Виктория Чуйкова – Соблазны. Роман (страница 12)
– Не бойся, лапушка, все будет хорошо! – сказал ей Влад, пытаясь успокоить.
– Я не лапушка и мое волнение объяснимо и логично! А он мне нужен, в поле зрения. Если в обморок грохнется, что тогда?
Влад расхохотался, поглядывая на их суетливость, а Дэн покорно сел рядом с женой, отвернувшись к другу спиной.
– Я пошел, пока! – усмехнулся Эд, вспоминая себя на месте брата. – Позовете.
– Надеешься, что забудем? – от волнения Ев покрикивала на всех.
– Вот откуда у тебя столько колкости? – подмигнул ей Эд и закрыл дверь.
****
– Ну, вот и все! – сквозь дремоту, услышала Ев голос Влада, и тут же плач ребенка подтвердил его слова. – Девочка! Вы прямо производители красоты. Кнопочка такая!
Ев видела краем глаза, как акушерка возится с дочерью, делая все необходимое, завернула и положила ей в руки. Два блуждающих глазика, крошечного чуда, не находили ее, губки почмокивали, а язычок, постоянно, высовывался наружу. Довольно длинные черненькие волосики, закручивались на затылочке, бровки и реснички в тон.
– Кнопочка моя! – сказала Ев: – Какая длинненькая. Как же ты во мне вмещалась?!
– Можно? Пожалуйста! – попросил Дэн, протягивая руки. Взяв, понял, насколько жена слаба, она лихорадочно дрожала, а руки, непроизвольно, упали, едва дочь оказалась у него. – Она так похожа на тебя!
– Не подлизывайся! – язык был ватным. Ев устала и хотела лишь спать, а не отчитываться о своем здоровье, думая: «они врачи, пусть сами….»
– Доченька! – Дэн повернулся к двери, где уже толпились родные, отпуская слезу умиления и радости, хвастался. – Моя доченька!
– Какая она большая! – забрала племяшку Вел.
– Почти четыре кило и 60 см. – Хвастался Дэн, а Ев, напичканная уколами, уже мирно спала.
И опять суматоха, радостная, завораживающая. Подарки, поздравления, намеки на мальчишник. Дэн восторгался, глядя через стеклянную дверь на дочь, не обращая внимания ни на кого, потом словно опомнился, выставил всех и сам убежал. Влетел в свой кабинет, достал приготовленный подарок и понесся назад. Открыв тихонько дверь, взял бледненькую руку жены, поцеловал ее и надел на запястье браслет из бирюзы и такой же кулон, в виде маленькой слезки.
– Спасибо, родная! – шептал он, согревая своими губами каждый пальчик. Ее ресницы задрожали и он бережно положил руку, боясь разбудить, но не ушел, сидел тихонько и крутил головой, любуясь его женщинами, мирно и беззаботно спящими.
– Сколько? – не открывая глаз, спросила Ев.
– Спи, еще рано. – прошептал он.
– Сколько? – переспросила Ев, пересохшими губами, не в состоянии пояснить.
– 3.700 и рост 60 см. – догадался он.
– Хорошо! – одобрительно кивнула она и добавила: – Крупненькая.
– Пограничница! – воскликнул Дэн чуть громче и прикрыл рот, озираясь на дочь, но та не отреагировала.
– Что? – Ев сомкнула брови.
– Сегодня же двадцать восьмое мая!
– А я и забыла. Что значит мужчины…. Лишь бы праздновать! Конечно же, я согласна, иди. Я хоть высплюсь.
– Вообще-то, я хотел профилонить.
– Традиция! – повысила она голос и уже тише: – Спать хочу, очень.
– Давай я отнесу тебя в спальню.
– Какой же ты подлиза! – но протянула руки. – И помоешь мне голову.
– Ты же утром мыла!
– И что?! У нас же будет девичник!
– Вы не исправимы! – подхватив ее, исхудавшую, понес в их половину дома.
****
Подарки, шары, цветы… – множились по мере прихода посетителей. Последним появился Николя. Он несколько дней не показывался никому на глаза и как только открыл дверь, выпалил:
– Внучка моя!
– Не поняла, а я?! – воскликнула Вел, перебивая приготовленную им речь.
– И ты, конечно же, но сегодня ее праздник…. Вот! – положил на кровать синий бархат, выпрямился, сложа руки за спиной, в ожидании.
– Что это? – спросила Ев уставшим голосом.
– Открой! – Ев кивнула сестре, не в силах сделать даже этого. Вел положила перед сестрой колечко, в виде саламандры, с двумя глазками из бирюзы. Ник глубоко вздохнул, вспоминая свою юность и совсем не готовясь кому-либо выдавать тайну, что Ев для него была тем созданием, которому он не мог отказать ни в чем. – Это я хотел одеть на пальчик Анны, вашей пра-пра… Не суждено… Хранил на груди, все эти десятилетия, теперь оно твое. – Ев протянула к нему руки и, обняв, поцеловала в похудевшую щеку:
– Спасибо, родной! Ты это, давай, молодей. Правнучку ставить на ноги надо. Кстати! Это мне Дэн подарил! – похвасталась она подарком мужа.
– Мы же семья! – ответил Ник, заметив образовавшийся ансамбль. – Крепчай, увидимся! – Быстро вышел, забыв прикрыть за собой дверь.
– Расстроился. – проговорила Вел.
– Я бы сказала – растрогался. – поправила Виен. – Он и так воспринимал Ев, как воскресшую молодость и любовь, а тут…
– А где это Эд пропал? – спросила Ев, вспомнив, что еще его не видела.
– Стоп! А чего это он тебя интересует? – уставилась на нее Вел, поставив руки в бока. – Ты не попутала, он мой муж!
– Он показывал Рыбкам сестричку, а теперь пытается их увести в детскую. – пояснила Виен. – По-моему нам всем пора. Спи, пока есть такая возможность.
– А сабантуйчик? – глянула на них Ев, с большим удивлением.
– Вечером! Мы не пропустим.
Оставшись одна, Ев обследовала свой живот, покряхтела, хотя и была напичкана обезболивающим, улеглась и только прикрыла глаза, как почувствовала аромат новых цветов. Эд заглянул в комнату:
– Не спишь? – прошептал он и, заметив кивок ее головы, вошел и прикрыл за собою двери.
– А я уже подумала, ты меня бросил!
– Договоришься, кумушка! – вручил ей охапку белых пионов, замялся, впервые стесняясь поцеловать. – Вот как-то так!
– Я их люблю, ты же знаешь.
– Знаю. Ах, да! Чуть не забыл. – вышел и тут же вернулся с голубым ларцом: – Мои барышни только под нее спали, включая Вел. Думаю, пригодится. – разместил на прикроватном столике и опять сделал шаг назад: – И… присоединяюсь ко всему сказанному.
– Так не честно, хочу личного!
– Не могу отказать. Ты мне дорога, не меньше Вел и девочек. Оставайся такой непредсказуемой всегда. Любовь и веру брата, я гарантирую, остальное – купим.
– Эд!
– Прости! Я не знаю, что тебе сейчас сказать, день такой, трогательный. А малышка, просто очаровашка! Это счастье, что вы у нас есть. Ев, все! Не жди большего, а то польются у меня слезы, перестанешь видеть во мне мужчину.
– А ты спой! Поешь только для сестрицы, да Славкам, обделяешь нас как-то.
– Спою, обещаю. Лично тебе, ой, уже вам с кнопкой, когда ты забудешь о боли. Это будет твоя песня.
– Тогда иди! И… – Ев подняла к нему глаза, полные любви и благодарности, у него перехватило дыхание. – Эд, спасибо тебе за все!
Он подмигнул, вышел, а Ев открыла ларец и спокойно уснула, зная, что их с Дэном жизнь больше ничего не омрачит. По крайне мере сегодня.
****
«