Виктория Авеярд – Разрушитель судеб (страница 26)

– Разве не я повелительница четырех королевств? Разве не я возродившаяся императрица? – произнесла она, едва сдерживая смех. – Неужели я не могу призвать к себе одного-единственного мага, Веретено его побери?

Таристан снова пожал плечами.

– Только если прикажешь кому-нибудь пронести его по лестнице. – В его голосе слышалась нотка вины. – Ведьма сломала ему ногу.

«Лучше бы она сломала ему шею».

– Должна признать, я ей завидую, – вслух сказала она, слегка покраснев. – Хорошо, я спущусь к нему.

Сделав над собой усилие, она направилась к двери. Она намеренно двигалась слишком быстро, опасаясь, что если возникнет повод остаться, она не сможет им не воспользоваться.

Однако, когда она проходила мимо Таристана, его пальцы коснулись ее запястья, и вся сдержанность Эриды разлетелась на осколки.

Ее губы снова загорелись, прижимаясь к его. Мир растворялся, пока полностью не исчез.

Когда раздался стук в дверь, они оба зарычали от раздражения.

– Ваше Величество? – донесся до них неуверенный голос из коридора.

Эрида зарычала сквозь стиснутые зубы. Таристан опустил голову, коснувшись лбом ее оголенной ключицы. В голове Эриды возник мимолетный вопрос: когда Таристан успел сдвинуть верх ее платья? Однако это уже не имело значения.

Она поправила платье, отдышалась, а потом подошла к двери и распахнула ее, одарив новоприбывших взглядом, грозившим обратить кровь в их жилах в лед.

Перед ней предстал съежившийся от страха королевский сенешаль, лорд Катберг. Его окружала стайка фрейлин, а рядом с ними, опершись на трость, стояла леди Харрсинг. При виде ее Эрида немного успокоилась.

– Ваше Величество, приношу глубочайшие извинения, – пробормотал приземистый пожилой сенешаль, низко склонив голову. Будучи высочайшим руководящим чиновником при дворце, он носил золотую цепь и одежды превосходного качества, которым могли позавидовать даже самые богатые лорды королевства.

От внимания Эриды не укрылось, как Катберг бросил взгляд поверх ее плеча, обнаружив в салоне Таристана. Сенешаль ойкнул, явно борясь с желанием зажмуриться. Катберг хорошо разбирался в цифрах и организационных вопросах, но крепким характером не отличался.

Эрида не стала его слушать и обратила взгляд на леди Харрсинг.

– Белла, тебе стоило бы отдохнуть после долго пути, – произнесла она с едва заметной, но искренней улыбкой. – Поужинаем завтра?

К изумлению Эриды, на лице Харрсинг отразилось чувство вины. Несмотря на трость, она склонила спину так низко, как только могла. Фрейлины последовали ее примеру.

– Моя дражайшая королева, – проговорила Харрсинг. В ее седых волосах сияли отблески пламени свечей. – Темурийский посол ждет. Сегодня мы ужинаем вместе. Мы все.

Лорд Катберг, стоящий рядом с ней, вздрогнул и снова поклонился.

Эрида с раздражением вспомнила, что, когда придворные встречали ее возле дворца, он и правда что-то болтал о темурийском после. «Посол просит аудиенции», – сказал тогда Катберг, и она согласилась.

– Разумеется. – Эрида постаралась натянуть на лицо свою лучшую придворную маску и сделать взгляд безжизненным, а улыбку – кроткой и скромной. – Лорд Катберг, проводите моего мужа к его слугам и проследите, чтобы они подготовили его к встрече с послом.

Сенешаль выглядел так, будто вот-вот упадет замертво.

– Я бы предпочел поужинать в своих покоях, – процедил Таристан. Судя по его виду, он чувствовал себя так же неуютно, как и Катберг.

– Я учту твое мнение, – огрызнулась Эрида, жестом указывая на дверь.

К ее облегчению, Таристан не стал спорить. Он без промедления прошел мимо Эриды, даже не взглянув на нее и не дотронувшись пальцами до руки. Она ощутила себя горсткой раскаленных углей, которые окатили ведром ледяной воды.

Катберг побежал вслед за Таристаном; тот всего за несколько быстрых, размашистых шагов преодолел длинный коридор и скрылся из виду. Эрида не завидовала слугам, которым предстояло иметь с ним дело.

«Корона превыше всего», – напомнила она себе, пытаясь избавиться от назойливых воспоминаний о губах Таристана на ее собственных. Вдали от него ей было проще чувствовать себя королевой Галланда, а не девушкой по имени Эрида.

Отступив от двери, она пропустила в салон фрейлин, похожих на вереницу красивых пташек, одетых в шелка и кружева. Леди Харрсинг проследовала за ними.

Эрида не задумываясь подстроилась под рутинный ритм дворцовой жизни. Рядом с фрейлинами появились служанки, и все они приступили к привычным действиям. Эрида подчинилась. Она наклонила голову назад, позволяя неизвестным рукам расплести ее растрепанные косы.

Только леди Харрсинг ничего не делала. Остальные же боялись показаться бездельницами.

– Белла, какой у нас выдался день! – сказала Эрида, пока одна из девушек расшнуровывала платье на ней. Другая сняла его через голову, оставив Эриду в одной лишь нижней одежде. – Не знаю, как долго смогу пировать в компании посла.

– Продержитесь чуть больше часа, этого будет достаточно, – ответила леди Харрсинг, тяжело опираясь на трость. – Посол Салбхай тоже проделал долгий путь и вряд ли в ближайшее время отправится обратно на родину.

Эрида с легкостью поняла смысл ее слов.

– Ах, – выдохнула она, недовольная присутствием незнакомого посла. Не говоря уже о том, что он прибыл из Темуриджена – единственной империи, которая могла сравниться с ее собственной. – Для подобных дел у меня нет ни терпения, ни времени, – добавила Эрида, склонив голову к груди, чтобы служанка сняла с ее шеи ожерелья. Другая девушка тем временем протирала изумруд на ее кольце.

– Ваше Величество вольна поступать так, как она изволит, – произнесла Харрсинг. Взгляд ее бледно-зеленых глаз, которые напоминали Эриде два ледяных кинжала, оставался таким же острым, как и всегда. – Однако нам выгодно, чтобы темурийцы как можно дольше не высовывались из-за гор. Мне не хочется увидеть на своем веку бойцов Бессчетного войска.

«Не могу согласиться», – подумала Эрида, прикладывая все усилия, чтобы сохранять невозмутимость. Она долгие годы мечтала выставить свои легионы против конницы императора Бхара, одержать победу и стать самой могущественной правительницей в этом мире.

Эрида снова посмотрела на Харрсинг, вглядываясь в морщины на ее лице. Ей было не меньше семидесяти, и она не раз становилась как мамой, так и бабушкой. Ее отпрыски жили в каждом королевстве этого мира.

Леди Харрсинг ответила прямым взглядом, позволяя рассматривать себя.

– Но мне бы хотелось увидеть кое-что другое, – добавила она, взглянув на живот Эриды.

Королева выдавила из себя сухой смешок. Ей хотелось поддразнить Беллу за столь личный комментарий, но она сдержалась. На них смотрело слишком много глаз, а сплетни по дворцу разносились мгновенно.

– Леди Харрсинг! – воскликнула Эрида шокированным тоном. Она надеялась, что легкого упрека хватит, чтобы подавить ее любопытство.

Служанки, которые подготавливали вечернее платье, замедлились, уставившись на них во все глаза. Эрида чувствовала себя запертой в клетке львицей, на которую глазеют более слабые звери.

К облегчению Эриды, Харрсинг не стала настаивать. Лишь подняла руку в знак капитуляции.

– Задавать неловкие вопросы и говорить невпопад – привилегия старости, – сказала она с легкомысленной улыбкой. Как и королева, она тоже носила маску.

Но Эрида смотрела сквозь нее и знала наверняка, что Белла Харрсинг на самом деле хитрый политик – женщина, которая уже много десятилетий удерживает свое положение при галлийском дворе. В то время как лорд Торнуолл командовал армиями, Белла вела свою войну на не менее опасном поле сражения, коим являлся королевский дворец.

– Я – мать целого королевства, а теперь еще даю жизнь новой империи, – громко провозгласила Эрида. – Не сомневаюсь, что на данный момент этого достаточно.

– На данный момент да, – отозвалась Харрсинг, согласно кивнув. Но глаза ее пронзительно сверкнули. – Только на данный момент.

Эрида медленно кивнула в ответ. Она понимала, что Харрсинг имеет в виду, но не может сказать напрямую в присутствии чужих глаз. Даже сейчас, когда в руках Эриды Галландской была вся власть этого мира, леди Харрсинг по-прежнему пыталась ее оберегать. Сердце Эриды благодарно сжалось.

«Как бы сильна я ни была, надо сделать так, чтобы лорды не сомневались в стабильности королевского рода, – подумала она. – А для этого мне нужен наследник, которого я смогу посадить на выстроенный мною трон».

– Необычная выдалась зима, – пробормотала Харрсинг, обернувшись к окнам. К ним медленно подступала темнота, которую пронзали лишь городские огни. – Говорят, на юге выпал снег, а на севере полыхает пожар.

«Пожар. Джидаштерн». Эрида замерла, борясь с подступающей тревогой.

– А еще небо, – забывшись, выдохнула одна из фрейлин.

– Что не так с небом? – резко спросила Эрида.

– Вы наверняка замечали, Ваше Величество, – ответила девушка, не смея посмотреть королеве в лицо. – Иногда оно становится красным, как кровь.

– Красным, как победа, – строгим тоном исправила ее Эрида. – Красный – цвет могучего Сайрека, бога – покровителя Галланда. Возможно, это он улыбается нам с неба.

Когда нижние платья были сняты, Эрида подошла к просторной медной ванне, стоящей у огня. С тихим урчанием погрузившись в горячую воду, она почувствовала, как усталость от долгого путешествия медленно стекает с ее кожи.