Виктория Калленбах – Ты сможешь, ведьма! (страница 3)

– А я говорила тебе, что нужно его закрыть. Позвать Мирослава, чтобы он запечатал его раз и навсегда. – Голос, доносящийся словно сквозь вату. Родной, успокаивающий.

– Ты же знаешь, что проход нельзя запечатывать. Это не в нашей власти. Последний раз это делали в 1939 году. Помнишь, что тогда произошло? Его не смогли отправить назад. То-то же. Мы же не хотим, чтобы все это повторилось.

– Ох, – вздохнул первый голос, – и то верно. Давай-ка я перевяжу тебе ладонь. Смотри, почти до кости рассекла. А кольцо цело. Выдержало, молодец, змеюка, в очередной раз помогла.

Я тряхнула головой, отгоняя воспоминания. Повинуясь неведомому инстинкту, протянула руку и перевернула кисть трупа ладонью вверх. Кожа была идеально гладкой. Ни малейшего следа. Еще не совсем отдавая себе отчета в том, что делаю, я обошла стол и проделала то же самое с другой ладонью. Пусто.

– Откройте второе тело! – потребовала я.

– Как скажете, – пожал плечами старичок.

Но и на втором теле не было никаких отпечатков. Я подняла глаза и посмотрела на присутствующих.

– Это не они. – Твердо сказала я. – Это не мои бабушки.

– Но, документы, одежда, да даже кольцо! Все знали его, она никогда его не снимала. – Адвокат начала заметно нервничать.

– А вот кольцо я заберу. Это реликвия нашей семьи. Не знаю, что произошло и куда вы дели моих родственников, но совершенно точно собираюсь это выяснить!

Глава 3

– Ну, что, бездари, опять все провалили? – Зорица постучала длинными красными ногтями по столу и взглянула на двух амбалов, сидящих перед ней.

– Ну, мам! Мы все сделали как ты сказала. Кто ж знал, что она такая въедливая. Просто заноза в жо…

– Не сметь ругаться, – прикрикнула она. – Когда вы уже научитесь вести себя как люди? Уважаемые, порядочные люди, какими все нас здесь должны считать!

– Мам, я больше не могу, – заканючил второй, – можно нам уже вернуться домой? Ну невыносимо, правда.

Он стянул с головы парик, обнаживший красную абсолютно голую кожу черепа с маленькими рожками.

– Невыносимо? – глаза ее сделались красными, и в них на миг вспыхнуло пламя. – Я все сделала за вас. Даже дом погрузила в стазис! Вам оставалось только найти этот чертов манускрипт! Но вы и с этим не справились! Вот уж и правда демоново отродье. Все ваш папаша, будь он неладен. Порченое семя. Еще и старух упустили!

– Кто ж зал, что они так быстро отреагируют? Ползали вечно, как сонные мухи, а тут раз, и за полдня все следы подчистили. Мы все проверили, они не пересекали границу, в Сербии их тоже нет. А маяк был настроен на кольцо. Никто не думал, что она рискнет его оставить.

– Ну что ж. Теперь оно у девчонки. А это значит, что не все потеряно. Рано или поздно она приведет нас к тому, что мы ищем. – Зорица потянулась в кресле. – Свободны, бездельники. Идите, имитируйте добропорядочную жизнь. И чтоб больше без глупостей. Ты меня услышал, Кайл?

– Ох, госпожа Зорица, забываетесь, – осклабился тот, нарочито кривляясь, – Драган, меня зовут Драган.

– Пошли вон, – устало произнесла она и прикрыв глаза откинулась в кресле.

Вернувшись в дом, я приступила к уборке. Тщательно перемыв и расставив посуду по местам, перешла в гостиную, пол которой был усеян книгами, осколками некогда красивых ваз и разными мелочами, которые так любили мои старушки. Статуэтка балерины лежала в самом углу, отброшенная за ненадобностью теми, кто перевернул этот дом вверх дном. Голова отломилась при падении и теперь лежала недалеко от искалеченного туловища. Взяв ее в руки, я попыталась приладить фарфоровую голову к телу, продумывая варианты реконструкции. Внезапно, взгляд мой зацепился за полость внутри фигурки. Взглянув повнимательнее, я различила в самой глубине обрывок бумаги, свернутый в тугой рулончик.

Порывшись в рюкзаке и вынув маникюрный набор, я взяла пинцет и начала аккуратно вытаскивать бумажку. Эта, казалось бы, несложная работа, заняла у меня достаточно времени. И вот, рулончик был у меня в руках. Развернув его, я оторопело вчитывалась в строки, написанные аккуратным мелким почерком Слободанки.

«Девочка моя, если ты это читаешь, значит то, чего мы так боялись, все-таки произошло. Мы долго пытались уберечь тебя от всего этого. Но, видимо, настала пора узнать правду. Наш мир не совсем такой, каким может показаться на первый взгляд. Он не статичен, а текуч как смола. Время в нем может замедляться и ускоряться по твоему желанию. А еще, в нем иногда появляются дыры. Проходы, как мы их называем. Но пройти через них может лишь тот, кто наделен особым чутьем и способностями. Это великое знание, передающееся из поколения в поколение и тщательно оберегаемое от посторонних. Таких семей осталось очень мало, и наша одна из них. В детстве ты открыла эту завесу, но была не готова, да и опасно это было. Но теперь настало время действовать. Помнишь колодец на заднем дворе? Это один из самых старых и стабильных проходов. Доверься своему чутью и ступай. Мы найдем тебя по ту сторону. Уроборос подскажет тебе дорогу, слушай его и ничего не бойся. Твоя Ба».

Я вновь и вновь перечитывала строки на старой пожелтевшей от времени бумаге, пытаясь уложить в голове столь невероятные факты. Виски покалывало, чувство тревоги нарастало. И тут я осознала, что именно не давало мне покоя с самого приезда. Дом! Я его не слышу! Поднявшись, я принялась медленно обходить по кругу каждую комнату, проводя руками по стенам, прислушиваясь пытаясь проникнуть в самую его суть, как учили бабушки. «Что с тобой случилось, милый? Ответь мне, пожалуйста». Выйдя на крыльцо, я подняла глаза к резному деревянному украшению, подковой нависающему над входом. Внезапно глаз кольнуло, будто солнечный зайчик попал в зрачок. Приглядевшись повнимательнее, я обнаружила практически невидимую глазу тонкую серебристую ниточку, свисающую почти до самой двери. Я потянулась, чтобы ухватиться за нее, но рука лишь схватила воздух, пройдя насквозь. Попробовала еще раз – тот же результат. «Как все это странно, не усталость ли и воображение играют со мной злую шутку?» Воображение! Точно! «А почему бы и нет?» – подумала я.

Мысленно представила, что моя рука, такая же серебристая и эфемерная, тянется к ниточке, и хватает ее. И, о чудо! Ниточка натянулась и поползла вниз. «Так, молодец, еще немного», – подбодрила я себя. Вскоре, у меня в руках оказался целый клубок, словно я случайно распустила свитер, незримо окутавший дом своим плотным покровом. Резко потянув, я услышала громкий хлопок и вздох облегчения, прокатившийся по двору и отразившийся от каменной ограды.

– Что? Где? Кто здесь? – услышала я странный голосок позади. Оцепенев от ужаса, я повернулась и увидела стоявшего на пороге маленького взъерошенного человечка с копной рыжих волос и крохотной метлой наперевес. Он едва доставал мне до колена. Я резко зажмурилась и помотала головой. Приоткрыв один глаз, поняла, что видение никуда не исчезло, а даже, наоборот, перехватив метлу поудобнее за черен, направило на меня острые прутья.

– Ты что такое? – еле смогла выговорить я.

– Хэнде хох, лазутчик! – произнесло существо, подмигнув мне.

– Я сошла с ума, – прошептала я и перед глазами померкло.

Поток воды резко ударил мне в лицо. Я распахнула рот, пытаясь вдохнуть, и открыла глаза. Капли застилали глаза, но сквозь них я вполне отчетливо видела нечто рыжее, копошащееся возле моего лица. Мягкое полотенце коснулось меня, заботливо стирая остатки влаги.

– Ну, наконец-то, я уж думал придется тащить тебя в дом. Я, конечно, сильный, но такую тушу поднять это надо постараться. А я в грузчики не нанимался, – ворчало существо.

– Никакая не туша, во мне всего-то пятьдесят килограмм, – зачем-то принялась оправдываться я.

– Ну вот, я так и сказал. – надо мной склонилось круглое веснушчатое лицо с озорными глазками. – Вставай, я уже чайник поставил.

Я села, потирая ушибленный затылок. Видать, знатно так об порог приложилась, когда падала. Чувствуя себя восставшим зомби, я поднялась и поковыляла в дом. Усевшись за стол, внимательно посмотрела на человечка, деловито расставляющего чайные чашки, сахарницу и вазочку с печеньем. Причем делал он это так ловко и быстро, что я аж поразилась. Вот он прыгает на соседний стул, бац! И передо мной уже изящная чайная пара. Секунда рыжего вихря, проносящегося мимо, и вот уже пузатый стеклянный чайник, источающий аромат свежезаваренных трав и лимона занимает свое почетное место на столе.

– Так, давай начнем с начала, – немного успокоившись, сказала я. – Ты живой, да, настоящий?

– Удивительная наблюдательность, – фыркнул человечек.

– Так, отлично. И кто ты такой?

– Что значит кто? Домовой, конечно! Странные какие-то у тебя вопросы.

– Ничего не странные. До сегодняшнего дня я была уверена, что вас не существует.

– Это как не существует? Что за крамола, барышня? Вот так и забывают старых друзей, – он печально вздохнул.

– В смысле? Каких еще друзей? Да я тебя первый раз в жизни вижу!

Домовой уставился на меня немигающим взглядом, а потом на глаза его навернулись слезы.

– Ты меня что, совсем-совсем не помнишь? – всхлипнув, спросил он.

– Не-а, – честно ответила я, – а должна?

– Ну конечно! – воскликнул он. – Мы же все твое детство тут провели! Бегали по лесу, играли в догонялки. Я учил тебя ловить мышей, а ты снимала меня с дерева!