Виктория Денисова – Ретрит (страница 4)

Раньше я просто крал чужие фото. Сейчас программы генерируют нового человека и это очень упрощает дело. Обычно я переписываюсь с девушками, мы много болтаем, обмениваемся впечатлениями. Трудно приходится с теми, кто требует видеозвонок. Тогда я выдумываю какие-то предлоги, чтобы этого избежать. Западал ли кто-нибудь серьезно на этих виртуальных парней? Да. Но ведь и я не железный. Помню одну девушку. Джессика. Я… Да можно сказать я влюбился. И мне казалось, что она тоже. Я тогда был Оливером. Мы обсуждали какие-то ретриты в индийских ашрамах, слово за слово и вот уже каждый пишет о том, как хотел бы крепко держать в объятьях другого. По легенде я тогда познавал себя на Бали, и Джессика собиралась приехать ко мне. Серьезно прямо так собиралась. Я… Я просто растерялся и заблокировал ее. Думаю, ей было больно. Но, поверьте, мне тоже. Я был в отчаянии от того, что я на самом деле не Оливер и никогда не был ни в Индии, ни на этом чертовом Бали и не выгляжу привлекательно, как парень на тех фото. Но, что мне было делать?

Хочется ли мне, чтобы все эти девушки узнали меня настоящего?

Энди усмехается.

Никто из них не захочет поболтать с настоящим Энди и минуты. Я обычный продавец в супермаркете электроники. Совсем обычный. Мои фото даже никогда не вывешивали на доску почета с надписью “продавец месяца”. Там всегда или Аарон Миллер или Рита Пейворт. Да, мне это в общем-то и не нужно. К чему я стремлюсь? Не знаю. К чему может стремиться парень в зеленой корпоративной бейсболке, часами сканирующий тостеры и пылесосы? Знаете, если твоя жизнь не удалась, у тебя есть два пути – смириться или убежать от нее. Вот Аарон и Рита смирились. Они будто бы даже довольны своей работой. Наверняка обожают есть наггетсы и пить пиво по выходным или ходят в дурацкий боулинг. И типа… любят это. А я бегу. Многие бегут. Кто-то в алкоголь и наркотики, кто-то в компьютерные игры. А я в свои воображаемые миры. Миры, где я могу быть кем угодно, где меня ждут и любят.

Хочу ли я остановиться? Иногда да. Но что тогда со мной будет? Моя ложь и мои виртуальные личности это все, что у меня есть. Единственное от чего я испытываю радость.

ГЛАВА 2

– Мне кажется здесь довольно мрачно, – Майя печально поглядела на бескрайнюю водную гладь. На горизонте начали сгущаться темные, как свинец тучи. Вся четверка стояла на вершине холма, с которого открывался довольно красивый вид на океан.

– Просто надвигается буря, – Алекс присел на небольшой, покрытый мхом камень. – И это означает, что в ближайшие несколько часов нас ждет шторм. Хочется верить, до утра он прекратится.

– Может тогда лучше вернуться в здание? – Кристина вытащила из сумочки пачку сигарет. – Надеюсь, ребятки вы не против? Или мне отойти? Я привыкла дымить по старинке, а не всякими там электронными штуками.

– Можно мне тоже, – Майя неуверенно протянула руку и получив, сигарету, закурила от поднесенной Энди зажигалкой. Едва вдохнув дым, она слегка закашлялась, – чувствую себя школьницей.

– Мы все здесь немного школьники. Интересно, одобряет ли доктор курение на острове. В памятке ничего про это не было. – Алекс задумчиво трогал руками поверхность камня. – Как давно существует этот остров? Когда на него впервые попали люди? Надо бы выяснить это у Хэйли.

– Слушайте, не хочу показаться любопытной, – Кристина выдохнула струю дыма, – ну раз уж нам всем тут торчать пару недель, то может типа… представимся друг другу? Расскажем о себе. Я, например, оказалась тут, потому что не смогла пережить сраный развод. А вы ребята, отчего страдаете?

– Я ненавижу свое лицо. Считаю себя уродиной.

– Нормальное у тебя лицо. Я видала и похуже. – Кристина усмехнулась, и все, включая Майю, тоже почему-то рассмеялись.

– У меня, наверное, просто обычная депрессия. – Алекс поднялся на ноги. – Куча дурных мыслей в голове и все такое.

– А я никак не могу смириться со смертью своей девушки. – Энди сделал лицо, будто бы вот-вот расплачется. – Ей было всего двадцать три. Автокатастрофа.

– Сочувствую, – почти хором ответили остальные, а Кристина понимающе погладила парня по спине.

– Тяжело терять близких. – Алекс тоже ободряюще приобнял Энди, – но они живы пока мы их помним.

– Как на счет того, чтобы пойти в лес? – Энди принял притворно бодрый вид, – Меня он, к примеру, вовсе не пугает. Да и не думаю, что в нем можно заблудиться.

– Пока не пошел дождь, думаю успеем немного прогуляться. – улыбнулся Алекс.

Лес встретил незваных гостей пугающей тишиной. Лишь где-то вдали, в высокой траве стрекотали насекомые. Пациенты клиники доктора Хэйли, не сговариваясь, охнули, впечатленные масштабами деревьев и кустарников.

– Да здесь могли бы снимать “Парк юрского периода” безо всяких декораций, – восхищенно присвистнул Энди.

– Интересно, тут растут какие-нибудь галлюциногены?

Все с усмешкой поглядели на Алекса.

– Нет, я вовсе не собираюсь здесь торчать, – засмеялся он в ответ. – Простое любопытство.

– А я бы с удовольствием выкурила косячок, – Кристина спела на груди руки и привалилась к стволу огромного дерева. – Чтобы уж точно, как в молодости.

– Может, доктор Хэйли практикует что-то подобное с пациентами, ну знаете в медицинских целях? – робко поинтересовалась Майя.

– Не думаю. О докторе Хэйли вообще известно не так уж много. – Алекс задумчиво поглядел вверх.

Кроны деревьев были настолько густые и раскидистые, что неба почти не было видно. Где-то там в недосягаемой взору выси, тревожно кричали птицы.

– Надеюсь, он не какой-нибудь псих, и мы не станем подопытными в его жутких научных экспериментах, ууу, – Кристина сделала руками устрашающий жест.

– Ну вот, – деланно поежился Энди, – теперь мне по-настоящему страшно.

Справа от Майи что-то резко пробежало в кустах, и девушка испуганно вскрикнула.

– Что это было? Кто-то большой!

– Может, олень? – Алекс раздвинул ветки растения.

– А что, если здесь водятся какие-нибудь жуткие твари, – голос Майи дрожал, – ну вроде комодских ящериц.

– Нуу нет. – Кристина успокаивающе погладила девушку по плечу. – Думаю, если бы кто-нибудь подобный здесь бегал, доктор Хэйли вряд ли пригласил бы нас сюда.

– Может, вернемся уже в клинику. – робко предложил Энди, но все согласились и направились по тропинке прочь из леса в сторону обрыва.

Так, в полном молчании компания из четырех человек достигла крутого берега, низ которого омывали разбушевавшиеся волны. Ветер между тем все усиливался и его резкие порывы клонили к земле высокую траву и ветви кустарников. Небо окрасилось в темно-сизый цвет, даже издалека было видно, как неспокоен океан. Огромные волны поднимались ввысь, пенились, с силой ударялись о прибрежные скалы. Очевидно, что в такую погоду ни о каком пароме не может быть и речи.

Кристина и Майя снова закурили. Не говоря ни слова, они почти синхронно выдыхали дым и сами не зная зачем заговорщически улыбались друг другу. Точнее улыбалась Кристина. Майя отвечала. Странным образом, девушка чувствовала себя на удивление хорошо и спокойно. Она впервые, наверное, за всю свою жизнь ощутила, что может быть кому-то интересной. В школе все эти крутые девчонки, курившие в укромных местах, никогда не звали ее с собой, в колледже она была невидимкой. А здесь сейчас стоит и курит, как взрослая. Господи, ты и есть взрослая, – со злостью подумала Майя, – тебе ведь уже за тридцать!

– Есть что-то библейское в таких штормах, – Алекс глядел вдаль, как завороженный, – Божий гнев, провидение, какое-то знамение. Если бы мы были моряками и оказались там, среди этих волн, наверное, я бы начал молиться.

– Библейское? А почему не языческое? Гнев Посейдона и все такое. – Майя глядела на Алекса и находила его красивым. Отчего красивые могут впасть в депрессию – думала она.

– Может и языческим. Нам пора возвращаться. Сейчас вольет.

Курящие затушили бычки, которые собрал в ладонь Алекс.

– Как-то некрасиво оставлять их здесь.

– Зеленый патруль на сейчас арестует. Уоу-уоу-уоу! – Кристина изобразила полицейскую сирену, и все направились в сторону клиники.

Виктор, небрежно разбросав кое-какие вещи по номеру, решил осмотреть все помещения, а за одно и холодильник, ибо голод давал о себе знать.

– Господи! здесь даже сраную пиццу заказать нельзя. Придется делать чертову яичницу.

Он брезгливо взял в руки несколько яиц. И выложил их на стол.

– На них же сальмонеллы! – В дверях появилась Соня.

– О! Ты здесь! Хочешь подзаработать? Плачу пятьдесят баксов за простую яичницу, сто если приготовишь карбонару или пиццу.

– Пошел ты! Я тебе что, служанка?

Соня развернулась и вышла из кухни.

– Сучка!

Виктор стал судорожно шарить по шкафам в поисках сковороды. Как раз в это время в здание вернулись остальные.

– Отлично! Кто-нибудь умеет готовить нормальную еду?

– Давай сюда, салага! – Кристина взяла у Виктора кастрюлю, которую тот выудил в одном из шкафов. – В задницу кето диету. Что тут есть приличного. Паста, креветки, сыр, оливковое масло.

– Звучит чертовски аппетитно! – Энди восторженно сложил руки.

– Давай я помогу, – вызвался Алекс.

– Ну уж нет, детка! Когда Кристина Альварес в деле, помощники только мешают.

Алекс развел руками и присел на диван.

– Интересно, здесь есть какие-нибудь фильмы, на дивиди или что-то в этом роде.

Внезапно от резкого порыва ветра распахнулось окно, и в комнату потоками хлынул дождь. Майя и Энди побежали закрывать рамы.