Виктория Чуйкова – Сундук Пандоры (страница 5)

– Блин, Владка! – сонным голосом, возмутилась Мира. – Неужели нельзя просто пользоваться будильником!

Вместе с голосом сестры Влада уловила тонкий, но достаточно ясный силуэт Германа и… поднялась:

– Да не просила я его. Сам расшалился. Вот вернется, ответит!

– Вернется, ответит… – Мира поднялась и засуетилась по комнате. – Заканчивала бы ты с фокусами. Не ровен час, проведает кто.

– Ой, брось зудеть. Никто ничего не поймет. Поговорю! Хотя… Ты хоть сама понимаешь, о чем просишь? Я и ветер! Как можно свободе приказывать? Как можно заставить природу плясать под чью-то дудку?!

– Понятно. – Мира остановилась напротив сестры, определила руки на талии, чуть-чуть склонила голову набок и серьезно посмотрела ей в глаза: – Ты снова без настроения. Вроде только глаза открыла. Интересно, что опять не так?

– Да все так. Сама же сказала – утро. А ты с нравоучениями.

Примерно в таком настроение прошел день. Мира пыталась избегать любых разговоров с сестрой, Влада старалась делать вид, что все в норме и, искала Германа. Ей очень хотелось с ним поговорить. Узнать, чем это он так на нее влияет, что даже ночью от него нет покоя. Она, конечно, приукрасила в своих мыслях его воздействие. Скорее, именно отсутствие назойливости злило Владу. И Гермам словно прочел ее мысли, несколько часов маячил у нее на глазах, мило улыбаясь им с сестрой и заигрывая со всеми девушками курса. Злилась ли Влада? Нет, она кипела! Она ругала себя, что вообще думала о нем, что обратила внимание на его намеки.

– Ты тупица! – говорила она сама себе. – Он не делал тебе даже косвенных намеков на дружбу. Размечталась! Этот повеса просто насмехался над тобой! Ну, я ему скажу…, я ему все выскажу!

Но не высказала. Гордо задрав носик, ходила мимо него с серьезным видом, приставая к преподавателям с вопросами, которые и сама могла разрешить. Тянулась неделя. Герман держался с ними вежливо, как и первые дни после их приезда, иногда бросал безобидные шутки, постепенно все меньше и меньше привлекая к себе внимание всех остальных. Как-то, на одном из вечерних занятий, Влада случайно оглянулась назад. Герман сидел, прислонив голову к стене, прикрыв глаза, бледнее обычного. Ему явно было нехорошо. Влада это поняла сразу, но прерывать лекцию не спешила, а уж тем более бить в колокола и кричать всем: «Человеку плохо»!

Прозвучал звонок, все засуетились, а парень словно уснул, даже не пошевелился. Она сделала шаг в его сторону, как одна из девушек толкнула Германа в плечо, громко говоря:

– Просыпайся, гулена! День прошел, жизнь начинается.

Герман поднялся и, не проронив ни слова, удалился из аудитории. Владка хмыкнула и передразнила девушку, даже не заметив, что сестра смотрит на нее.

Оказавшись на улице, в отдалении от шумной толпы сокурсников, Мира обратила на себя внимание:

– Чего это ты так отреагировала?

– На кого?

– На Германа.

– Я? На Германа? Вот еще. Просто поражаюсь, некоторым. Ходят на занятия, чтобы поспать.

– Чему тут дивиться? И потом, это их собственное дело.

– Права, сестренка, права. Это их дело, их жизнь, их будущее.

Влада старалась быть совершенно спокойной, только Мира ей не поверила, уж больно искристыми были глаза Владки. Да и разговор оказался не оконченным, Герман появился перед ними, бодрый и веселый, полный оптимизма, впрочем, как всегда.

– Ты смотри, выспался! – вырвалось у Влады.

– А у тебя были сомнения? – парировал парень.

– В твой адрес – никаких!

Мира покачала головой, Герман шире расплылся в улыбке, а Влада отвела взгляд, всем своим видом показывая, что он ей не интересен.

– Знаю, что вы избрали жизнь послушниц, – начал Герман, переведя все свое внимание к Мире, та приподняла бровку, не спеша протестовать: – однако, хочу пригласить вас на одну маленькую, закрытую вечеринку. Уверен, вам понравится.

– Нам не понравится! – беря сестру за локоть, начала Влада. – И это, приглашай своих поклонниц. – практически таща сестру в сторону от парня, грубо закончила она.

– А ты ревнивая! – хохотал Герман. – Предложение в силе! Каждую пятницу, после полуночи.

Мирка не вырывалась, не вставила ни одного слова, просто посмотрела на парня, махнула ему рукой и шла за сестрой, ожидая пояснений. Объяснений не было. Да и что Влада могла сказать, если сама еще не понимала всплесков собственного настроения.

Прошла пятница, за ней вторая. Герман все это время сидел со скучающим видом на занятиях, один, за самым последним столом. Казалось, его никто не замечает, даже учителя. Исчезал одним из первых, как только слышались первые аккорды звонка. Славок больше не трогал, не напоминал о предложении. Словно и не делал его. Поведение Влады уравновесилось и она снова была сама собой, той веселой, спокойной сестрой, какой ее знала Мира всю жизнь. Пролетел ноябрь. Декабрь семимильными шагами шел к Рождеству. В жизни Славок ничего не менялось – друзья друзьями, но близких никого. Родные на связи по инету, мама со своими «прилетами» на минуту. Обе девушки делали вид, что не знают об этом, прекрасно понимая, что Вел не контролирует их, а просто переживает об их долгом и далеком отсутствии. Она успокоится, сестры это знали, они привыкли к такому поведению матери. Она и в детстве была к ним с временным чрезмерным вниманием, пока не появлялся новый проект, или у кого-то из семьи не случалось чего-нибудь сверхъестественного. Их воспитывал отец. Именно Эдгар был нянькой, другом, и всем остальным. Они его даже называли «памой». Да, это все было там, в далеком детстве, в родной стране, в доме по которому обе скучали.

Вечер у Влады выдался свободным. Мирослава, по требованию преподавателя, уехала на олимпиаду, в другой округ. Послонявшись по комнате с книгой, так и не начав читать ее, съев больше обычного, Влада всунула в ухо наушник, оделась потеплее и пошла бродить по небольшому садику, простирающемуся под окнами их жилья. Как же ей хотелось пройтись по хрустящему под ногами снегу, хотелось окунуться в рождественскую, предновогоднюю сказку, с небольшим морозцем, которая опустилась на ее родные края. Здесь же снега не ожидалось, все сайты кричали, что и праздники будут плюсовые. Измерив мелкими шагами аллею в одну сторону, вздохнула, развернулась и так же неспешно пошла обратно. Добралась до скамьи, поморщилась и уселась, опустив голову. Пару минут разглядывала свою обувь, от нечего делать сделала несколько снимков своих ног, она давно делала такие фотки, говоря всем, мол: «это воспоминания какие дороги я исходила». Запрокинула голову и тут только сообразила, что уже довольно долгое время не ощущала рядом присутствие своего юного дружка, седьмого ветерка. Собралась было его позвать, как решила: – Пусть развеется, да и Мира отдохнет от его присутствия.

Снова вздох вырвался у нее из груди, как нечто прохладное и мокрое упало ей на нос.

– Неужели дождик опять начинается. – проговорила она вслух. Сняла перчатку, выдвигая руку чуть вперед. Порыв ветра, шелест крыльев и несколько снежинок, совсем крохотных и прозрачных легли на ее ладонь.

– О Боже! Неужели ты подаришь чудо! – воскликнула она. Но чуда не свершилось. Прошло минут пять, а снег так и не пошел. Хмыкнув, она снова опустила голову. Сделав музыку громче, скукожившись, всунув руки в карманы, сидела на скамье, на совершенно пустынной аллее.

– Снова грусть-печаль?

Влада вздрогнула и повернула голову на голос. Герман стоял сбоку и широко улыбался.

– Зато тебе всегда весело.

– Разве это плохо?

– Хорошо! – чуть громче, чем надо было бы, сказала Влада.

– Так что у тебя опять не так? – не обращая внимания на ее тон, продолжил парень.

– Все у меня, так как надо. И настроение обычное. Просто…

– А вот от сюда поподробней.

– Нет подробностей! Как и снега, а его мне хочется больше всего.

– Так заберись в холодильник.

– Герман! – Влада улыбнулась.

– Когда сестра вернется? – Герман присел рядом и по-свойски поднял ей воротник. – Отчего без шапки?

– С какого вопроса начать отвечать?

– Привереда! Все равно.

– Без головного убора оттого, что еще тепло. Мира возвратится послезавтра утром.

– Понятно. – протяжно проговорил он и на несколько секунд задумался, чуть прищурив глаза, смотря на Владку. Та не трогала его, сидела в ожидании. – Не холодно… – и словно проснувшись: – Заниматься чем думаешь?

– Не думала, не планировала.

– Отлично! – поднялся, протянул ей руку: – Нечего тут сидеть и киснуть. Пойдем, пройдемся. Просто так, без плана и тем для беседы. Захочешь поговорить, я всегда «за».

Влада поднялась, не воспользовавшись предложенной рукой, а он, словно предполагая это, запрокинул руки за спину, кивком головы указал направление, первым сделал шаг. Шли молча, не долго. Герман вообще не умел молчать. Прошло минут тридцать, которые Влада не заметила, затем еще. Погуляв садом, они выбрались за стену, ограждающую университетский дворик и пошли по городку, даже не догадываясь о зависти, какая им летела вдогонку. Герман, как и обещал, не затрагивал серьезных тем, все больше рассказывал истории, возможно выдуманные, а быть может и правдивые, которые происходили с ним и его друзьями. Это расположило Владу к нему намного больше, чем в те несколько встреч и она мало-помалу, ведала о своей семье.

– Ты решила похвастаться! – после очередного воспоминания Владки, воскликнул парень.