Виктория Драх – Душа, отравленная тьмой (страница 8)
– Ещё и госпожой называют, – недовольно прошипела я, прибавляя очередной пункт в растущем как на дрожжах списке претензий к авторам статьи. – То есть про Дознание они выяснили, а про то, что я ещё с университета имею право на обращение «мастер» – нет? Козлы!
В нашем государстве аристократы запросто могли оказаться не владеющими никакими способностями людьми, а их подчинённые – сильными магами. Из-за этого много столетий назад перед королём и его советниками встал серьёзный вопрос: как сгладить классовое неравенство и выделить магов, не имевших знатных предков и титула, зато способных парой заклинаний доставить массу неприятностей тем, кому с родословной повезло больше? Раздать всем, обладающим магическими способностями, по титулу? Так через пару сотен лет лордов и леди в пропитанном магией Родене станет больше, чем простолюдинов!
Решение оказалось довольно простым – из магов создали отдельную, промежуточную касту. Они перестали быть простолюдинами – у одарённых, получивших право на обращение «мастер», стало куда больше прав и свобод. Но и до лордов со всеми их привилегиями мастерам было далеко.
Конечно, в наше время, столетия спустя после принятого билля о мастерах, социальная пропасть между этими тремя сословиями сгладилась настолько, что порой казалось – ещё немного, и титулы станут лишь данью традиции, не неся при этом никакой реальной значимости. Но пока этого не произошло, статус «мастер», честно мной заработанный, я никому не позволю игнорировать!
Я мысленно выругалась. Нет, я знала, что после объявления о помолвке с Томом газетчики попытаются выяснить обо мне что-нибудь компрометирующее, но наивно полагала, что все «хвосты» со времён Смуты за мной подчищены и достоверных фактов никому не найти.
Ха! Кто сказал, что меня это защитит? Невинная информация, поданная под правильным углом, внезапно выставила наружу то, что мы с Томасом тщательно скрывали много лет! Думаю, автор этой статьи, высказывая свои фантазии, даже не подозревал, насколько близко он подошёл к истине!
Цель газетчиков ясна – привлечь внимание, продать тираж побольше, впечатлить показной смелостью – как же, невесту самого Хосса обличить не побоялись! Да и Тому былые подвиги припомнили, в очередной раз позабыв – именно на его жестокости во времена Смуты в Родене держался относительный порядок.
Надо бы уточнить, что за «источники» такие болтливые в Управлении завелись, да и в Дознании явно кто-то слил информацию обо мне. Данные о тех, кто там работал, кому попало в руки не давали…
– Кэт? – осторожно позвала меня Ровена, отрывая от составления мысленного плана воздаяния всем замешанным в этой истории. – Ты как?
– Я? – я зло усмехнулась. – Я – нормально, а вот кто-то скоро таким похвастаться не сможет… – пробормотала я, выуживая за цепочку висевший на шее связник.
В последнее время я предпочитала носить артефакт как кулон – всегда под рукой, и не нужно вспоминать, в какой сумочке я его оставила.
– У статуса невесты палача есть особая привилегия, называется «пожаловаться жениху»!
Ро понимающе хмыкнула, а я закрыла наконец журнал, откинулась на спинку кресла и сосредоточилась на мысленном разговоре. Том откликнулся почти сразу.
«Грёза?»
Голос палача звучал ровно. Слишком ровно для того, в ком больше пятнадцати лет кипела ярость высших вампиров. Значит, сам уже в курсе, но меня предупредить не соизволил.
«Будуар столичной леди», статья на развороте светских хроник, рекомендую к прочтению, – процедила я. – Тебе понравится. Всё как в старые добрые времена, только теперь кровавых монстров двое – ты и я».
К чести Томаса, делать вид, что не понимает, о чём речь, он не стал.
«Не хотел тебе говорить. Надеялся, ты такое не читаешь».
Как я и думала. Как бы отучить его молчать о проблемах и принимать решения у меня за спиной? В глубине души я понимала, откуда ноги растут у этой привычки – Томас слишком много лет провёл, общаясь исключительно со своими подчинёнными, и давно разучился с кем-либо советоваться.
Разумом я это понимала, правда. Но злиться и обижаться мне это понимание никак не мешало.
«Зато Ро читает, – подышав и слегка успокоившись, ответила я. – И половина города. А ещё, кажется, вся женская половина Управления, которая поспешила донести шокирующую новость до остальных коллег».
Том зло выругался.
«Прости, надо было тебе ещё утром рассказать, когда мне эту гадость принесли, – проговорил он с заметным сожалением. – Думал, ты не узнаешь. Я ищу, кто слил, что ты работала на меня. Редакторов «Будуара», к сожалению, не прижать – откровенного вранья их газетчики не писали, а за вопросы…»
«Даже прибить по-тихому не получится, – пошутила я. – Нас же и обвинят. Хотя ты видел, сколько раз тебя в этой статье палачом назвали? Словно специально нарывались. Или забыли, как твоя должность называется?»
«Не волнуйся, грёза, я напомню, – многообещающе хмыкнул Том. – До вечера?»
«До вечера», – согласилась я и разорвала связь.
Несмотря на то, что внешне я старалась сохранять спокойствие, внутри меня бушевал ураган. До вечера ещё надо как-то дожить и, учитывая изменившееся отношение коллег ко мне – я ведь заметила это, даже не подозревая, в чём дело! – задача предстояла непростая. Оставалось только надеяться, что эта история, как и многие другие до неё, быстро затмится в коллективной памяти какой-нибудь новой, более яркой и свежей сплетней…
Впрочем, долго кипеть у меня не вышло. Всего через полчаса в дверь кабинета постучали. Стоявший на пороге курьер – явно опытный – терпеливо дождался, пока я уберу с прохода хищно потянувшуюся к чужаку Стесняшку, и только потом вручил мне небольшой букет фиолетовых ирисов. Затем, ловко увернувшись от ещё одного незамеченного мной побега лианы, парень довольно ухмыльнулся собственной маленькой победе и припустил по коридору на выход – не в панике, как большинство его коллег, а просто чтобы не терять времени зря.
– Это взятка, чтобы ты сама в редакцию разбираться не пошла? – хихикнула у меня за спиной Ровена. Я обернулась, собираясь высказать что-нибудь колкое, но передумала: вампирша протягивала мне вазу с водой.
– Идти в редакцию и скандалить – только давать повод для новых статей, – поморщившись, качнула я головой. – Нет уж, спасибо, пусть Том ищет, кто слил информацию о моей работе в Дознании и устраивает показательную порку, чтоб другим неповадно было. Лишим газетчиков источников – сами заткнутся.
– Будем надеяться, план сработает, – оптимистично пожелала Ро.
Я же вдохнула сладкий нежный аромат и, вопреки всему, улыбнулась. Да, Том всегда знал, как поднять мне настроение. На заткнутой за ленту карточке резким почерком любимого значилось: «Жестокой и коварной ведьме».
Украдкой, пока Ро что-то искала в бардаке на своём столе и не видела, я спрятала карточку в хранящуюся в ящике стола шкатулку с остальными посланиями Томаса. Не знаю, почему, но я не хотела, чтобы кто-нибудь кроме меня, даже подруга, знал о том, что я бережно храню все открытки из подарков любимого. Не ради самих открыток, конечно же, а ради слов, которые в них были. Вот и сейчас…
«Жестокой и коварной» Том называл меня всего один раз: когда мне пришлось его убить. Отличное напоминание о том, кто мы есть. И о том, что вместе мы можем справиться с чем угодно.
*
Вечером, незадолго до конца рабочего дня, в наш кабинет постучался очередной курьер. Этот оказался не таким опытным, как его предшественник, и Ровене пришлось срочно вскакивать с места, чтобы спасти очередную жертву своей любимицы. Высвободив бедолагу из крепких, но недружелюбных объятий Стесняшки, вампирша водрузила на мой стол изъятую у жертвы цветочного произвола стопку журналов.
Нахмурившись, я перебрала издания, читая названия на обложках. «Нежная невеста», «Белая вуаль», «Свадебная мода» и всё в том же духе. Надеюсь, это не то, о чём я думаю?
– Зачем это? – подняла я взгляд на довольную вампиршу.
– Как, зачем? – возмутилась она. – Ты замуж выходить собираешься, или как?
Я прикрыла глаза и глубоко вздохнула. Да, собираюсь… Наверное. Да и не даст мне Томас снова сбежать…
Нет, мои чувства никуда не делись. И стать женой любимого человека я хотела. Вот только если Ровена, выйдя за Линарда, всего лишь сменила фамилию (и все документы заодно), то я так легко не отделаюсь. Высокое положение Томаса сулило мне куда больше проблем, обязанностей и ограничений, чем привилегий, и часть из них я уже успела ощутить. Одна только утренняя статья чего стоит!
Сейчас я была лишь невестой, которую оценивали и пробовали на прочность. Но как только я стану женой Томаса, газетчики, как стервятники, станут постоянно кружить рядом в ожидании любого моего промаха точно также, как сейчас кружат вокруг Тома.
Закончится спокойная жизнь никому не известной, а главное – не нужной ведьмы. Несмотря на то, что Томаса в правящих кругах искренне недолюбливали, ему регулярно слали приглашения на рауты, балы, праздничные приёмы и просто ужины. На большинство писем Том отвечал вежливым отказом, однако раз в пару месяцев он был вынужден уделять время светской жизни. Пока что меня это не касалось, но стоит мне только выйти замуж, и мотаться на чинные и ужасно скучные ужины придётся нам обоим.