких-то делах, – от одного звука фамилии становится не по себе и тело непроизвольно сковывает.
Пенхази – давний близкий друг отца и крупная «шишка» в городе, которого боится половина Филадельфии из-за его связей с мафиози. Как только этот человек появляется хоть где-то, атмосфера резко меняется, и его темная аура действует устрашающе на всех вокруг.
– В субботу утром? – кидаю взгляд в левую часть дома, заметив через панорамные окна в гостиной, прибывшую с мужчиной охрану.
– Я сама удивилась, – пожимает плечами.
– Хм…ладно, – смахиваю с глаз капельки воды, упавшие со лба на ресницы.
– Не буду вам мешать, мисс, – нервно улыбнувшись, горничная скрывается в доме.
Плавать резко перехотелось. Лучше поскорей подняться в свою комнату, чтобы не сталкиваться с «волчьей сворой», которая всегда смотрит таким взглядом, будто хочет разорвать на куски.
Выйдя из бассейна, направляюсь к шезлонгу, на котором оставила вещи. Просовываю ноги в шлепанцы и беру полотенце, промокнув в него мокрое лицо. Слегка прохожусь по светлым волосам, отросшим почти до самых ягодиц, чтобы не оставлять после себя мокрые следы на полу. К счастью, я пришла сюда в махровом халате и мне не придется щеголять в одном бикини. Тщательно укутываюсь в мягкую ткань и плотно завязываю пояс на талии.
Стараясь не шуметь, насколько это возможно, прохожу через холл, ведущий к лестнице на второй этаж. Когда равняюсь со входом в гостиную, как назло, мои намокшие шлепанцы издают противный скрежет, и два огромных охранника, ожидающие своего босса, сразу устремляют взгляды на меня.
На лице одного из них со шрамом на брови, появляется устрашающая ухмылка, и я сглатываю, ощутив, как покрываюсь липким потом. Я знаю, что Пенхази держит рядом с собой настоящих головорезов. И я не удивлюсь, если руки и этих людей запятнаны кровью.
– Доброе утро, мисс Мэрион, – приветствует насмешливым тоном.
– Д-доброе, – прошмыгиваю дальше, чуть не сбив с ног другую горничную, вышедшую из кабинета отца с пустым подносом.
– Простите, Айрис, – виновато шепчет.
– Я сама виновата.
Девушка уходит, и я иду дальше, проходя рядом с дверями кабинета. Обращаю внимание, что дверь не до конца заперта и зачем-то останавливаюсь прислушавшись.
– Я рад, что ты нашел время заехать, мой друг, – слышится голос отца, отдающий напускным благоговением.
Я знаю, что отец стал побаиваться своего друга, особенно после того, как тот стал синдикатной марионеткой. Еще немного и Пенхази станет полноправным «смотрителем» города. А когда в руках таких людей оказывается власть, все в корне меняется.
– Я тоже рад, – звучит ответ низким басом. – Как поживает Барбара? – спрашивает о папиной нынешней жене, на которой он женился три года назад и с которой я не очень лажу.
Барбара старше меня всего на семь лет, и я знаю, что ей нужны от моего отца только деньги. Однажды я случайно услышала ее разговор с подругой. Я надеялась, что ее постигнет та же участь, что и двух предыдущих пассий, на которых он женился после моей мамы. Но, к сожалению, в этот раз все серьезно, поскольку Барбара забеременела двойняшками и находится уже на шестом месяце.
– Замечательно. Я наконец-то обрел ту самую женщину, и скоро мы станем настоящей семьей.
Слова, от которых что-то внутри меня надламывается, будто до этого у него не было той самой семьи.
– Отлично. Но я приехал поговорить о твоей дочери, – неожиданно произносит и внутренности скручивает в тугой узел.
– О чем именно, Леонард? – слышу звук щелчка зажигалки, а значит, отец закурил сигару.
– Неделю назад ей уже исполнилось восемнадцать, а ты помнишь, о чем мы говорили с тобой пятнадцать лет назад?
– Помню. Но речь ведь шла о твоем младшем сыне.
– Марти больше нет, и тебе прекрасно об этом известно, – и без того грубый голос приобретает металлические ноты.
Мне хорошо знакомо это имя. Наверно, я никогда его не забуду. Ведь говорят, первую любовь помнишь всегда. Марти часто бывал у нас со своим отцом, когда я была еще маленькой девочкой. Мы близко общались. На фоне своего отца он рос удивительно добрым и милым мальчиком. Он был старше меня на три года. Мне было десять, когда я поняла, что безнадежно влюблена в него. Когда мне исполнилось двенадцать, он был у нас в гостях, и мы резвились с ним в бассейне. В тот день он впервые поцеловал меня. Это был мой первый поцелуй с парнем и самый волшебный в жизни момент. В тот же вечер он дал обещание жениться на мне, когда мы вырастем, и я была на седьмом небе от счастья. Но спустя какое-то время от папы я узнала, что Марти убили и это было связано с работой его отца. Своего рода предупреждение. Я была убита горем и почти год находилась в тяжелой депрессии. Я до сих пор очень скучаю по нему и часто вспоминаю, как нам было хорошо вместе.
– Конечно, мне известно, Леонард. Но если ты намекаешь на Джулиана, то, насколько мне известно создание семьи никогда не входило в его планы. Его интересует только бизнес, игры в покер с друзьями и элитные эскортницы, сменяющиеся с частой периодичностью.
Все, что я запомнила о старшем брате Марти, который редко бывал у нас, – это то, что он почти точная копия своего отца, как внешне, так и внутренне. Холодный, высокомерный и циничный. Полная противоположность умершего брата. А еще он гораздо старше меня. Ему уже тридцать или даже тридцать один.
– Мне плевать, что входило в его планы. У меня есть хорошие рычаги давления на него. Я уже давно немолод и мне нужны внуки. Те, кто продолжит мое дело в будущем. Если я не повлияю, то мой род так и закончится на единственном сыне. Поэтому не будем терять времени и сыграем свадьбу, – от услышанного сердце пропускает удар и ноги едва не подгибаются.