Виктория Королева – Развод. Поиграем, милый? (страница 25)

- Ты буржуй, какое пионерское, - отвернулась к окну, не хочу на него смотреть.

И вовремя отвернулась, потому что мы уже подъезжали к особняку Вяземского вот же, гад!

- Ты тоже буржуйка, - парировал Вяземский, вышел из машины, припарковавшейся у крыльца, обошел ее, открыл передо мной дверцу и галантно подал руку.

Ненавижу его!

Но руку все же подала и вышла из машины, настолько грациозно, насколько позволил букет роз, цеплявшийся за все.

- Можешь занять эту спальню, чувствуй себя, как дома, - Вяземский включил свет, забрал у меня

цветы, - это поставят в воды.

- Дома я себя чувствую отвратительно, - но в комнату все же вошла, ночь на дворе.

Домой не хочу, в гостиницу поздно. Остается согласится и надеяться, что Вяземский не будет

рваться ко мне в спальню.

Он словно прочитал мои мысли, улыбнулся так, что еще немного и щеки треснут, и сказал:

- В двери есть замок, если мне не доверяешь.

Не доверяю и ему, и себе. Потому что в крови еще гуляет мартини и злость на мужа.

Он бросил меня по телефону!

Это так унизительно, так пошло. Прямо, как роман с секретаршей в леопардовой юбке!

Неужели он всегда таким был, и я этого просто не замечала? Жила в розовом воздушном замке и

работала, как в каменоломнях.

Плюхнулась на кровать, удобную, черт возьми. Королевскую даже, а не дворянскую.

Устала, как же я устала за эти дни. И все зря. Планировала, прикидывала, шалила, а в итоге

осталась у разбитого корыта. Брак разрушен, компания утрачена, детей нет.. каких детей? провела

ладонью по лицу, начинаю думать, как мама. Муж, дети.. скалку осталось в руки взять и ей Артему

настучать по причинному месту.

Ой , бред.

Завернулась в одеяло, скинула с ног туфли и прямо так в одежде уснула, поджав колени к груди, как в детстве.

Утро вечера мудренее, так говорится?

Но утром свет мудрости на меня не пролился, только последствия накаченного вчера мартини.

Дверь я не запирала, но Вяземский и не пытался овладеть мной во сне. Хоть на том спасибо.

Решила, раз уж я сегодня расстаюсь с любимым мужем, то достойна утро провести, как королева.

Налила ванную, добавила пену, соль. Разделась и нырнула рыбкой. Не торопилась покинуть эту

обитель порока, она же усадьба Вяземского.

К завтраку спустилась в банном халате, разморенная, разнеженная, с влажными волосами, будто

у себя дома. Вяземский так и застыл с недонесенным до рта круассаном.

- П-л-полина, доброе утро, - сказал он и по его губам растеклась улыбка, - выходи за меня, как

только разведешься с этим мудаком, выходи за меня. Я хочу, чтобы ты вот так спускалась ко мне

каждое утро.

- Нет, одного мудака мне хватило, больше, чем достаточно, - налила себе кофе в чашку, потянулась за сладкой булочкой, когда разверзся ад.

В столовую влетела горничная, всплеснула руками и закричала:

- Александр Борисович, там к вам посетитель. Охрана его скрутила, но он вырывается и говорит, что никуда не уйдет, пока. простите, не набьет вам рожу. Это его слова, - быстрее добавила

горничная и покраснела, мак.

Я не удержалась и пошла за Вяземским. На улице охрана держала за руки Артема, он вырывался, грозил всех засудить и уничтожить, а потом увидел меня. в банном халате, с влажными волосами.

- Полина, что ты. - Они прищурился, окинул меня и Вяземского презрительным взглядом, -

понятно...

Глава 26

Задохнулась от возмущения, то есть он еще пострадавшая сторона? Любитель шлюх и леопарда!

Полина, иди в дом, - спокойно сказал Вяземский, закрыв меня собой, - и не выходи, у нас эдесь

мужской разговор.

- Да, Полина, иди в дом, тебе там так хорошо было, что ты всю компанию протрахала, -процедил

Артем и рванулся из рук охраны.

От несправедливого обвинения меня подбросило.

Я протрахала!

Хотела кинуться на мужа и вцепиться в его рожу когтями, но Вяземский вытянул руку, угадав мой

порыв и повторил:

- Полина, зайди в дом.

Я кипела от злости, не хотела идти в дом, но Вяземский сопроводил свои слова таким взглядом, что поняла: пойду, и в дом, и замуж, и в любое другое место, какое он укажет.

Может быть, не сразу, но пойду.

И пошла.

- Отпустите, - донеслось мне вслед.

А дальше, ох, хорошо, что я ушла и не смотрела. Там побоище дальше началось, два самца

сцепились из-за территории и самки. Черт! И угораздило же меня так попасть.

Поплелась наверх, впереди ждали долгие и неприятные объяснения с Артемом, бракоразводный

процесс, раздел имущества и страшно подумать, что еще. Моя одежда лежала выстиранная и

выглаженная на кровати. Прислуга Вяземского была вышколенной и впрямь, как у аристократа.

Высушила волосы, оделась и села на кровать, понятия не имела, что теперь делать.

Чувствовала себя кругом виноватой и немного грязной. Вот так, и не было ничего. Но подозрение

Артема меня задело, даже сильнее его измен. Сильнее его шлюх. Будто это я виновата в том, что