Виктория Коровашкова – Мой лохматый дневник (страница 1)

Мой лохматый дневник

Виктория Коровашкова

© Виктория Коровашкова, 2025

ISBN 978-5-0067-6856-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Подарок, который разонравился до распаковки

Кажется, меня зовут Джек. Ну или Федя… Хотя сначала все звали меня Фредди. Но это уже и неважно.

Я – маленький джек-рассел-терьер, мне всего два месяца. Моя жизнь началась в теплом доме, среди братьев и сестёр. Мы играли, толкались, кусали друг друга за уши и радовались каждому новому дню.

Потом за мной пришли Люди.

– Смотри, сынок, это твой щенок! – сказала женщина с добрыми глазами, протягивая меня мальчику.

Мальчик, радостно улыбаясь, взял меня на руки. Я облизал ему нос, он засмеялся. Мне показалось, что теперь у меня есть свой Человек. Я мечтал о том, как мы вместе будем бегать по траве, он будет бросать мне палку, а я буду её приносить. Мы будем делить бутерброды, и он будет рассказывать мне тайны. Я даже хотел научиться гавкать по слогам его имя.

Сначала я был самым счастливым псом, но что-то пошло не так. Думал, что просто нужно немного подождать. Что всё ещё станет как в самом вначале. Мальчик, мой Человек, первые два дня таскал меня на руках, даже спал, прижав к груди. Я засыпал под звук его сердцебиения, думая: «Вот он, мой мальчик. Навсегда».

Потом появились Правила:

– Не пускать в комнату!

– Не будить утром!

– Не прыгать на диван!

Я старался. О, как я старался! Кусал только разрешённые игрушки, научился терпеть, пока пузо не становилось таким тяжёлым, будто туда кто-то залил ведро воды.

Дни шли, а мальчик почти не играл со мной, да и подходил он ко мне всё реже и реже. Вместо него со мной «гуляла» его мама – быстрые пять минут у подъезда, глаза прикованы к телефону, я не успевал даже понюхать расцветающую клумбу возле дома.

Моим самым любимым местом в квартире стало окно. Там внизу всегда кто-то был: золотистый ретривер с девочкой, которая всегда смеётся. Какая-то дворняга, которому хозяин чешет пузо, пока тот валяется на спине. Даже злой той-терьер получает свою порцию ругани лично, а не через вздохи в пустоту. Я ставил передние лапы на подоконник и скулил так тихо, чтобы никто не услышал.

Одним воскресным утром я услышал, разговор, который не должен был слышать:

– Он же писается! И грызёт всё!

– Ты сам его выпрашивал!

– Я хотел собаку, а это… щенок. Я передумал.

Оказалось, родители пообещали меня в качестве подарка на день рождения Мальчику. Он ждал меня слишком долго. Настолько, что когда я наконец появился, оказалось, что я ему уже не очень то и нужен. Нет, он хотел собаку… но не меня.

В тот вечер я разорвал его кроссовок – единственный, до которого дотянулся. Не из мести. Просто пахло им. И тогда родители позвонили тёте Соне – той самой женщине, от которой меня когда-то принесли в этот дом.

– Помоги, – вздохнула мама. – Нашему сыну щенок больше не нужен.

Когда за мной пришла тётя Соня, я попытался унести в зубах носок Мальчика, но мне не дали это сделать. Тогда я оставил последнюю лужу возле его комнаты. Не в наказание. Как напоминание: «Я был тут. Совсем недолго».

Тётя Соня ласково погладила меня по голове и пообещала:

– Ничего, Федя, мы найдём тебе нового друга. Настоящего.

Теперь я живу у неё, в доме, где много других собак. Они большие, больше меня раз в пять, но они не обижают меня. Иногда я скучаю по тому мальчику, но тётя Соня говорит, что скоро у меня появится Человек, который будет любить меня всегда. И я верю. Потому что я – Джек. Или Федя. Или Фредди… Но главное – я хороший мальчик. И я жду свою настоящую семью.

Глава 2. С чистого листа

Я всё ещё жил у тёти Сони, когда она сделала странную штуку – положила передо мной телефон, нажала на экран и сказала:

– Ну, Федя, держись. Сейчас тебя увидят все.

Я не понял, что это значит, но через пару дней в дом начали звонить люди. Они приходили, брали меня на руки, щупали лапы, смотрели зубы… как будто я вещь, а не пёс. Мне это не нравилось. Я рычал, прятался или просто грустно скулил.

– Что-то он неконтактный – говорили люди и уходили.

Тётя Соня вздыхала, но всегда пыталась утешить добрым словом:

– Значит, не твои.

Один раз я даже перевернулся на спину и подставил пузо: «Проверка на настоящесть. Почешешь – значит, не передумаешь?»

Но они всё равно передумывали. Но не она…

По ту сторону экрана девушка по имени Ника уже месяц листала объявления о щенках. Она хотела джек-рассела, но всё не могла найти «того самого».

– Этот слишком крупный… Этот с некрасивым пятном… Этот уже взрослый… – бормотала она, пролистывая фото.

И вдруг звук входящего сообщения! – в личку письмо от неизвестного аккаунта. «Смотри. Он тебя ждёт. Прикреплённая ссылка вела на объявление тёти Сони.

– Ой… – Ника замерла.

На фото сидел я – бело-рыжий, с аккуратными ушками в форме конвертиков и взглядом, в котором читалось: «Ну что, забираешь меня или нет?». Она тут же набрала номер.

Когда Ника приехала, я спал, свернувшись калачиком в корзинке. Но что-то заставило меня проснуться. Запах. Незнакомый, но… правильный. Я поднял голову и увидел её – высокую, с тёмными волосами и глазами, которые сразу улыбнулись.

– Какой малыш… – Ника опустилась на колени.

Я не стал рычать. Не убежал. Мне вдруг захотелось подойти.

– Федя, иди сюда, – позвала тётя Соня.

Но я уже шёл. Сам. Ника протянула руку, я ткнулся носом в её ладонь, а потом лизнул.

– Всё, – засмеялась тётя Соня. – Он выбрал.

Так я обрёл новый дом.

В первое утром проснулся от того, что кто-то гладил мне живот. Открыл один глаз – она сидела рядом, улыбалась, а в руке держала…

– Это твоя миска, Джек, – сказала Ника, и имя прозвучало так, будто я всегда был Джеком.

Я перевернулся на спину, подставив пузо. Проверяю: если почешешь – не передумаешь ли? Она не передумала.

Сначала в новом доме я боялся запрыгивать на диван. А вдруг это ловушка? Скажут: «Ах так? Тогда обратно – в коробку!» Но Ника сама подхватила меня и посадила рядом:

– Теперь это твоё место, глупыш.

Я замер. Боялся дышать. Её рука лежала у меня на спине – тёплая и тяжёлая, как уютное одеяло.

«Значит… можно?»

С тех пор сплю только там – уткнувшись носом в её подмышку.

Потом всё закружилось, как в тумане. Когда мы в который уже раз вышли гулять, я занял стартовую позицию – лапы перебирают, будто пружины, глаза следят за её руками. Ника тянется к карману куртки.

– Где мя-я-ячик? – тянет она, а я подпрыгиваю от нетерпения.

И тут происходит волшебство: из кармана выныривает он – мой синий мячик. Тот самый, что пищит, как пойманная мышь, когда я сжимаю его зубами. Бросок! Он летит по дуге, сверкая в лучах солнца.

Я уже в воздухе – вытянутый в бело-рыжую стрелу. Молочные зубы вонзаются в резину, – «плюх!» – мячик сдался. Радость, слюна, победа – всё сразу. На обратном пути я выбираю особый маршрут. Пробегаю мимо первого подъезда – там живёт такса Нора, мимо лавочки, где обычно сидит рыжий шпиц.

И обязательно замедляюсь под окнами одной из квартир. Норка прилипает носом к стеклу. Её хозяйка с ней не играет – просто выводит на поводке «по делам».

Мопс на балконе весь в дорогом комбинезоне. Но без мячика! Морщинистая морда такая, будто он случайно съел лимон.

И вот, в самый разгар матча…