Виктория Авеярд – Разрушенный трон (страница 26)

– Замечательно, – бормочу я. Развернув его, я обнаруживаю обычную военную форму. Она сильно поношена, в заплатках и непонятных пятнах. Эмблема простая, одна белая полоска, обведенная черным. Солдат пехоты, из списка.

«Ходячий труп».

– С чьего тела ты ее снял?

Я снова вижу, как его черты искажаются от шока, но только на мгновение.

– Она подойдет. Это все, о чем тебе нужно беспокоиться.

– Очень хорошо.

Я без особой помпы снимаю куртку, а затем стаскиваю свои поношенные штаны и рубашку. В моем нижнем белье нет ничего особенного, оно из разных комплектов и, к счастью, чистое, но Бэрроу все равно смотрит, слегка приоткрыв рот.

– Муха в рот залетит, Бэрроу, – издеваюсь я, натягивая форменные брюки. В тусклом свете они выглядят красными и потрепанными, как ржавые трубы.

– Извини, – бормочет он, отворачиваясь, отворачивая сначала голову, а потом и отворачиваясь полностью. Как будто мне не плевать на сохранение моего личного пространства. Я ухмыляюсь, глядя, как по его шее расползается румянец.

– Вот уж не думала, что солдата может так смутить женская форма, – продолжаю я, застегивая молнию на форменной куртке. Она узковата, но сидит достаточно хорошо. Очевидно, предназначалась для кого-то пониже ростом, с более узкими плечами.

Он резко оборачивается. Его щеки залиты румянцем. Из-за этого он кажется моложе.

«Нет, – понимаю я. – Из-за этого он выглядит на свой возраст».

– Не знал, что в Озёрном краю с ней обращаются так фривольно.

Я одариваю его улыбкой, такой же холодной, как его глаза.

– Я член Алой гвардии, мальчик. Нам есть о чем беспокоиться, помимо обнаженной плоти.

Что-то дрожит между нами. Может быть, поток воздуха, а может быть, после удара наконец начала болеть голова.

«Да, должно быть, так оно и есть».

Затем Барроу смеется.

– Что?

– Ты напоминаешь мне мою сестру.

Теперь моя очередь ухмыляться.

– Часто подглядываешь за ней, да?

Услышав подкол, он не вздрагивает, пропуская его мимо ушей.

– Манерой поведения, Фарли. Характерами. Образом мышления.

– Она, должно быть, умная девочка.

– Она определенно так думает.

– Очень смешно.

– Думаю, вы бы подружились. – Он на секунду замолкает и наклоняет голову. – Или поубивали бы друг друга.

Второй раз за последние несколько минут я, не желая того, прикасаюсь к Бэрроу. Не так нежно, как он гладил меня по спине. Нет, я легонько ударяю его по руке.

– Пошли, – говорю я ему. – Мне не нравится стоять в одежде мертвой женщины.

ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ БЫЛО РАССЕКРЕЧЕНО КОНФИДЕНЦИАЛЬНО, ТОЛЬКО ДЛЯ ВЫСШЕГО КОМАНДНОГО СОСТАВА

– Капитан, выполняйте приказ. КОМАНДОВАНИЕ этого не потерпит.

– ОВЕН –

ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ БЫЛО РАССЕКРЕЧЕНО КОНФИДЕНЦИАЛЬНО, ТОЛЬКО ДЛЯ ВЫСШЕГО КОМАНДНОГО СОСТАВА

Операция ЗАЩИТНАЯ СТЕНА, этап 2, день 29.

Оперативник: Полковник ОТРЕДАКТИРОВАНО.

Кодовое имя: ОВЕН.

Отправлено: ОТРЕДАКТИРОВАНО.

Получатель: БАРАБАНЩИК, ОТРЕДАКТИРОВАНО.

– ЯГНЕНОК уже 2 дня не выходит на связь.

– Запрашиваю разрешение на перехват.

– ЗАЩИТНАЯ СТЕНА выполняется с опережением графика. Остров № 3 эксплуатируется, но транзит затруднен. Потребовалось больше лодок, чем было рассчитано.

ВОССТАНЬТЕ, АЛЫЕ, КАК РАССВЕТ.

ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ БЫЛО РАССЕКРЕЧЕНО КОНФИДЕНЦИАЛЬНО, ТОЛЬКО ДЛЯ ВЫСШЕГО КОМАНДНОГО СОСТАВА

Оперативник: Генерал ОТРЕДАКТИРОВАНО.

Кодовое имя: БАРАБАНЩИК.

Получатель: ОВЕН, ОТРЕДАКТИРОВАНО.

– Разрешение на перехват получено. Ждем информацию касательно ее местоположения.

– При необходимости примените силу. Вы предложили ее кандидатуру, и если так пойдет дальше, вина ляжет на вас.

– Начинайте 2 этап КРАСНОЙ ПАУТИНЫ. Объединитесь с другими командами, чтобы начать изъятие.

– Изучите другие варианты транзита для Острова № 3.

ВОССТАНЬТЕ, АЛЫЕ, КАК РАССВЕТ.

ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ БЫЛО РАССЕКРЕЧЕНО КОНФИДЕНЦИАЛЬНО, ТОЛЬКО ДЛЯ ВЫСШЕГО КОМАНДНОГО СОСТАВА

– ЯГНЕНОК, отвечай, черт побери, на кону твоя голова.

– ОВЕН –

Еще одно сообщение – в огонь.

– Очаровательно, – бормочу я, наблюдая, как пламя пожирает слова полковника.

На этот раз Кара даже не пытается задавать вопросы. Но ее губы сжались в тонкую линию, сдерживая поток слов. Прошло пять дней с тех пор, как я отвечала на какие-либо сообщения, официальные или иные. Она явно понимает, что что-то нечисто.

– Кара… – начинаю я, но она поднимает руку.

– У меня нет доступа, – отвечает она. Она смотрит мне в глаза, и я вижу в ее взгляде какую-то удивительную злость. – И мне все равно, по какому пути ты нас ведешь, пока ты считаешь, что поступаешь правильно.

Внутри у меня все теплеет. Я изо всех сил стараюсь, чтобы этого не было заметно, но мои губы все равно растягиваются в едва заметной улыбке. Я кладу руку на ее плечо, предлагая ей легчайшее прикосновение благодарности.

– Вот только нюни не развози, – хихикает она, убирая коммуникатор.

– Будет сделано. – Я выпрямляюсь, поворачиваясь лицом к остальной части моей команды. Они стоят на краю дымящегося переулка, на почтительном расстоянии, чтобы дать мне возможность вести переписку. Чтобы скрыть наше присутствие, Тристан и Раша сидят на обочине, лицом к улице. Они стоят с протянутой рукой, скрыв лицо под капюшонами, выпрашивая еду или деньги. Все проходят мимо, стараясь отводить от них глаза.

– Тай, Большой Куп, – говорю я. Оперативники делают шаг вперед. Тай поворачивает ко мне свое здоровое ухо, в то время как Большой Куп оправдывает свое прозвище. С грудью, похожей на бочонок, и почти семью футами тяжелых мышц, он почти вдвое больше своего брата, Маленького Купа. – Оставайтесь с Карой. Держите наготове вторую рацию.

Она протягивает руку, ей почти не терпится завладеть нашим новым призом. Один из трех первоклассных, высокотехнологичных, защищенных радиоприемников дальнего действия, все они были украдены из магазинов Корвиума ловкими пальцами Бэрроу. Я передаю рацию, хотя вторую держу под рукой. Третью Бэрроу оставил себе. На случай, если ему понадобится с нами связаться. Не то чтобы он ей пользовался. Не то чтобы я вела учет его сообщений. Обычно Бэрроу просто появляется, когда хочет обменяться информацией, всегда без предупреждения, проскальзывая мимо каждого корректировщика, которого я ставлю вокруг фермы. Но сегодня мы вне досягаемости даже для его хитрости. В двадцати пяти милях к востоку, в центре Рокасты.