Виктория Даркфей – Эротические фантазии провинциального фотографа (страница 3)

Заиграла мелодичная музыка. Я взяла небольшую тарелочку и стала накладывать себе по-чуть-чуть разных вкусностей, названий которых я даже не представляла. Но без фанатизма. Ходить в облегающем платье с выпирающим пузом мне не улыбалось.

– Хорошо выглядишь, – вдруг раздалось сзади, и я была абсолютно уверена, что обращаются именно ко мне.

Я повернулась и чуть не выронила несчастную тарелку. Передо мной стоял Егор и уверенно улыбался. Егор – единственный мужчина, с которым у меня когда-то были серьезные отношения. Я сглотнула, понимая, что скрыть свое удивление уже не в силах. Хорош же он, прятался от меня весь вечер, чтобы застать врасплох, когда я решила подкрепиться. Очень в его духе.

Спустя миг, мой взгляд стал гораздо более трезвым, и я смогла ответить ему:

– Привет! – улыбнулась. – Не ожидала увидеть тебя здесь.

– Ну меня-то можно было ожидать здесь увидеть, – усмехнулся он. – Я же светский журналист – это моя работа, если ты не забыла.

Я не забыла. Но никак не могла предполагать, что злодейка судьба столкнет меня с бывшим здесь и сейчас. И именно с этим бывшим. И именно тогда, когда все мои помыслы были направлены в совершенно противоположную от него сторону.

– А ты что здесь делаешь, моя прелесть? – поинтересовался он и сделал небольшой глоток шампанского.

Есть мне расхотелось совершенно, и я поставила тарелку на стол. Мне вдруг показалось, что он намекает будто мне не место здесь. Я глянула в сторону, словно ища поддержки. И натолкнулась взглядом на огромное зеркало, в котором отражалась в полный рост. Да, этой обворожительной брюнеткой была я. И еще я заметила несколько заинтересованных мужских взглядов, что скользили по мне украдкой.

– У меня здесь дела, – уверенно заявила я и взяла бокал с подноса проходящего мимо официанта. – А ты уже отработал?

– Плюсы профессии, – заметил Егор, глядя мне в глаза. – Красивое платье.

– Благодарю, – снизошла я.

– Пройдемся? – мне предложили руку.

Я удивилась, но предпочла не отказываться. Выглядеть одинокой белой вороной мне не хотелось. Где же носит этого Гордеева? На официальной части от «Живой страны» выступил президент холдинга. Так может Андрей не появится? В таком случае делать здесь больше нечего.

– Чем занимаешься сейчас? – вежливо спросил Егор.

Я глянула на него. Он почти не изменился за последние пять лет. Кольца на пальце не появилось, значит с той… девушкой у него так и не сложилось. Егор был старше меня на три года, отличался презентабельной внешностью, его крепкие мускулы чувствовались даже через пиджак. При том, что я балансировала на десятисантиметровых шпильках, он возвышался надо мной почти на целую голову.

– Ты не знаешь, Гордеев появится? – решилась спросить я вместо ответа.

В конце концов Егора я к своим врагам никогда не причисляла, хоть и расстались мы совсем не красиво. Как журналист, он мог знать о некоторых нюансах и быть в курсе интересующего меня момента.

– Так ты здесь из-за него? – его бровь знакомо изогнулась, и Егор остановился.

– Возможно, – улыбнулась я и отхлебнула из бокала.

– Ты изменилась, Маша, – глаза журналиста смягчились. – Стала такой… Совсем на себя не похожа.

Это мы уже проходили. Если это был комплимент, то я на него не поддалась. Егор глянул куда-то поверх головы, а я все еще ждала ответа на свой вопрос. Но вместо него услышала:

– Хочешь потанцевать?

Похоже, что он мне решил отомстить.

– Я не танцую.

– Очень жаль, – заметил бывший. И еще раз глянув поверх моей головы, добавил, – а вот и твой Гордеев.

Я обернулась, едва не расплескав шампанское на журналиста и действительно увидела в дверях знакомую по фотографиям широкоплечую фигуру вице-президента «Живой страны».

– Тише, тише, – пожурил меня Егор. – Это из-за «Первопроходца»?

Я кивнула, судорожно соображая, что же делать дальше.

– И что ты будешь делать дальше? – задался тем же вопросом въедливый журналист.

– Не знаю, – честно сказала я. – А ты с ним знаком?

– Знаком, – усмехнулся Егор, разом разгадав мой неоперившийся план. – Но это будет слишком просто.

– Ты готова с ним переспать? – следом огорошил меня бывший.

– Неет, – протянула я.

– Тогда не глазей на него, и сама ни в коем случае не подходи, – посоветовал Егор.

Мне почему-то показалось, что он говорил искренне. Будучи светским журналистом на протяжении многих лет, он наработал неплохой опыт по этой части. И почти наверняка этот опыт не всегда ограничивался чужими промахами.

– Что же по-твоему мне делать? – спросила я, изо всех сил стараясь не отслеживать Гордеева взглядом.

– Ничего. Наслаждайся вечером, – посоветовали мне. – И компанией.

Глаза Егора хитро блеснули. Он подхватил меня под руку и повел по залу. Мы стали подходить к разным группкам и ненадолго задерживаться около каждой. Егор представлял меня, как подающего большие надежды фотографа, работы которого разлетаются по Интернет-аукционам в считанные часы. В какой-то степени он даже ни разу не слукавил. Может, чуть-чуть преувеличил. Мне приветливо кивали, спрашивали, где можно увидеть мои фотографии, удивлялись и восхищались моим ремеслом. Затем мы отходили и продолжали хаотичное движение среди гостей. Гордеева я почти не видела, вероятно он все время находился где-то у меня за спиной.

И тут меня чуть было не разобрал хохот. Егор, что называется, показывал товар лицом. То есть самой соблазнительной моей частью, способной привлечь внимание такого человека, как Гордеев. Шикарное платье с обнаженной спиной привлекало внимание многих мужчин. Хитрый журналюга повернул меня так, чтобы магнату самому было интересно подойти ко мне, и вскоре план удался!

– Егор! – вдруг прозвучало совсем близко. – Познакомь меня со своей дамой.

Мы повернулись, и я впервые посмотрела в глаза Гордеева. Серые, даже стальные. Взгляд твердый, смотрит прямо в лицо собеседника. Я вдруг поняла, что по телу ползут мурашки.

Пока Егор представлял нас, я не отрываясь смотрела в лицо магната. Это было как-то даже неприлично, но ничего поделать с собой я не могла. Он будто загипнотизировал меня.

– Могу я пригласить вас на танец? – спросил Гордеев, награждая меня столь же пристальным взглядом.

– Мария сегодня не в духе и не танцует, – подколол бывший, за что я с трудом подавила глубокое желание отдавить ему ногу.

Вместо этого я мило улыбнулась и сказала:

– Егор шутит. Я с удовольствием потанцую с вами.

Моя рука утонула в широкой ладони магната, и мы пошли к месту, где плавно двигались танцующие пары. Рука Гордеева легла чуть выше моей талии, опалив обнаженную кожу на спине. Я вдруг почувствовала, что шикарное платье теперь играет против меня. От прикосновения магната кровь побежала быстрее, пробуждая сокровенные желания, в которых я сама себе не хотела признаваться.

Мы закружились в медленном танце. И хотя между нами оставалось вполне приличное расстояние, я чувствовала каменную крепость его руки, которой он почти нежно придерживал меня. И по рецепторам ударил аромат его дорогого парфюма. Гордеев был ниже Егора, но все равно достаточно высок, чтобы возвышаться надо мной на полголовы. Поэтому его губы оказались напротив моих глаз, и я имела возможность изучить их четко очерченную форму и размер, и унестись мыслями куда-то очень далеко, где эти губы отчего-то играли какую-то важную роль…

– Вы хорошо танцуете, – неожиданная похвала магната вдруг оторвала меня от непрошенных фантазий.

– Благодарю вас, – произнесла я в надежде, что голос не выдает чувств, обуревающих меня.

– Расскажите немного о себе. Я никогда прежде не видел вас на подобных мероприятиях.

Я смутилась. Никогда не знала, что отвечать на такие вопросы.

– Вы знаете, господин Гордеев…

– Андрей, – прервал меня он.

– Андрей, – кивнула я. – Я не знаю, что вам сказать. Когда задают подобный вопрос, очень сложно соблюсти грань между чересчур личным ответом и чересчур официальным.

Губы Гордеева тронула едва заметная улыбка.

– Как же мне тогда узнать о вас что-нибудь?

– А вы спрашивайте конкретнее, – посоветовала я.

– Вы замужем? – совсем неожиданно он коснулся темы, с которой я бы и не подумала начинать ответ. – Или это слишком личное?

На этот раз его губы оставались серьезными, а вот в глазах затаилась смешинка.

– Нет, – отчего-то смущаясь ответила я.

– А чем занимаетесь, Мария?

– Я фотограф, – ответила я и прямо посмотрела магнату в глаза, чтобы заметить, как смешинка из них пропала.

Он ненадолго замолк, а затем сказал, низко склонившись к моему уху: