Виктория Лайонесс – Инстинкт совершенства (страница 5)
– Я…я здесь работаю, – выпаливаю первое, что приходит в голову.
– Это ты про твой фальшивый наряд?
– Эверин, что у тебя там происходит? – звучит вопрос от Чарли, но я игнорирую его.
– Хозяин попросил меня, – очередная бредовая ложь вылетает из моего рта.
– Что еще?
– О чем вы? – медленно обхожу стол, продумывая возможные пути к отступлению.
– Больше ничего не просил?
– Не понимаю, о чем вы? – снимаю перчатки.
– У тебя такая привычка отвечать вопросом на вопрос?
– Кажется, не только у меня. Вы так и не ответили, кто вы и что здесь делаете? – пытаюсь заговорить ему зубы.
Он отвечает не сразу, продолжая сканировать меня со своего места, а я же продолжаю сдвигаться к двери. Наблюдаю, как он закрывает книгу и кладет ее на край барного столика. Подносит стакан к губам и делает глоток янтарной жидкости, вернув руку на подлокотник.
– Я сотрудник охраны того, кого ты только что обокрала. А здесь, потому что захотел немного побыть в тишине.
– Я ничего не взяла.
– Ты так в этом уверена?
– Да.
– И что предлагаешь мне делать с увиденным?
– Сделать вид, что ничего не произошло. А я просто уйду, и вы меня больше никогда не увидите.
Что-то мне подсказывает, что если бы он хотел, то уже давно схватил бы меня и вызвал своего босса, но продолжает расслабленно сидеть в кресле.
– А ты еще и самоуверенная, воришка. И сколько же тебе обещали за эти фото?
– Дело не в деньгах. Вернее, не только в них.
– Хм…да неужели?
– Эверин, у тебя две минуты! Вали оттуда, если не хочешь быть замеченной охраной? – крик Чарли заставляет меня дернуться к двери.
– Мне пора, – хватаюсь за ручку и не успеваю открыть дверь, как охранник в два шага оказывается рядом и хватает меня за запястье.
Его прикосновение обжигает, будто меня коснулись слабым разрядом электрошокера, отчего непроизвольно вздрагиваю.
Дыхание перехватывает, когда я понимаю, что он выше меня на целую голову. Мужчина обладает фигурой атлета с широкими плечами, спрятанными под костюмом тройкой графитового цвета и белоснежной сорочкой, явно сшитыми на заказ.
Поднимаю взгляд от загорелой руки, держащей меня мертвой хваткой, успев обратить внимание на дорогую марку часов.
Замираю, встретившись с пронзительным взглядом прозрачных серых глаз с ярко выраженной темной границей вокруг радужки. Они кажутся какими-то неестественными. А что еще бросается в глаза, так это то, что темно-русых слегка вьющихся волос и недельной щетины на мужественном подбородке в некоторых местах уже коснулась седина. Можно было бы подумать, что ему уже далеко за сорок, но если присмотреться получше, то ему скорее немногим больше тридцати пяти. И я зачем-то ловлю себя на мысли, что ему идет эта седина.
– Собираешься передать меня своему боссу? Или кто тебе хозяин дома? Ты ведь сказал неправду? – собрав остатки смелости, смотрю на него с вызовом.
– Догадливая, воришка, – ухмыляется. – Но не волнуйся, я отпущу тебя. Но сначала назови свое имя?
– Чтобы ты потом сдал меня полиции?
– Поверь, мне не это ни к чему. То, что происходит в доме Билла, меня абсолютно не касается. Это его личные проблемы.
– И ты ему не скажешь, что видел?
– Нет.
– И почему я должна тебе верить?
– Тебе больше ничего не остается.
– Тогда тебе ни к чему мое имя, – произношу пересохшими губами, ощущая, как адреналин захлестывает и начинает не на шутку трясти.
В какой-то момент незнакомец опускает взгляд на наши руки, и сердце уходит в пятки, когда я вижу, что блузка задралась и открыла его взору часть моего тату. Не успеваю среагировать, как он поднимает манжет, увидев всю картинку.
– Как интересно, – на губах появляется странная улыбка. – У воровки набита татуировка Фемиды – богини правосудия и правопорядка.
– Это не Фемида, а ее дочь Ора – богиня человеческой справедливости, – его знание греческой мифологии еще больше запутывает.
– Так ты у нас борец за справедливость? – приподнимает темную бровь.
– Не твое дело, – выдергиваю руку, порываясь открыть дверь.
– Поднос забери, – повелительно произносит, отходя от двери, что говорит о том, что он больше не собирается удерживать меня.
Быстро хватаю поднос и вылетаю из кабинета. На колотящихся ногах и выпрыгивающим из груди сердцем иду по коридору. Чуть не вскрикиваю, когда из-за поворота на меня налетает огромный охранник.
– Какого черта ты здесь ходишь? – хватает меня за руку выше локтя, до боли сжимая ее металлическими тисками.
– Ох…яя…
– Отпусти ее, Дин. Она приносила мне выпить в кабинет Билла. Все в порядке, – за моей спиной звучит уже знакомый голос.
– Простите, сэр, – отпускает мою руку, заметно затушевавшись под мужским взглядом. – Я не знал, – кидает взгляд на поднос.
– Можешь быть свободен, – голос отдает холодом.
– Конечно, сэр.
Как только охранник скрывается за поворотом, незаметно выдыхаю и не оборачиваясь ухожу, чувствуя на спине обжигающий взгляд.
Оказавшись за воротами, срываюсь на бег, ощущая бушующий внутри шквал эмоций. Пульс зашкаливает. Звуки сердцебиения отдаются в ушах. Тело все еще находится в состоянии боевой готовности. Если бы тот мужчина не отпустил меня, пришлось бы применить боевые приемы, которыми я отлично владею. После того случая с попыткой изнасилования по рекомендации Чарли я пошла на уроки карате к его тренеру. И из четырех дней в неделю два я посвящаю именно этому японскому боевому искусству.
Добежав до машины, уже стоящую с заведенным двигателем, ныряю в салон, и Чарли сразу вжимает педаль газа в пол, срываясь с места.
– Какого хрена это было, Эверин? – раздается крик на весь салон.
– Все в порядке. Снимки у меня, – пытаюсь успокоить разъяренного друга.
– Какое, мать твою, в порядке? Тебя обнаружили.
– Если бы меня обнаружили, разве я сидела бы сейчас с тобой?
– впервые вижу его таким заведенным.
– Тогда с кем ты разговаривала? Я слышал мужской голос.
– Ни с кем, – снимаю парик со вспотевшей головы, распуская волосы.
– Что ты скрываешь? За решетку захотела?
– Никуда я не захотела. Тебе не за что переживать.
– Если кто-то видел, что ты сделала, тебе может не поздоровиться, и даже я тебя не спасу!
– Тогда какого хрена ты не увидел, что в кабинете кто-то есть?! – срываюсь на крик, не выдержав напряжения.