Виктория Борисова – Просто приворот (страница 44)
— Ну, ты такая стала… Как будто вообще и не ты.
Вот и октябрь уже перевалил за половину… Но лето как будто медлило уходить, и последнее осеннее солнце баловало людей непривычным теплом. Ночи, конечно, стояли уже прохладные, но к полудню столбик термометра за окном нередко поднимался до двадцати градусов. Бабье лето сильно затянулось, словно давая людям возможность порадоваться напоследок перед долгой зимой, налюбоваться на синеву неба, золото желтеющих листьев, шуршащих под ногами, погулять где-нибудь в парке или просто побродить по улицам…
А вот Ирине стало не до прогулок. Свободного времени у нее теперь оставалось совсем немного. Жизнь опять изменилась кардинально, и женщина была только рада этому.
За это время Ирина окончательно укрепилась на позициях интересной женщины: пересмотрела свой гардероб, безжалостно отправив на помойку большую часть вещей, научилась делать укладку и даже в магазин выходила, слегка тронув губы помадой и накрасив глаза. И кажется, результат был заметен не только ей. Не раз, проходя по улице, ловила заинтересованные мужские взгляды. Оказалось, это очень даже приятно! Пусть она и не собирается сейчас ни с кем знакомиться, но чувствовать себя привлекательной очень нравилось. Может быть, когда-нибудь найдется человек, с которым ей будет хорошо…
За месяц работы в издательстве Ирина успела свыкнуться с новыми обязанностями.
Раньше она и представить себе не могла, сколько, оказывается, людей, одержимых писательским зудом. Пусть не так уж велики гонорары, и слава достается далеко не всем, но каждый день электронный почтовый ящик любого издательства заполняется новой «нетленкой». Читать все от начала до конца, конечно, не хватит сил человеческих, но Ирина очень старалась добросовестно ознакомиться с каждым произведением, прежде чем выносить свой вердикт — подходит или не походит вещь для того, чтобы быть изданной.
Была в работе и неприятная часть. Писать отказы Ирина очень не любила и каждый раз чувствовала себя виноватой перед автором. Хотелось хоть немного подбодрить человека, который, может быть, ночей не спал, писал, надеялся… Даже откровенно бездарным графоманам старалась написать что-нибудь вроде «роман не подходит под формат серии», чтобы окончательно не обрубить крылья человеку.
После прочтения некоторых шедевров у читательницы непременно должно возникнуть ощущение, что только где-то там, за высокими заборами рублевских особняков, в элитных новостройках и бизнес-центрах идет настоящая жизнь, а ее серенькое скучное прозябание не идет с ней ни в какое сравнение.
Есть много разновидностей бездарного чтива…
Но тем радостнее, когда получаешь нечто особенное. Такие дни — настоящие праздники. Вот и сегодня, похоже, такой день.
Новое письмо.
Новая судьба.
Новая книга.
Ирина налила себе новую порцию кофе и снова уселась у компьютера. Работать надо, работать! Что там дальше?
За окнами давно стемнело, когда Ирина наконец перевернула последнюю страницу рукописи. В первый раз история так захватила ее, что она забыла обо всем на свете! Пусть приходится перелопачивать кучу всякого вздора, но ради таких вот минут стоит работать. История трех поколений людей, связанных таинственными незримыми узами, любовь и смерть — и вместе с тем куча достоверных бытовых подробностей (причем не только современных), легкий язык… Ближе к финалу даже на слезу пробило, так жаль стало главного героя!
Ирина вытерла слезы и посмотрела на часы. Надо же, половина двенадцатого! А она так увлеклась, что даже не заметила, как бежит время. Женщина осторожно отложила пухлую рукопись в сторону.
В комнату заглянул Толик.
— Ты что не спишь? — строго спросила мать.
— Ага, кто бы говорил! Сама сидишь тут, как сова.
— Я не просто так сижу, я работаю! — обиделась Ирина.
— Ага, читаешь своих теток целый день! — поддел ее сын, впрочем, вполне добродушно.
— Ну… Такая у меня работа — книги читать! — улыбнулась Ирина. — Не всем же так везет. И вообще, у меня, между прочим, еще две рукописи лежат до конца недели!
— Ладно… Хоть стоящее чего?
— Да! Прямо оторваться не могла. Не заметила, как время пролетело. Чайник поставь, пожалуйста!
— Может, тебе сюда принести?
— Нет, лучше на кухню приду.
Вот уже и чайник закипел… Они с сыном сидели за столом на кухне, а Ирина все еще находилась под впечатлением прочитанного. От хорошего вина остается послевкусие, и от книги — тоже… Ирина зачем-то принесла рукопись с собой, будто не хотела расстаться с ней.
— Что, правда книга хорошая?
Женщина налила себе чаю, подвинула поближе вазочку с печеньем и серьезно ответила:
— Да, очень.
— А кто написал?
— Сейчас посмотрю… — Ирина заглянула в письмо-сопроводиловку. — Какая-то Вера Юсова. И представляешь, это ее первая книга! А написано просто блестяще. Что характеры, что сюжет, что исторические картинки — все на высшем уровне.
— И что теперь?
— Наверное, будем печатать! Конечно, я должна с начальством поговорить, решения оно принимает, но скорее всего…
— Позвони ей. Прямо сейчас позвони.
— Ты что, шутишь? — она отодвинула пустую чашку. — Поздно уже, ночь на дворе! И потом — вдруг что-нибудь не срастется? Разве можно человека зря обнадеживать?
Но сын был непреклонен.
— Просто позвони и скажи, что тебе понравилось. Неужели ты не понимаешь, как это важно? Ведь писатель ждет! А ты тут разводишь китайские церемонии.
— Ну ладно, — сдалась Ирина, пододвигая к себе телефон, — но если из постели выдерну — ты будешь виноват!
Вера сидела на кухне у стола и тупо смотрела в одну точку. В чашке остывал крепчайший черный чай, дымилась сигарета, в сердце, кошельке и списке жизненных перспектив было совершенно пусто.
Время подбиралось к полуночи, завтра, как всегда, вставать в половине седьмого, но только сейчас она может хоть немного побыть наедине с собой, чтобы подумать о своем житье-бытье и решить, что делать дальше.
С самого детства Верочка очень любила читать. Сначала — сказки, потом — исторические романы с хитро закрученной интригой. Девочке нравился острый и пряный аромат прошедших веков, где если любовь — так до гроба, где женщины прекрасны и утонченны, как изысканные оранжерейные цветы, а мужчины отважны и галантны. Может быть, это и выдумка, но зато как интересно и захватывающе! Главное — чтобы все закончилось хорошо.
После школы Вера попыталась поступить в литинститут, но творческий конкурс не прошла. Пришлось в спешном порядке идти в педагогический на истфак. Мама уговорила — конкурс там был совсем небольшой, жаль было терять год, надо получать образование…
Образование Вера получила, но в школе надолго не задержалась. Странная девушка с длинными вьющимися волосами и мечтательной, немного отрешенной улыбкой среди предпенсионных теток в костюмах-джерси выглядела совершенно инородным телом.
Потом в ее жизни появился Михаил. Он казался таким надежным, спокойным, основательным… Даже маме он очень понравился.
— Вот какой муж тебе нужен! — говорила она. — Ты у меня, Верочка… Не обижайся, конечно, но немножко не от мира сего. А он крепко на ногах стоит, будет и тебе опорой.
И Верочка согласилась.
Была свадьба, гости кричали «горько», и Михаил, раскрасневшийся от выпитого, снова и снова лез целоваться. Поначалу все шло хорошо. Молодые супруги зажили в однокомнатной квартире, доставшейся молодой жене после смерти бабушки. Раньше стояла закрытая, а теперь вот пригодилась… Михаил исправно пылесосил ковры по воскресеньям, ездил на рынок за свежим мясом и молодой картошкой, говорил о том, что надо бы присмотреть участок за городом, чтобы начать дачу строить — с огородом, с банькой, чтобы все свое…
На Веру эти разговоры только тоску наводили, но она не спорила.
Через год родилась Машка. Впервые увидев маленькое красное сморщенное личико, Вера испытала такой прилив любви и счастья, что не выдержала и заплакала. Девочка была удивительно похожа на нее, даже врач в роддоме удивлялась — просто копия! А соседки по палате хихикали и спрашивали:
— Вер, ты признайся честно, хоть какой-нибудь мужик рядом был? Или люди уже почкованием размножаться научились?
Крошечная Маша засыпала под сказки Пушкина, радостно дрыгала ножками под «Венгерскую рапсодию», словно пыталась танцевать, едва научившись говорить, стала складывать слова в стихи.
Верочка была счастлива, а Михаил почему-то мрачнел и все чаще и чаще заводил разговоры о том, что должна делать хорошая жена, а чего она делать не должна ни в коем случае. Верочка обижалась, плакала и изо всех сил старалась «соответствовать» — стряпала обеды, убирала квартиру, стирала, гладила рубашки, чтобы на рукаве у плеча не оставалось складочки от утюга…
А по ночам плакала в подушку. Плакала от того, что обеды у нее пригорали, тесто не поднималось и добиться кипенной белизны постельного белья и рубашек не получалось.
Но самое главное… Все это Вера всей душой ненавидела, казалось, что жизнь проходит мимо, убивая время на домашние хлопоты, она с каждым днем все больше отдаляется от чего-то совсем другого, может быть, самого важного. А Миша все равно ею недоволен…
Получалось, что как ни смотри, а Верочка — жена плохая.
Когда она начала писать, дело уже неуклонно шло к разводу. Каждый раз, заставая жену за бумагомарательством, Михаил напоминал, что белье не стирано, обед не приготовлен, и вообще, жене и матери не пристало заниматься такой ерундой и тешить себя напрасными иллюзиями! Верочка стала работать тайком, чтобы не сердить супруга, нередко даже вставала по ночам, урывая от сна короткие часы, когда могла быть самой собой. Писала она довольно быстро, пальцы не успевали за течением мысли, и там, в придуманном мире, сплетались нити сюжетов и герои преодолевали все испытания, чтобы достойно прийти к счастливому концу…