Виктория Драх – Охота на орков (страница 8)

— Ну фиолетовые, и что? — я не понимала, к чему клонит караванщик. Но тот, кажется, решил не развивать тему.

— А то, что у меня точно для тебя что-то есть! — Алир гордо распахнул один из сундуков и вытащил нечто… прекрасное!

Нежно-сиреневое, цвета лепестков аниса, платье с юбкой-клином, узкими длинными рукавами и неглубоким вырезом-лодочкой было отделано серебряным цветочным узором. Длинные концы серебристого пояса, продетые в изящную пряжку, свисали до пола. И тонкая, почти невесомая ткань не оставляла сомнений — стоило платье безумно дорого.

— Шейн… Где в этой глуши, по твоему, я должна ходить в таком произведении искусства? — укоризненно посмотрела я на южанина. — Да оно порвется, не успею я дойти до дома!

— Не порвется, и не даст замерзнуть, — похвастался торговец. — Тончайшая шерсть, эльфийская работа!

— Ограбить меня решил? — прищурилась я. — И сколько ты за него хочешь?

— Два золотых! И ни монетой меньше!

— Да ты… — я задохнулась от возмущения. — С чего такая щедрость? Оно не меньше двадцати стоит!

— В Дивнолесье — может быть, — покаялся Алир и затараторил: — Только я его второй год в сундуке по всем городам вожу — и никто не берет! Размер слишком маленький, ни одна нормальная женщина в такой не влезет. А кто сумел застегнуть, тому щиколотку едва прикрывает, да! Кто девочкам купить хотел — не брали, платье-то на женщину рассчитано, с нормальными женскими формами, — караванщик волнообразным жестом показал, какие формы считает «нормальными». Как-то выходило, что мне капризное платье велико будет.

— И ты надеешься, что мне оно подойдет?

— Я в этом уверен, красавица, — показал зубы Шейн. — Иди в шатер мерить, и пока не втиснешься — не возвращайся, да!

Подбодренная напутствием южанина, я убежала в его шатер. Что и говорить, примерить волшебный наряд хотелось безумно. Я уже представляла, как удивится Даррен, увидев меня такой… Стоп! Я что, собралась для него наряжаться? Ну уж нет! Вот сегодня же надену это платье и приду к караванщикам веселиться! Да хоть бы и с Маркусом танцевать. А эльфу сюда нельзя, его деревенские заметить могут.

Успокоив совесть и твердя про себя, как мантру, «это-не-для-дроу», я облачилась в шедевр эльфийских рукодельниц. Алир в очередной раз оказался прав — платье село идеально. Поняв, что с двумя золотыми придется попрощаться, я столкнулась с новой проблемой: под такой наряд мои грубые, но удобные сапоги совершенно не подходили.

Шейн не был бы преуспевающим торговцем, если бы за пять лет не изучил меня и мой гардероб. Стоило мне выйти из шатра, как он уже протягивал мягкие темно-серые сапожки с шнуровкой до колена и изящными ремешками вокруг щиколотки с серебряными пряжками.

— Тоже эльфийские? — подозрительно спросила я. Южанин кивнул. — И никому не подошли? — опять кивок. — И сколько ты за них хочешь?

— Обещание, что к моему возвращению из Черной Гавани придешь хвастаться тремя обновками, — хитро прищурился караванщик.

— Что еще ты хочешь мне всучить? — с интересом спросила я. Если сегодня день эльфийских подарков — я только за!

— Больше ничего, красавица — Алир развел руками. — Вот в конце осени увидимся и посчитаем, да?

— Договорились, — согласилась я, отсчитывая пятьдесят серебрушек. Что поделать, золота у селян не водилось — расплачивались со мной, чем могли.

— Ты долго, — встретил меня дома темный.

— Зато с обновками, — похвасталась я, помахав перед его носом свертком с платьем. — Как твоя спина?

— Намного лучше, но я бы попросил позволения остаться до конца осени.

— Да хоть зимуй, — махнула я рукой и стала укладывать платье в сундук. — С селянами проблем нет, угроза прошла мимо. Теплое озеро в нескольких минутах ходьбы, полный дичи лес вокруг. Придется, разве что, почаще на охоту выбираться, но так даже интереснее. Зимой здесь совершенно нечего делать, только и остается, что книги читать да по лесу с арбалетом бегать.

— Значит, хочешь, чтобы я долгими зимними ночами скрашивал твое одиночество? — раздался тихий голос за моей спиной. Сильные руки обхватили меня за талию и прижали к крепкой мужской груди. Я порадовалась, что эльф не может видеть моего лица. Слишком сильным было искушение ответить «да» и посмотреть, что из этого получится. Но я так и стояла, прижавшись спиной к Даррену, ловя и запоминая каждый миг этой неожиданной идиллии.

— Госпожа охотница! — вопль за дверью заставил меня вздрогнуть и распахнуть глаза. Я бросила испуганный взгляд на дроу, и он, поняв все без слов, скрылся в спальне. — Госпожа охотница, помогите!

Я вышла во двор и чудом удержалась на ногах, когда чумазый и заплаканный Митька, сын одного из селян, вцепился в меня обеими руками.

— Госпожа охотница! — продолжал хныкать мальчишка, — Помогите! Там тятька… Он с крыши упал, госпожа охотница!

— Бегать умеешь? — строго спросила я у паренька. Митяй от удивления прекратил голосить и кивнул. — Тогда слезы вытирай и бегом домой. Я сейчас нужное возьму и сразу за тобой приду.

Ребенок еще раз кивнул и шустро потрусил в сторону деревни. Я прикинула его скорость — минут за семь доберется, наверное. Пешком до моего дома было около двадцати минут, но шустрому парню такое расстояние — не помеха.

— Госпожа охотница? — хмыкнул мне на ухо неизвестно когда появившийся эльф.

— Никак их отучить от этой привычки не могу, — улыбнулась я и тут же помрачнела. — Лучше «госпожа охотница», чем «поганое темное отродье». Здесь меня, хотя бы, уважают.

Даррен ничего не ответил. Я закрыла глаза и, слившись с окружающей природой, стала менять реальность. Зацепив одну из тайных тропинок, я потянула ее и несколько раз сложила пополам. Теперь до деревни я могла добраться за минуту быстрого шага, а вот Митяю придется бежать вдвое больше. Ничего, он молодой, даже не заметит. Помахав рукой дроу, я устремилась в лес.

Вашут, отец Митяя, был окружен толпой заботливых родственников. Помня мой давешний наказ «переломанных» ни в коем случае не трогать, жена, теща, мать, две сестры с мужьями и четверо детей только сновали вокруг, создавая невообразимый гвалт, и ужасно мешались. Чтобы разогнать этот базар, пришлось даже рыкнуть. Вашут же, решивший перестелить солому на крыше, но не удержавшийся на крутом скате, отделался легким испугом, синяками и переломом руки. Быстро зафиксировав перелом и ускорив регенерацию, я засобиралась домой. Нужно было срочно распутать тропинки, пока еще кто-нибудь не решил нагрянуть ко мне в гости и не заметил неладное.

По давней традиции семейство Вашута надавало мне разнообразной снеди, так что проблема с обедом была решена. А вот оставить Даррену приготовление ужина мне не позволила совесть — все-таки, он мой гость, значит и мне его кормить. А что с его появлением чаще случалось наоборот… Ну не могу я устоять перед вкусно приготовленной птицей! А стреляю я недостаточно хорошо, чтобы регулярно на них охотиться.

Пока я запекала картошку с мясом горного козла, мои мысли снова вернулись к дроу, так нахально вторгшемуся в мою жизнь. Тех крупиц, которые он о себе рассказал, явно не хватало, чтобы понять, кто он. Эльф, судя по родовому имени — д'Раххэ — не из простых. Ко мне пришел из Тмира. Наемник, ходил с караванами — вот и все, что я о нем знаю. Сколько ему лет? Где его семья? Кто и за что хотел его убить? Почему он жил так далеко на севере? Ведь Тмир — далеко не центр страны. Все эти вопросы вертелись в голове не из простого любопытства. Мне мучительно хотелось знать — не попалась ли я, как наивная дурочка, на красивые уловки темного. Хотя, нет. Однозначно попалась. Отрицать уже поздно. И теперь необходимо выяснить, насколько болезненными для меня будут последствия.

— Заливная рыба? — Дар сунул нос в принесенный мной чугунок. — А на ужин что будет?

— Седло горного козла и картошка, — улыбнулась я, наблюдая, как дроу уплетает поздний обед. Аппетит его за эти несколько дней совершенно не уменьшился. Истощенный неправильным применением магии организм стремился восполнить потраченные силы.

— Снимай рубашку, — велела я, дождавшись, когда темный доест. Эльф, как обычно, медленно разделся и развернулся на стуле. Стоило мне подойти, как он демонстративно потянулся, заставляя жилистые мышцы перекатываться под темной кожей. Я, стараясь не обращать внимание на крайне привлекательную картину, принялась за лечение.

Несмотря на серьезность ранения, заживало на дроу все как… как на дроу. Еще дней десять-пятнадцать, и рана полностью затянется, не останется даже шрама. Я искренне боялась этого момента. Что тогда сделает Дар? Уйдет? Хотя о чем я говорю, конечно же уйдет. Кто по доброй воле останется в этой глуши? Тем более, он сам говорил, как ему здесь скучно…

— О чем ты опять задумалась? — вернул меня к реальности тихий голос дроу.

— Когда уйдешь отсюда, куда ты направишься?

Темный на секунду замер, а затем, потянув за руку, усадил меня к себе на колени.

— С чего такие вопросы?

— Вариша вчера назвала меня старой девой. Пока старуха лишь подсчитала, что мне должно быть около тридцати, а я живу одна. А если кто-нибудь заметит, что я не старею? В деревне только Ермила и Малика знают, что я наполовину дроу. Если догадаются остальные… К тому же, выяснилось, что не только Варишу озаботило мое незамужнее положение. Думаю, мне тоже пора отсюда уходить.