Виктория Авеярд – Разрушенный трон (страница 43)

– Или что, Красный? – чуть не сплюнула я. – Я уйду. Я тебе заплатила. Какая тебе разница?

Я почти ожидаю, что он ударит меня, и была бы рада мимолетному уколу. Все, что угодно, лишь бы избавиться от незнакомого чувства у меня в животе. От этой тошноты. Я делаю все, что в моих силах, чтобы не сводить глаз с капитана, а не с промокшего мальчика, который по моей глупости чуть не погиб. И все же я не могу не смотреть на него.

Большой Иан качает головой и отвечает за своего капитана.

– Думаете, они не отследят лодку, мисс? Даже если вы уйдете? – Он почесывает свою бороду. – Мне кажется, отследят.

Он прав. Орриан – мстительный и мелочный человек. Ему совершенно плевать на жизни Красных. Принц Озёрного края до краев полон гнева и ненависти.

– Я дам им понять, что ухожу, – говорю я, но мой голос становится все тише. Это жалкое оправдание, и мы все это понимаем.

Капитан не отпускает мой воротник, даже когда его хватка ослабевает.

– С кем мы имеем дело? – рычит он. Ему необходимо это знать.

– Его зовут Орриан Сигнет. Он принц Озёрного края, двоюродный брат королевы-нимфы и сам нимфа. – Я не отвожу взгляда от своих ботинок. Только так я могу продолжать говорить. Если я не буду видеть их жалость или гнев, я смогу рассказать правду. – Он ужасный человек – жестокий, мстительный, чудовищный человек, – и я была помолвлена с ним с тех пор, как сделала свой первый вдох.

Сначала я смотрю на Красных служанок, думая, что увижу в их глазах насмешку. Они чуть не потеряли сына. Они должны меня ненавидеть. Но они смягчаются раньше, чем все остальные, и от этого меня тошнит. Они не понаслышке знают, какими могут быть Серебряные чудовища.

Я не заслуживаю их сострадания. И не хочу его.

– Ты ускользнула от эскорта Озёрных, – догадывается Джилл. – Когда пересекала границу.

Стиснув зубы, я поворачиваюсь лицом к старому Речнику.

– Я убила эскорт Озёрных. Когда пересекала границу.

Капитан отдергивает руку, как будто обжегшись.

– Сколько стражников?

– Шесть. Семь, если считать моего товарища из дома. – Когда я думаю о Магиде, о моей старой подруге, и чувствую горечь во рту. Ее кровь серебрилась между моими пальцами, ее рот пытался произнести слова, которые она никогда бы не произнесла. – Она умерла, помогая мне сбежать. Но, полагаю, вы скажете, что я убила и ее.

Команда второй лодки начинает роптать. Ее капитан дергается, неуверенно, очень нервно.

– Эш, ты должен отпустить ее, – кричит он. – Кричи вверх и вниз по реке, что на воде ее нет.

Капитан стискивает зубы и не отвечает. Он не хуже меня знает, как это рискованно. Он смотрит на меня в ожидании ответа, который я не могу дать.

– Эш, у меня здесь горячий груз. Я с тобой, легкая река или тяжелая, но если меня поймают… – продолжает другой капитан. Теперь он умоляет. Он ожидает, что Орриан и его банда в любую минуту выпрыгнут из реки.

И он может оказаться прав.

Орриан далеко не так силен, как королева Озёрного края или ее дочери, но все же грозен. И хотя он не может повернуть всю реку против нас, он, безусловно, попытается это сделать.

На лице Эша дергается мускул. Он задумывается и проводит рукой по своим темным волосам. Я подсознательно делаю то же самое, убирая волосы с лица.

– Если бы я думала, что он не будет вас преследовать, я бы уже ушла, – тихо признаюсь я. Я не лгу. Я знала, что, ступив на эту лодку, я поставлю клеймо на каждом, кто окажется на борту вместе со мной. – Вот почему я сказала тебе больше не брать на борт пассажиров, – добавляю я, стиснув зубы. Хотя бы для того, чтобы уколоть капитана, облегчить боль моего собственного стыда.

Он снова набрасывается на меня. Я ожидаю, что он закричит. Его рычание и шепот почему-то оказываются еще ужаснее.

– Ты лгала с самого начала, Лириса. Не сваливай это на меня. Если бы я знал, от чего ты бежишь, ты бы все еще толкалась на причале вместе с другими крысами.

– Ну, теперь ты знаешь, – отвечаю я, стараясь выглядеть смелее, чем есть на самом деле. Если он сбросит меня с лодки, мне конец. Пройдет всего несколько часов, Орриан выследит меня и под дулом пистолета доведет до самой столицы Озёрного края. – Ты капитан этой лодки. Тебе принимать решение.

Все еще сжимая винтовку, Риетт делает шаг в нашу сторону. Две ее тугие косы расплелись во время стычки, и ее волосы вьются вокруг лица коричневым облаком.

– Мы можем связать ее. Оставить на камне на берегу Озёрных. И отправиться в путь.

Угроза настолько нелепа, что я не могу не рассмеяться.

– Чем связать? Я сильнорук.

Она тут же краснеет и делает шаг назад.

– Я просто предложила.

– Мы должны оставить ее, – возражает Джилл. – Если этот Серебряный снова нападет, я бы предпочел, чтобы она была у нас, и мы могли торговаться. Или чтобы она нам помогла.

– Помогла тебя похоронить, – ворчит Риетт себе под нос.

Капитан пропускает все это мимо ушей. Он твердо стоит на ногах, но потом внезапно перекрикивает членов своей команды:

– Хэллоу, у тебя на лодке есть место для четырех человек?

На второй капитан колеблется. Он осматривает свою лодку, уже переполненную грузом, командой и его собственными пассажирами.

– Думаю, да, – говорит он после долгой паузы.

Эш не теряет времени даром и резко оборачивается. Он машет Дарье, Джем и их детям через палубу, указывая на корабль Хэллоу.

– Собирайте вещи. Теперь он ваш капитан, – говорит он, его слова дрожат от тяжести приказа. Затем он переводит взгляд на свою команду и остервенело продолжает: – Мы направляемся к слиянию. Оторвемся от него на Великой реке. Он окажется за границами своего королевства. И если ему так нужна его принцесса, пусть пробивается к ней через Свободные земли.

«Его принцесса».

Меня тошнит от этих слов, от их подтекста. И их правды. Эш прав: я принадлежу этому мерзкому человеку; принадлежала ему, сколько себя помню. И неважно, что по этому поводу думаю я сама.

И все же я считаю необходимым предупредить Красных.

– Границы Орриана не остановят, – говорю я, шагая вслед за Эшем.

Секунду он пристально смотрит на меня.

– Я что, по-твоему, дурак? – Он перевешивается через перила и кричит команде Хэллоу и своей собственной. – Передайте каждой лодке и плоту, мимо которых будете проплывать: в наших землях принц Озёрного края. Это должно поднять на уши охотников за головами.

Я удивленно прищуриваюсь.

– Охотников за головами?

– Думаешь, в Свободных землях преступники – только контрабандисты? – говорит он с мрачной ухмылкой. – Если о твоем принце узнает толковая команда охотников за головами, они выследят его прежде, чем он сможет выследить тебя.

Я моргаю, пытаясь представить, какая команда наемников смогла бы остановить Орриана.

«Но вдали от Озёрного края, в сопровождении одних только стражников, без какой-либо помощи со стороны его королевства…»

В этом, безусловно, что-то есть.

Я прикусываю губу, затем киваю. Одной рукой я указываю на винтовку.

Эш быстро отдает ее мне.

– Это хотя бы похоже на план.

Две лодки быстро движутся вниз по реке, отплывая на безопасное расстояние между нами и точкой атаки Орриана. К этому моменту он уже снова должен быть в движении, но двигаться должен в глубь страны, подальше от берега реки. На этом участке больше нет укрытия, и он наверняка будет передвигаться на транспорте. Дороги находятся в нескольких милях к северу, что дает нам время наверстать упущенное. Мы останавливаемся каждые пятнадцать минут, давая Хэллоу время опередить нас. Час за часом расстояние между лодками увеличивается, пока он не исчезает из виду даже на самых длинных участках реки. Наша скорость тоже увеличивается, между двигателем и усиливающимся током. Я предполагаю, что мы, должно быть, приближаемся к слиянию, где Огайюс впадает в Великую реку. Там, где ни одна земля, по обе стороны воды, не принадлежит Серебряным королевствам.

Каждая секунда боем часов отдается у меня в голове. От этого ощущения я стискиваю зубы. С момента нападения прошло два часа. Три. Четыре. У меня есть смутное подозрение, что Орриану это нравится. Он всегда любил поиграть со своей добычей. Надежда – не то, к чему я привыкла, и хотя капитан, кажется, верит в свою реку и свой народ, я не могу.

Я рада, что дети сошли с лодки, и их матери тоже. По крайней мере, не придется беспокоиться о них. Их путешествие и так опасно, даже без беглой Серебряной.

Я думаю о них, когда капитан приближается ко мне, на этот раз с меньшим гонором. Он встает, оперевшись локтями на перила. Его рукава закатаны, выставляя напоказ покрытые многочисленными шрамами руки и желтеющие синяки. Жить на реке нелегко, ни в коем случае.

– Значит, Орриан Сигнет. – В его голосе слышно столько презрения, даже больше, чем он выражает по отношению ко мне.

Я вздыхаю и опускаю взгляд на свои руки. У меня кривые пальцы, я столько раз ломала их во время тренировок, что даже целители кожи не могут их должным образом исправить.

– Он член королевской семьи, близок к трону, но на свой вкус – недостаточно близок.

Тень пробегает по лицу Эша, это видно даже при ярком дневном свете.