Виктория Холт – Солнце в зените (страница 69)

'Но меня батюшка доверил Его Милости лорду Риверсу', - мгновенно парировал Эдвард.

'В действительности, выбор вашего дядюшки был совершен Ее Величеством королевой, но ваш отец начал тревожиться относительно преобладания влияния семьи вашей матушки и собирался произвести необходимые изменения'.

Эдварду хотелось крикнуть этому дядюшке: 'Я этому не верю. Я их всех люблю. А они любят меня. Мой брат Ричард и мой дядюшка Энтони - еще и самые верные друзья. Что же до вас, мой господин Глостер, я вас не знаю. Вы не внушаете мне симпатии. И я хочу, чтобы мне вернули дядюшку Энтони'.

Но в дядюшке Ричарде Глостере было нечто суровое и резкое. Эдвард робел перед ним, даже боялся его. Его Милость выглядел так, словно очень редко смеялся. Дядюшка Энтони смеялся часто, пусть и являлся человеком очень религиозным и даже иногда носил под изысканными одеяниями власяницу. Разве подобное поведение и привычки не считались признаком святости? Но с дядюшкой Энтони все превращалось в шутку. Как и со старшим единоутробным братом. Мальчику хотелось велеть дяде Глостеру вернуть ему лорда Риверса, но он не знал, как это сделать.

'Мой господин', - мягко произнес Его Милость герцог Глостер, - 'ваш отец оставил наставления, дабы я, его брат, который был к нему ближе, чем кто-либо другой, стал бы Защитником королевства и вашим опекуном. Дадите ли вы разрешение, чтобы желания вашего батюшки оказались исполнены?'

Эдвард беспомощно посмотрел вокруг. Он хотел воспротивиться. Мальчик обратил взгляд на лорда Ричарда Грея, но брат знал, - с Глостером ничего не поделать, покойный король действительно назначил его Защитником королевства.

'Д...да', - заикаясь, ответствовал юный монарх. 'Я согласен с тем, чтобы повеления моего батюшки были выполнены'.

'Тогда, мой господин, нам следует вернуться в Нортхэмптон', - заявил Его Милость герцог Глостер.

'В Нортхэмптон! Но матушка ожидает нас в Лондоне!'

'Прежде всего мне нужно убедиться, что вам будет безопасно туда ехать'.

'Но моя матушка...'

'Ваша матушка не сможет защитить вас так, как сделаю это я. Мы безотлагательно возвращаемся в Нортхэмптон, и очень скоро, я уверен, мои лондонские друзья дадут мне знать, что происходит в столице. Если там все спокойно, мы вернемся, и вы будете коронованы как полноправный король Англии. Через час нам надо выехать'.

Его Милость Глостер вышел из гостиницы и, сев на коня, обратился к солдатам.

'Ваша задача выполнена', - произнес он. 'Король в безопасности в моих руках, куда и стремился его поместить отец. Как только я получу новости из Лондона, что там безопасно для юного монарха, я сразу сопровожу мальчика в столицу. Надеюсь, друзья мои, наш повелитель скоро отправится на свою коронацию. В ваших любезных услугах надобности уже нет. Расходитесь и возвращайтесь домой. Если в вас возникнет потребность, вам сообщат'.

Произошло невольное колебание, раздался людской ропот, но затем солдаты развернулись и сделали то, о чем их просили.

Его Милость Глостер вернулся на постоялый двор.

'Где Его Милость лорд Ричард Грей и Томас Воган?' - поинтересовался он.

'Они с Его Величеством королем, мой господин', - прозвучал ответ.

'Как только они от него выйдут, задержите их. И вместе с Его Милостью Риверсом отправьте в Шериф Хаттон'.

'Закат.

Глава 11. Джейн Шор'.

Ее Величество королева вместе с сыном, маркизом Дорсетом, нетерпеливо ожидала прибытия юного монарха с его дядюшкой Риверсом.

Елизавета не могла понять причины задержки, она знала, - Энтони находится в Стоуни Стратфорде. Это последний пункт, откуда к ней приезжали посланцы.

'Если всем нам следует подготовиться к назначенной на 4 мая коронации, то времени осталось совсем мало', - объявила она.

'К нужному сроку мы все подготовим, не волнуйтесь'.

Елизавета с еле заметной тревогой, зато с огромной любовью взглянула на своего привлекательного старшего сына. Он был очень похож на отца, который являлся таким же чрезвычайно красивым мужчиной. Вне всяких сомнений, ей удавалось притягивать к себе исключительно красавцев, - печально пронеслось в мыслях у королевы. Конечно, царственный Эдвард при этом стоял вне каких бы то ни было сравнений, но и первый муж Елизаветы отличался выдающейся привлекательностью, поэтому Томас эту черту от него унаследовал. Да, сын никак не относился к числу мужчин, закоренелых в твердости и спокойствии, он был порывист, и мать оказывалась вынужденной признаться, еще и отчасти надменен, к тому же абсолютно тщеславен. Отчим избаловал Томаса, водя юношу везде с собой. Теперь молодой человек известен, как один из прожженных распутников в государстве.

Сначала Елизавета возмущалась совместными вылазками пасынка и отчима на поиски приключений, но потом решила, что это не так уж плохо. Пусть уж король будет с Томасом, нежели чем с Гастингсом. Томас и Уильям Гастингс друг друга не любили. Королева слышала, что они оба сейчас, когда Эдвард умер, соперничали из-за Джейн Шор.

Каким же обаянием должна обладать эта женщина! Прежний монарх был предан ей до последнего дня. Наверняка, природа щедро одарила Джейн, но, чтобы так долго удерживать рядом с собой Эдварда, следовало иметь и нечто большее. По всей видимости, Гастингс действительно влюблен в нее, или так говорят слухи, только Джейн от него ничего не нужно. Те же сплетни повествуют, что теперь, после смерти Эдварда, красавица не устояла перед сыном королевы, маркизом Дорсетом.

Бедная Джейн! Хотя Томас приходился ей сыном, и Елизавета была юноше безгранично предана, но она сожалела о слишком положившейся на него девушке. Женолюбие Томаса коренным образом отличалось от женолюбия Эдварда и Гастингса. Эдвард в глубине души был романтиком, да и его друг Уильям Гастингс абсолютно точно таковым является. Ничего подобного в молодом человеке не наблюдалось. Он совершенно точно знал, чего хочет и этим было исключительно удовлетворение его чувственных аппетитов, которые славились ненасытностью, сравнимой с той, что характеризовала покойного короля, или почти ее достигавшей. Ибо Елизавета твердо знала, затмить тут Эдварда никому не под силу.

Она намеренно старалась не думать, что могло произойти в Стоуни Стратфорде, настолько боялась неожиданного развития событий. Елизавета приказала, дабы посланцы прибывали неостановимым потоком и с тревогой делала все для готовности к прибытию сына.

К настоящему моменту минуло уже несколько часов, но никто не приезжал. Энтони, наверняка, мог почти видеть на горизонте лондонские заставы.

В конце концов, посланец к Елизавете прибыл. Что-то определенно пошло не по плану. Ее Величество приказала, чтобы вестника привели к ней, не медля ни секунды. Он выложил новости, задыхаясь и запинаясь.

В это нельзя было поверить. Королем завладел Его Милость Глостер! Он находился вместе с мальчиком в Нортхэмптоне! Энтони и Ричард оказались задержаны!

'Господи, сбереги нас', - воскликнула Елизавета, - 'это же катастрофа'.

Она взглянула на Дорсета. Юноша никогда не проявлял себя лучшим образом в минуты кризисов.

'Глостер одержал над нами верх', - начал Томас повышать голос. 'Тысяча проклятий на его голову. И сифилис к ним в придачу!'

'Нам что делать?' - поинтересовалась его матушка. 'Он задержал твоего брата и твоего дядю. Как полагаешь, что с нами произойдет, когда он прибудет в Лондон?'

'Нам надо уехать...' - продолжил Дорсет на той же ноте. 'Но куда мы можем скрыться?'

Елизавета уже была готова. Подобное случалось и раньше. Она произнесла: 'Нам следует отправиться в убежище'.

Ее Величество оглянулась на все те роскошные предметы, которые так любила. Оставить их...и отправиться в убежище. Как долго придется там находиться? Тем не менее, этот шаг неизбежен. Откуда Елизавете знать, что предпримет Глостер, когда привезет короля в Лондон?

'Нам нужно немедленно подготовиться к отбытию. Я заберу с собой всех своих детей. В убежище он не сумеет причинить нам вред. Я уже жила там, когда Его Величество пребывал в изгнании. Придется опять наведаться в прежнее пристанище. Но в этот раз мне потребуется взять туда...некоторые из предметов быта. Ехать с пустыми руками, как раньше, я не намерена'.

'Тогда сейчас же начнем собирать то, что вы с собой возьмете. У нас осталось слишком мало времени, чтобы его терять'.

Елизавета резко позвала слуг и принялась руководить ими относительно нуждающихся в упаковывании вещей. Остальным следовало пойти и подготовить к отъезду детей. Королева вознесла хвалу Всевышнему за то, что маленький Ричард находился с ними. И ему, и пятерым девочкам должно было уже приготовиться к отъезду. Как только драгоценные элементы обстановки окажутся упакованы, семья поплывет вверх по течению реки по направлению к убежищу.

Тем временем Гастингс успел получить новости, что король отныне в руках Глостера. Столицу наводнили приехавшие со всех концов страны на коронацию аристократы, и сэру Уильяму пришла в голову необходимость поставить в курс дел Томаса Ротерхэма, архиепископа Йорка. Тот также исполнял обязанности канцлера и, по счастливому совпадению, был в Лондоне. Ему следовало знать, что все идет хорошо и своим чередом.

Старому архиепископу, которому стукнуло уже шестьдесят, чтобы услышать новости, пришлось оказаться грубо оторванным ото сна.