Виктория Холт – Солнце в зените (страница 78)
При упоминании Джейн Уильям Гастингс почувствовал, как обмякает. Он знал, что сейчас случится. Знал, что ее посещения убежища окажутся замечены. Глостер знал...
Это произошло слишком внезапно, чтобы Уильям сумел думать ясно. Получалось только вглядываться в суровые глаза Защитника государства, горящие на его бледном лике.
'Теперь, раз вышеназванные дамы сговаривались против меня, их можно считать предательницами...Каковой следует оказаться судьбе предателей?' Над столом повисла тишина. Все взгляды сосредоточились на Его Милости герцоге Глостере. Он обернулся к Гастингсу.
'Вы молчите, мой господин. Ответьте нам, каков должен быть жребий данных...изменниц'.
Гастингс заставил себя заговорить. 'Если они совершили это, если сделанное ими возможно доказать...', - начал он.
Ричард посмотрел на Уильяма. 'Вы отвечаете мне, используя 'если' и 'и'. Я вам отвечу, - они совершили то, в чем обвиняются. А вы - вы состояли с ними в одной упряжке в этом заговоре!' Герцог ударил кулаком по столу с такой силой, что все на него взирающие резко отпрянули, вжавшись в свои кресла. 'Я позабочусь о вашем теле, мой господин Гастингс'.
Настала минута молчания. В течение доли секунды Ричард колебался. Он не сводил с Уильяма взгляда. Ему нравился этот человек, являвшийся ближайшим другом Эдварда. Брат черпал огромное удовольствие в обществе Гастингса. Но данный факт прошлого делал средство излечения еще более необходимым. Уильям знал, что Ричарда назначил на его место Эдвард, однако, он был готов пойти на предательство. Не только по отношению к Ричарду, но и по отношению к Эдварду.
Смягчаться нельзя, придется собрать волю в кулак. Все зависит о его поведения в этот миг.
Герцог твердо смотрел на Гастингса.
'Клянусь, что не отправляюсь обедать, пока ваша голова не окажется отделена от тела. Вы изменник, Уильям Гастингс, а участью изменников должна быть смерть'.
Ричард стукнул по столешнице. Это был знак, что он велел стражникам подождать. Они вошли в палату с возгласом: 'Предательство'.
Герцог взглянул на них и на мертвенно бледные лица сидящих вокруг стола.
'Задержите данных людей', - громко произнес Ричард, указывая на Их Милости Ротерхэма, Мортона и Стенли.
'Уведите их. Но не трогайте моего господина Его Милость лорда Гастингса. Нет...только не моего господина лорда Гастингса. Вы, - изменник и должны сейчас умереть'.
Это был знак. Стражники схватили названную четверку. Ротерхэма и Мортона увели в специальные помещения Тауэра, Стенли препроводили домой под охраной и заперли там, а Гастингса незамедлительно спустили на луг и нашли ему священника, дабы осужденный мог быстро получить отпущение совершенных грехов.
Все еще ошарашенный Уильям Гастингс оказался на лужайке. Это было слишком неожиданно. Утром он попрощался с Джейн, с недавних пор его драгоценной возлюбленной, каковой всегда хотел ее видеть, и пообещал молодой женщине, что скоро опять к ней вернется.
Гастингс был счастлив. Да, он втянулся в заговор, но это лишь прибавило жизни пикантности. Уильям отличался опрометчивостью и определенной степенью безумия. Гастингс никогда не любил Вудвиллов и сейчас понимал, как глуп оказался, полагая соединить свой жребий с судьбой клана Елизаветы. Глостер обладал значительной мощью. Эдвард видел ее, назначая брата Защитником государства.
А теперь Уильяма ждала награда за проявленное безумие. Ему пришел конец.
Поблизости не нашлось нужной палачу колоды, но в крепости проходили какие-то работы, и стражники отыскали кусок дерева, сыгравший бы ее роль.
Нежный и благоуханный ветерок ласкал лицо Уильяма Гастингса, когда он положил голову на торопливо смастеренную колоду и умер.
Возгласы об измене услышали в городе. Ученики-подмастерья выбежали на улицы, размахивая любым умещающимся в руках оружием, торговцы приготовились защищать свои лавки, а лорд-мэр собрался выстроить подотчетные ему силы. Если в воздухе реяло предательство, если должны были произойти столкновения, Лондону следовало себя защитить.
Ричард тут же выслал на улицы глашатая. Ему следовало ездить по ним, использовать свою трубу и просить население выслушать то, что он должен сообщить. Причины для тревоги не существовало. Все, что случилось, - это раскрытие заговора и получение виновными справедливого возмездия. Замысливший погубить Защитника государства и герцога Бэкингема лорд Гастингс сам оказался обезглавлен. Всем было известно, что именно он толкал покойного короля на дорожку распущенности, а теперь являлся возлюбленным подруги покойного монарха госпожи Джейн Шор - женщины легкого поведения и ведьмы. Прошлой ночью Уильям Гастингс находился с ней, с дамой, разоблаченной в участии в заговоре.
'Уберите оружие, добрые горожане', - восклицал глашатай. 'Своевременные и быстрые действия Защитника государства предотвратили грозившую вам опасность'.
Лондонцы с радостью следовали данному совету. Проблем никто не хотел. Но толпы продолжали оставаться на улицах, спрашивая друг друга, - что же дальше случится. Положение сложилось трудное. Несовершеннолетний король всегда являлся источником трудностей. Ее Величество находилась в убежище, а Вудвиллы переживали свой закат. Что оценивалось исключительно положительно. Столичные жители с самого начала невзлюбили алчных родственников Елизаветы. Зато у них был лорд Защитник государства, показавший себя на севере достойным правителем, способным присматривать за страной.
'Если бы лорд Защитник государства надел корону', - произнес кто-то, - 'стало бы совсем не плохо'.
'Есть еще маленький король', - ответила одна из женщин.
'От маленького короля только неурядицы', - парировали ей.
Однако, все были довольны, что сражений в городе нет.
Ричард немедленно созвал собрание Совета, дабы объяснить причину собственных скорых на расправу поступков. Казнить человека без суда в любое время достаточно чревато неприятностями.
Среди присутствующих не нашлось никого, кто бы не понимал необходимость срочных мер. Многие знали, - Гастингс предал прежнюю верность Ричарду, также они знали о связи Уильяма с Джейн Шор, и о посещении супругой ювелира как короля, так и его матушки. Это было очень правдоподобно. Глостер сделал то, что пришло бы в голову и любому другому сильному вельможе.
Ричард тревожился, - как показать, что он не испытывал по отношению к Уильяму Гастингсу личной неприязни. Покойный король просил, дабы друга похоронили рядом с ним, поэтому герцог велел отнести тело в Виндзор и устроить ему погребение там, вблизи от Эдварда, в часовне Святого Георгия. Брат начал строить ее, но здание все еще было не окончено. Что касается вдовы Гастингса, Екатерины, ее не следовало лишать имущества, и Ричард брал женщину под свое покровительство.
Джейн Шор, по его словам, оставшись без вышестоящих соратников, имела мало значения. Она обладала крайне низкой социальной ответственностью, подобные Джейн должны были принести покаяние и лишиться нажитого имущества. Ричард передал молодую женщину Церкви, которой и следовало подумать, как ее покарать. После исполнения наказания о Джейн решили забыть. Герцог не хотел предпринимать против нее никаких действий. Ее любил его брат, и Ричард помнил об этом. Покаяние в придачу к утрате всех благ, пожалованных Джейн Эдвардом и остальными, уже являлись достаточным наказанием.
Далее стоило перейти к более серьезным вопросам.
Требовалось убедить Елизавету Вудвилл покинуть убежище. Если она это сделает, то сможет жить вместе с королем, Эдвард и герцог Йорк окажутся рядом, как и хотели, равно и дочери покойного монарха.
Если же Елизавета откажется оставить убежище, а заставить ее поступить иначе не представлялось возможным, значит, у королевы следовало забрать герцога Йорка.
Совет согласился, что Елизавету нужно было поставить перед выбором.
Кроме того, носилось огромное количество слухов, не только по Лондону, но и по всей стране.
Во-первых, они касались картины шествия Джейн Шор. Одетая в простое шерстяное платье молодая женщина босой прошла по улицам, в руках держа зажженную свечу.
Падение становилось окончательным. Джейн хотели унизить, и это успешно сделали.
Горе сразило Джейн. Она винила себя за смерть Гастингса. Именно Джейн вовлекла его в устроенный королевой заговор. Не случись ее участия, Уильям был бы сегодня жив.
В процессе пути Джейн могла видеть стоящих на улицах людей, они толпились вокруг с глазами, расширенными от любопытства, злобы и удовольствия! Ей завидовали, ведь молодая женщина являлась самой любимой из королевских подруг. Ее часто приветствовали, а Джейн всегда старалась сделать для народа все, что находилось в ее силах. Горожане знали это и отвечали искренней любовью. Но по таким случаем, как теперь на площадях оказывались даже не те, кто приходил позлорадствовать, здесь собирались опасные, завистливые, считающие себя воплощением добродетели.
'Гулящая', - бросали они ей вслед. Хорошо, Джейн думала, что и была таковой. Гулящей и совсем не лучше их, хотя и гуляла с королем.
Ну уж нет. Джейн любила короля, и Гастингса она любила. Своего ювелира...нет, она никогда к нему ничего не испытывала, к браку с Шором принудил ее отец. Взаимоотношения с Дорсетом не относились к числу приятных. Джейн их стыдилась. И где в настоящий миг Томас Дорсет...плетет где-то интриги против Защитника государства.