Виктория Королева – Развод. Поиграем, милый? (страница 29)

- Улыбка тебе идет больше, чем слезы, - раздался со спины знакомый голос. А потом теплые губы

коснулись поцелуем обнаженного плеча.

От неожиданной и неразрешенной ласки по телу прошла волна дрожи, а внизу живота томно

заныло. Тело напомнило, что я непозволительно долго не была с мужчиной.

- Прекрасно выглядишь, - Вяземский обошел столик и сел напротив меня без приглашения.

Официант моментально подбежал к нему, я не успела возмутиться, как Вяземский уверенно

сказал:

- То же, что у дамы и бокал.

- Я не приглашала тебя. Это мой праздник.

- Я вижу, ты рада до слез, - Вяземский улыбнулся, так обворожительно, что сердце екнуло, но мозг

уже вовсю вопил: «Опасность».

- Свободная женщина, могу себе позволить и слезы, и шампанское, - пробурчала недовольно.

Недовольно, потому что была рада его видеть. Злилась на себя за то, что снова ведусь на

кобелину, вроде Артема. Они же друг друга поняли.

И я поняла, прямо тогда в детской и поняла, что хочу семью. Не просто крышесносный секс и

общее дело, а брак. Полноценный, без лжи и предательства.

Вот и вопрос: зачем мне теперь Вяземский? Он мне не даст того, чего я хочу. Наоборот, уничтожит

во мне то, что еще верит в сказку. Ма-а-а-а-а-а-леньку такую частичку, которую не удалось

растоптать Артему.

- Полина, я вполне серьезно говорил. Я хочу, чтобы ты стала моей женой, - Вяземский достал из

внутреннего кармана коробочку, перетянутую синим бархатом, раскрыл и протянул мне, - выходи

за меня.

На белом шелке сверкало кольцо из платины с неприлично огромным бриллиантом.

Такой понимающий, а значение слова «нет» не знает.

Я покачала головой и коробочку не взяла. Купить меня не получится, я и сама себе такой камушек

позволить могу.

Ладно, сейчас не могу. Все вложила в новую компанию, материалы и участки под строительство.

Через год смогу или два.

Сути это не меняет.

- Я уже обожглась один раз, когда вышла замуж за Артема. Второй раз такой ошибки я не

совершу. Я слышала ваш разговор. Вы с моим бывшим супругом отлично поладили.

- Полина, не поладили мы. Скорее…

- Поняли друг друга. У вас с ним много общего. У тебя гарем, у него тоже, - парировала ядовито и

поднялась. Хватит, праздник испорчен. Пора возвращаться к работе.

- Нет у меня никого, с тех пор как тебя встретил я ни с кем не встречаюсь, - сказал Вяземский так

громко, что на нас начали оборачиваться за соседними столиками, встал вместе со мной.

- П-ф-ф-ф, месяц. - проскрежетала я сквозь зубы и направилась к выходу.

Глава 30

- Полина, стой! Да послушай же! - Вяземский обогнал меня и преградил дорогу к гардеробу, - не

отрицай между нами было что-то, искра, связь, называй, как хочешь, но не говори, что не

чувствуешь ко мне ничего. Я видел тогда, что ты хотела меня. И хочешь.

- Нет, ты такой же, как Артем. А к нему я не испытываю ничего, кроме презрения. Дай пройти, -

попыталась обогнуть его, но Вяземский схватил меня за предплечья, впечатал в себя и не успела я

опомниться, как впился в губы поцелуем. Уверенным, властным, схватил за затылок и не позволял

разорвать поцелуй, пока я не приоткрыла рот и он проник в него языком.

Черт! Черт! Черт

Поля! Ну что ты делаешь?!

Целуюсь, очевидно же. С очередным мудаком, который собирается испаскудить мне едва

обретенную свободу.

0, Вяземский не просто целовал. Он совращал, искушал. Трахал мой рот, нагло, по-хозяйски, не

позволяя прийти в себя и отстраниться. Изучал языком мой язык, ласкал и убивал одновременно.

Убивал желание сопротивляться. Я с ним, как течная сука с бешенством матки, готова была пойти

куда позовет, потому что я соскучилась по таким поцелуям, по ласке, по близости. Поцелуй

напомнил, что я слабая женщина, которая может и покапризничать, и платье красивое надеть для

себя, а не такое, чтобы спонсорам понравилось. По щекам побежали слезы.

Вяземский разорвал поцелуй, заметил влажные щеки.

- Полина, ты что?

- Я тебе не верю, - ответила и уперлась в его грудь, пытаясь высвободиться, - хочу ли я тебя? Да, ты

привлекательный, сложен, как Арес. Но я тебе не верю. И никому не поверю после Артема, после

того, что он сделал с нашим браком, - не играла и не притворялась сейчас. Впервые вот так честна

была с ним.

Вяземский это почувствовал, провел по моей щекам, вытирая слезы:

- Сильные женщины не плачут, особенно те, кто столько добился в мужском бизнесе.

- Нет, Саш, плачут, закрывшись от всех, чтобы никто не видел их слабость, - снова попыталась

высвободиться из его рук, но Вяземский не отпускал.