Виктория Чуйкова – Соблазны. Роман (страница 6)

– Ах, да! – всунулась назад голова Вел. – Спасибо за уборку!

– Ну, что ты! Это мизер, на что мы способны. А вот вам, нижайший поклон, такое не забудется. Неописуемо!

– Это мы так, не старались. – и она растворилась, а Дэн посмотрев Вел вслед, еще раз припомнил приятные минуты вчерашнего вечера и опустил голову к своим талмудам.

Ев привела себя в порядок, выпила чашку холодного, но очень сладкого кофе, с растоптанным кусочком лимона, запила соком из блюдца и направилась в кабинет. Обняла мужа за плечи и уткнула нос в его шевелюру. Дэн поцеловал ее руки, как ребенка, усадил к себе на колени, не говоря ни слова.

– Я не совсем уверена, но вот! – и положила перед ним ключик.

– Что это?

– Ключ! От бара. Ты же хотел все спрятать…. – небольшая пауза и она, подняв руку, словно давая присягу, добавила: – Повторяю, я не уверена.

– А я уверен! Счастлив. Просто безумно счастлив! – осыпал ее поцелуями.

– Может не торопить события?

– То есть? – Дэн, лишь на миг отстранился, испугавшись ее намека, но тут же понял о чем жена. – Не будем! Хотя все узнают сами, такая уж у нас семья. И если ты будешь себя хорошо чувствовать, умчимся, далеко и надолго, пока не попросишься домой.

– Именно то, что я хочу! Туда, где тепло и нет дождей.

– И куда это?

– В наш с тобой домик, поживем там, подольше, одни.

– Наш домик? Ты имеешь в виду… Прагу? Я конечно не против, но вот за отсутствие дождей сомневаюсь.

– Да мне все равно. Хочу туда, вдвоем.

– Маме позвоним?

– Позже. Когда буду точно знать.

– Спасибо! – Он нежно прижал ее к себе, положил голову на плечо. – И спасибо, что сказала первому.

– Собственно так получилось. И потом, ты же к этому имеешь прямое отношение. – наконец засмеялась она.

Глава 4

Решили – сделали! Полет был ужасен, Ев не хватало пакетов, Дэн заботливо приносил новые и уносил использованные, поил ее лимонной водой и кормил нужными таблетками. Все прошло, как только она ступила на землю. Прага встретила их солнцем, и сберегала ясную погоду довольно долго, лишь изредка освежая дождиками. Дэн трясся над ней, баловал и ничего не давал делать. Ев это нравилось, и она ничего не хотела менять. Да и как от такого отказаться, когда тебя одаривают любовью и заботой. Прогулки были короткими, но трижды в день и обязательно перед сном, медленным шагом, в парке, подальше от машин. Питание – даже если ей не хотелось, уговаривал, упрашивал, Ев сдавалась и ела. С первых дней у Ев упало давление и Дэн, радовался, что предусмотрительно взял с собой саквояж «Айболита». А главное, поднимал его, любимыми Ев шоколадками. Покупал много, прятал так, что даже ее нос не мог обнаружить и доставал, сюрпризом, в самый нужный момент, как только глазки опечалятся, или произнесет: «Хочу!» Но, самыми веселыми были вечера, когда он ее заботливо укладывал в постель, укрывал одеялом, поправляя со всех сторон, чтобы не дуло, и садился рядом, рассказывая что-нибудь забавное, вязал пинетки:

– Дэн! – просила Ев, не сдерживаясь в смехе. – Прекрати, их можно купить!

– Вот почему каждый день одно и тоже?! – не унимался он. – Можно. И сколько бы ты не смеялась, я тебе уже сто раз отвечал и еще отвечу: я так хочу!

– Ты меня смешишь и доводишь до колик. Хорошо, ты хочешь, я поняла. Но почему пинетки и так много?

– Они разного размера. – серьезно отвечал мужнина, не поднимая к ней в этот момент даже глаз, боясь сбиться. – Все остальное свяжу потом. Времени много.

– Но зачем?

– Как ты не поймешь?! Это же мои руки, с добром и любовью! Ребенку будет приятно.

– Ты свихнулся! Ну, ладно, раз тебе заниматься больше нечем, то давай, переплетай нити, паук – ткач!

– Я не паук! – он не сердился, не возмущался. Владея, довольно умело крючком, сосредоточенно делал петельку за петелькой и за то время, пока они спорили или она, отводя от него глаза, чтобы не хохотать, слушала его рассказы, пара детских тапочек была готова. – У нас с Эдом был спор, никто не проиграл, но он же научился играть…. – провернул крючочек, высунул ниточку, затянул узелок и, поставив на свою ладонь, рассматривал со всех сторон, затем кивнул, убрал в заранее предусмотренную коробочку и продолжил: – Ты же сама знаешь, какие колыбельные рыбкам написал. Неужели хочешь, чтобы он обвинил меня в том, что я не держу слово?!

– Да он уже и забыл об этом!

– И что? Я-то, помню! – неожиданно погрустнел, опустил голову. – И что я ей подарю, если не…?

– Здоровье и любовь! – Ев потянула его за руку, притянула к себе и обняла, эту великовозрастную детину, с душою ребенка. – Дэн! Давай сбавим темпы, ну немного сделал и хватит. И потом, я вот лично думаю, что больше ты на меня ни одного холста не потратишь, все только ей! Будешь создавать шедевры, орудуя привычной для тебя кистью. Ну, правда, это же намного лучше, чем гора пинеток, одетых по разу. Ну, не магазин же нам открывать!

– Какая ты молодец!

– Ой, не пугай меня! Детских магазинов предостаточно!

– Да нет, я не умею, продавать! Я разрисую все детские комнаты! Куда бы мы ни приехали, всюду будет стена, разрисованная мною!

– Ты – эгоист!

– Почему это?

– Потому! – Ев нарочно сделала обиженное лицо и отвернулась: – Поймешь, тебе же легче жить станет!

– Ну вот! Опять запутался! Ну почему так?! – бережно отложил вновь начатую работу и лишь только потом выявил свое недовольство и не сразу заметил смену настроения жены.

– Хватит! Мне это уже наскучило! – Ев сверкнула глазами, повысила голос. – Пойди, купи нужные вещи, простенькие и займись вышивкой, так будет проще и красивей!

– Ты думаешь? – приняв за чистую монету, почесал затылок, в голове изображая детские распашонки с забавными картинками.

– Уверена! – ударив подушку, ответила Ев. – У тебя получится лучше, чем у тети Моти! А вообще, делай, как знаешь, я буду спать. – тут же приподняла бровь, хитря и, совсем немножко, издеваясь, попросила: – Может, ты нам сказку почитаешь?

– А ведь правильно! Нужно срочно определиться с музыкой, чтением и всем, что мы с тобой смотрим – дочь уже совсем скоро начнет все впитывать! – подскочил, открыл ноутбук.

– Что ты делаешь? – не поняла Ев.

– Картотеку! – Дэн создавал папки на рабочем столе своего ноута и распределял свои записи. – Хочу разбросать по времени созревания!

– У-у-у! Параноик! – отвернулась к стене. – Ты становишься занудой!

– Правда? – Дэн присел рядом, тихо – тихо дыша, смотрел на ее спину, боясь даже погладить.

– Правда! – бурчала она, царапая стену ногтиком. – Нет, чтобы пока подумать о моих нервах! Разве можно такое выдержать?!

– Ев! Душа моя! Ну, я же хочу как лучше…

– Мера! Сам говорил, во всем должна быть мера!

– Ну, прости меня, плиз! Зашкалило. Я больше не буду!

– Обещаешь?

– Клянусь! Составлю только список.

– Что?!

– Утром! Когда ты будешь спать! Проснешься – откорректируешь…

– Ладно, уговорил. И подумай о моем настроении, в первую очередь! – Почти промурлыкала она и зевнула.

– Все сделаю, все исправлю! – пообещал Дэн, однако довязывал приданное ночами, когда Ев крепко спала.

В таком темпе дожили до декабря. И уже к Святому Николаю, вся семья собралась в поместье.

– Что это? – Вел заметила три фарфоровые куклы на рабочем столе мужа.

– Подарочки, девчонкам. – ответил Эд и гордо задрал нос.

– Ты чем думал? – Вел погладила хрупкую ручку одной из кукол. – Разве можно отдавать на растерзание такие вещи? Нет, я, конечно, понимаю Лере, а разбойницам?

– Ничего. Поставим на каминную полку, будет красиво. Они прекрасно понимают, что есть вещи не для игры.

– Куклы?! – и она, всплеснув руками, сделала несколько шагов в раздумье, ступая твердо, но так аккуратно, что даже каблуки ее туфель не издавали стук. – Как знаешь! Только я, все же добавлю, если упадет хоть одна и разобьется, слез будет в три ручья и нас затопит! – сощурила глаз, всматриваясь, понимает ли, о чем она говорит. – Ты уверен в прочности дома?

– А к чему тут это? – Эд не понял и она, радуясь, что хоть что-то знает о дочерях, чего не ведает муж, поведала:

– К тому, папочка! Ты хоть обратил внимание, что творится за окнами, когда Владка плачет? – Эд пожал плечами. – То-то!