Виктория Дмитриева – Любовь на чемоданах (страница 4)

– Извините, ничем помочь не могу, – с фальшивым сочувствием отвечает блондинка.

Я злюсь. На эту женщину, на эту забастовку, на этот идиотский день. На себя. Надо было просто дать мажору уйти, а не бежать за ним. Тогда это всё закончилось бы намного раньше.

– Отлично, – саркастично кидаю я. – Просто превосходно.

Закрываю глаза и снова считаю до десяти. Выдыхаю. Надеюсь, что когда открою глаза, аэропорт просто исчезнет, а весь этот день окажется кошмарным сном.

– Мačji kašalj, ладно тогда едем на машине, – вдруг заявляет Стас.

Я открываю глаза и смотрю на него с недоумением:

– Что?

– На машине, – спокойно повторяет он.

– Нет, что значит матжи кашал?

– Кошачий кашель. Выражение такое на сербском.

Яснее не стало, но переспрашивать не буду.

– Поехали, – уже командует он, пнув свой чемодан вперёд.

– В Питер? На машине? Это сколько? Восемь часов? Десять?

– Семь, если не тормозить, – он уже проверяет что-то в телефоне. – Я за рулём. Ты спишь или занимаешься чем хочешь. Желательно молча. Главное, давай быстрее, если поедешь, я не настроен терять время.

Открываю рот, но ничего не говорю. Потому что если честно – выбора у меня нет.

Глава 3. На обочине

Лера

До стоянки иду молча. Не то чтобы мне нечего сказать, но лучше сначала крепко подумать. Как только мы вышли из аэропорта, Стас подхватил чемодан за боковую ручку и взял слишком быстрый темп вперёд. Складывается впечатление, что его ноша ничего не весит. Может, и у него самого там только «косметичка, чистые трусы и пачка прокладок»? Он-то, конечно, может себе в каждом городе покупать всё новое, включая квартиру, машину и даже паспорт на фальшивую личность, если понадобится.

Я едва поспеваю за ним. Вопрос о стоимости починки сломанного чемодана, кажется, подвис в воздухе. Но, на этот счёт не расслабляюсь. Уверена, мне это ещё припомнят.

Только когда впереди появилась та самая стоянка, где произошёл «первый контакт», понимаю, что моя-то машина стоит совсем в другом месте. До нынешнего момента слабо представляла, как именно и на чём мы поедем в Питер.

– Это не моя машина, – говорю вместо того, что собиралась, когда мы пришли к месту первого спора.

– Бинго, Шерлок, – парирует Стас, открывая багажник, чтобы затолкать туда свой многострадальный чемодан.

– А как же моя машина? – снова спрашиваю не то, что собиралась.

– Хочешь ехать на двух? Меня устраивает, – он отступает от багажника, чтобы протиснуться к водительскому месту.

– Э, ну, я не… – подвисаю с ответом.

– У тебя нет денег, чтобы заправиться? Одолжить? – мужчина уселся за руль и ёрзает в кресле.

Чёрт, заправиться. Нужно же залить бензина тысячи на четыре, чтобы хватило доехать. Да и там ещё по Ленобласти колесить неизвестно сколько. А у меня на счету тысяч десять всего. Все расходы должна была взять на себя Марина Львовна. Потому и денег в сумке не было, только в руках телефон с NFC и привязанной к нему картой.

– Эй, Лера, опять медитируешь? – доносится из всё ещё открытой двери мерса.

– Я? Нет. Думаю.

– Ну, тогда я поехал, – Стас захлопывает дверь.

Нет, ну серьёзно? Он правда просто возьмёт и уедет без меня?

Я метнулась к мерсу, стучу в стекло с водительской стороны. Моя задница упёрлась в дверь соседней машины и, кажется, сделала кузов гораздо чище. Стас лениво, как богомол поворачивает голову, приподнимает бровь и медленно опускает стекло.

– Что на это скажет Марина Львовна? – пытаюсь я замедлить навязанного начальницей попутчика.

– Марина? А при чём тут она? – удивляется Стас искренне.

Марина, значит? Я всё больше склоняюсь к тому, что новый знакомый может оказаться любовником Гидры Львовны. Но тогда он не мажор, а жиголо! Она же старше его лет на пятнадцать минимум.

– Ну, – пытаюсь соображать быстрее, – не знаю как вы, а я выполняю её задание. Может, позвоним для уточнения действий?

Это что за выражение проявилось на его лице? Удивление? Не могу сказать точно, но он явно оживился после вопроса, смотрит на часы.

– Можешь, конечно, попробовать. Но сейчас она тебе не ответит. Она уже под наркозом.

– Но…

– И если ты хочешь задержаться на этой работе и чего-то добиться, научись самостоятельно и, что не менее важно, быстро принимать решения.

– О, – опять открываю рот для ответа.

– Не благодари, – отрезает он и заводит двигатель.

Снова стучу костяшкой пальца в стекло, которое слишком быстро успело подняться.

– Ну что ещё? – раздражения в голосе Стаса прибавляется.

– Заправка с зелёным голубем примерно в десяти километрах отсюда на ленинградском шоссе. Ждите меня там через полчаса. Хорошо?

Вместо ответа он как-то странно смотрит на меня. Изучающе, что ли? Мотор его тачки урчит. Ничего не мешает Стасу уехать прямо сейчас, оставив меня без ответа. Я бы так и сделала, скорее всего. На мгновение отрывает взгляд, лениво тыкает в навигатор. Готова поклясться, он делает это нарочно, чтобы потрепать мне нервы!

– Я буду там через десять минут, – заявляет в стиле Капитан Очевидность.

– Ждите меня там через полчаса, хорошо? – повторяю как робот.

– Ладно, тридцать минут. Потом уезжаю. И если кофе на стоянке будет скверный, то ждать не буду.

Стас не даёт мне ответить и газует. Окно снова поползло вверх, и что я не крикну сейчас, он не услышит. Благоразумно отползаю в сторону, снова обтерев своими задними выпуклостями чужую машину. Видок у меня сейчас, наверное, ещё тот. Рваная на груди блузка, грязные джинсы, спутанные волосы, злые глаза. Почти как тогда, когда судьба наказала меня встречей с первым мажором. И точно как тогда, мне сейчас нужно бежать прочь от его машины со всех ног. Ирония в том, что на этот раз я мчусь не от мажора, а как бы навстречу.

Инстинктивно тру шрам на плече, который так и не удалось свести до конца лазерной шлифовкой. Напоминание на всю жизнь, что нужно быть разборчивее в выборе знакомых. Или не быть такой легковерной дурой. С последним теперь всё отлично, обхожу определённый типаж мужчин по широкой дуге. Вернее, обходила до сегодняшнего дня. Отмахиваюсь от дурацких мыслей. Не нужны мне сейчас никакие параллели, если я хочу выдержать в кампании этого человека три дня командировки. Но бежать – надо.

Судьба решает реабилитироваться и подбрасывает дружелюбную девушку на электрокаре, которая напрямки довозит до стоянки, где я оставила хонду. Дело за малым: добраться до нужного адреса в Химках, где живёт мамина одноклассница, оставить во дворе её частного дома машину и добежать до заправки. Там метров пятьсот по прямой.

– Алло, тётя Вера? Вы дома?

***

Мне хватает двадцати восьми минут, чтобы оставить машину, сменить рваную блузку на футболку, выданную маминой подругой, и совершить марш-бросок до заправки. Вот только Стаса там нет.

Я делаю круг, вглядываясь в каждую машину, стараясь сохранить хоть какую-то надежду, но нет. Стаса нигде нет. Достаю телефон, пару секунд туплю в экран. Ах, чёрт, у меня же даже номера его нет. Набираю Марину Львовну, а там абонент недоступен. Как и сказал жиголо/мажор.

Искать внутри магазинчика на заправке особого смысла нет, ведь если бы Стас зашёл туда, машина всё равно осталась бы где-то снаружи. Но боюсь признаться себе в этом. Забегаю на всех парах.

– Девушка, – никак не могу отдышаться, – тут мужчина, – кашляю, – на чёрном мерседесе, минут двадцать назад был?

– Такой хорошенький, галантный, с красивой улыбкой? – мечтательно переспрашивает кассирша лет сорока в фирменной кепке с зелёным голубем.

– Э? – вообще без понятия, что ей ответить, по описанию вроде не подходит, – а другие были?

– Нет, сегодня вообще голяк, – в подтверждение она проводит рукой перед собой, мол «смотри, пусто же».

– Ну а этот, – я с трудом выговариваю следующее слово, – галантный?

– Да сразу почти уехал, – вздыхает, – даже не заправился, только кофе взял.

Я чувствую, как живот и что пониже опять сводит судорогой, как утром, когда я думала о чек-апе у врача. Он же оговорился, что если кофе ему не понравится, то ждать не будет.

– Давно? – уныло спрашиваю, понимая, что мне эта информация ничем не поможет.