Виктория Дёмина – Истина укрыта ложью твоей правды (СИ) (страница 5)
— Ты что оглох! Тебе кажется, вопрос задали!
Кареглазка вскочила на ноги, встав рядом с Мигелем, девушка скрестила руки на груди и уставилась на меня в ожидании ответа.
— Пожалуй, мне придётся спать сегодня в гостиной, — протянул я уныло.
Девочка положительно кивнула, подтверждая мои слова.
— А я то надеялся…
— Даже не мечтай! — хором ответили мне Мигель и кареглазка.
— Иначе за последствия я не ручаюсь… — произнёс Мигель. — Ты меня знаешь, — чуть тише добавил Зайцев.
— Понял я. Понял.
— Спокойной ночи, милая, — шепнул Мигель и, поцеловав девочку в макушку, удалился из комнаты, кинув мне на прощанье озлобленный взгляд.
— Спокойной ночи, Мигельчик, — бросила она ему в след и нежно улыбнулась.
Её улыбка заставила меня замереть. Такая милая, детская и наивная. Неужели таки девушки ещё остались?
— Маркелов!
Голос Мигеля вырвал меня из размышлений, и я тут же выскочил за дверь. Зайцева лучше не злить.
Спустившись вниз, я обнаружил, что диван в гостиной был уже расстелен. Но что-то мне подсказывало, что этой ночью я навряд ли усну, и к сожалению я был прав. Проворочавшись в постели почти около двух часов, я пришёл к не очень то хорошему выводу.
— Я что влюбился?!
Даже произнеся это вслух, я не мог поверить в этого. Этого просто не может быть. Я не мог полюбить. Я не умел любить. Да и не нужно мне это.
Любовь это…. А что это? Хотя в прочем какая мне разница, что бы это слово ни значило, любовь — это явно не моё кредо.
Глава 3
Мигель
— Может нам всё-таки стоит остаться?
— А? — я встрепенулся и посмотрел на жену. — Милая, ты что-то сказала?
— Я говорю, может ну этот отдых. Давай тут останемся.
Уложив Тёмку обратно в кроватку, Мария вернулась в постель и, положив голову мне на грудь тяжело вздохнула.
С Марией мы были в совместном браке уже три года. И даже не смотря на мой привычный образ жизни три года назад, сейчас я ни о чём не жалел. Ведь я получил всё о чем, наверное, мечтает каждый мужчина на Земле. Я был самым счастливым человеком, а все, потому что сейчас мою постель согревала она — жена и мать моих детей, а не девушки смазливой внешности. Только с Марией я стал нежным и заботливым. Хотя раньше во мне такими качествами даже и не пахло. Мария стала моей самой первой и чистой любовью. Впервые увидев её глаза, я понял, что влюбился раз и навсегда. Я готов был пойти на всё, лишь бы эта девушка стала моей. И что? Она моя. Она родила мне прекрасных сыновей, и не смотря на её грязное прошлое я люблю её. Всем сердцем и душой. Лишь она — Мария является смыслом моей жизни. Да и наверное мы друг друга дополняем. Ведь я спас её от ужасного будущего, а она, подарив мне себя, и свою любовь стала билетом в мою новую жизнь. Жизнь без наркотиков, стрелок, и проблем с законом.
— Машунь, ну мы же, по-моему, всё решили…
— Миш, ну а что если мы оставим их вдвоём, а он её вспомнит?
Маша посмотрела на меня. В её зелёных глазах можно было прочесть явный страх за Нику.
— К тому же ты мне сам рассказывал, что этот твой Ваня неуравновешенный. А что если он с ней что-нибудь сделает?
Теперь Машины глаза стали ещё больше.
— Странно, что он её не вспомнил… — тихо произнёс я.
— А что если он её вспомнил, а виду не подаёт…. Дожидается момента.
— Какого?
— Что бы отомстить ей за смерть любимой сестры.
Я усмехнулся. Но взглянув на жену, я понял, что Маша выдвинула эту версию вполне осознано, а значит, отчасти она была права.
— Хорошо. Что ты предлагаешь? Выгнать из дома Нику, что бы она жила одна. Ты же сама знаешь, что кроме нас на данный момент у неё никого нет, а отправить её в общагу и дать ей возможность пожить одной пока её мать в отъезде — безответственно.
— Я имела в виду совсем иное.
— Что же.
— Во-первых, для начала тебе стоит поговорить с Ваней, возможно, ты узнаешь что-то новое или заметишь…
— Что нового я могу узнать о трагедии десятилетней давности?
— Может он совсем уже забыл об этом…
— Машуль, милая моя, — нежно прошептал я, взглянув в глаза любимой супруги. — Я могу сказать тебе больше. Маркелов приходит в ярость даже при случайном воспоминании об этой трагедии. Так что намеренно заводить с ним эту тему разговора я не вижу смысла.
— Ну а что если…. - не унималась Маша.
— Всё будет хорошо. Я тебя уверяю.
Обняв жену, я поцеловал её в щеку и улыбнувшись коснулся кончика её носа.
— Ты правда так думаешь? — голос Марии стал более спокойным. Кажется, мне удалось успокоить её.
— Если что-то пойдёт не так, я обязательно разберусь во всём.
— А я всё равно за неё переживаю…
— По-моему у тебя к Нике больше чем дружеские чувства, — я улыбнулся.
— Мне её очень жалко…. Она ещё совсем ребёнок.
— Ей уже 16, - поспешил напомнить я.
— Ну и что! Мама ей совсем не занимается. У меня ощущение, что деньги, которые она ездит зарабатывать в эту чёртову Москву ей дороже, чем собственная дочь.
— Не говори ерунды. Она старается обеспечить ей будущее.
— Какое? Сиротское? Над ней же в школе надсмехаются.
— Ну что ты такое говоришь, милая, — рассмеялся я. — Ты же сама знаешь, как к Никуле относится Смирнов. Её в школе даже ни кто пальцем не тронет, да она и сама может дать отпор, не зря же я её приёмам самообороны учил.
— Самооборона самообороной, а фингал под глазам у неё откуда-то появился, — Маша недовольно фыркнула. — Я конечно всё понимаю. Андрей испытывает к ней симпатию, но то, что она уже второй раз приходит с синяком под глазом, это уже переходит все границы.
— Прошлый раз она пострадала от меча, — напомнил я.
— Который падал Андрей, — подправила меня супруга.
— Верно.
— А что на этот раз?
— На этот раз, наш киндер поругалась с классной руководительницей и хотела незаметно уйти с уроков.
— Он применил силу? — испугалась Маша.
— Нет, что ты!
— А что тогда?
— Они подрались.
— Боже! И когда эти двоя угомоняться.