Виктория Анкай – Община (страница 15)

- Снеж...

- Да или нет?! - заорала в трубку с невесть откуда взявшейся силой во всю мощь лёгких...

- Нет.

Завыла. Зарычала во весь прорезавшийся голос. Зарыдала навзрыд, с трудом втягивая в себя кислород, физически ощущая, как разлетается вдребезги весь чёртов мир, и на меня сыпятся тонны острых неровных осколков...

- Ненави-ижу...

- Снежана...

- Ненавижу тебя! И суку твою ненавижу! - я протянула руку к бутылке с наливкой, зубами выдрала деревянную пробку, сделала несколько жадных глотков. - Как ты мог... Я же... Любила тебя...

Вздох на том конце.

Сука, он ещё и вдыхает! Он! А я...

- Снежан, я поставил тебя в известность. Надо что-то делать. Ты там пореви немного, но бери уже себя в руки, ок? У тебя было время прийти в себя и набраться сил...

Я осушила бутылку наполовину, совершенно не чувствуя вкуса.

- У меня было время?! Серьёзно, блять? - я ревела бешеным зверем. - После стольких лет...

- Всё, Снеж, давай, пока.

Телефон разразился гудками...

Ошарашенно сидела несколько секунд, чувствуя, как накрывает алкоголем и... болью. Тошнотворной болью, делающей тело будто чужим...

Снова приложилась к бутылке - я не хочу это чувствовать...

- Да куда ж ты... - подоспевшая откуда ни возьмись баба Маша мёртвой хваткой вцепилась в мою бутылку, не давая сделать глоток. - Ох, окаянная... Куда ты заливаешь-то?! Ты ж помрёшь прямо тут! Крепкая наливка-то! - она потянула бутыль на себя, попыталась выдрать её рывком, но я на автопилоте не могла разжать пальцы. - Не надо, ну! Ох ты ж горюшко...

- Он не вернётся, баб Маш... - прохрипела, почему-то исторгая из себя булькающий надрывный смех. - Не вернётся...

- Кто? Бывший твой что ли? - Мария Михайловна плюхнулась на скамейку рядом, всё ещё пытаясь справиться с флягой в моих руках, но уже не так настойчиво. - Да и этот... хрен с ним, Снегурка! Туда ему и дорога! - она совсем обмякла, просто поглаживая меня сухонькой ладошкой по плечу. - А ты чего, ждала, да? Ох ты, бедовая...

Ждала? Ждала ли я?!

Кажется, я только и жила этой мыслью все эти месяцы. Что не сейчас, но через пару лет, когда все любовные страсти улягутся и сойдут на нет, когда поутихнут эмоции, когда начнется самый настоящий быт - вот тогда Глеб непременно вспомнит обо мне. Не просто вспомнит, а очень захочет вернуться. Приползёт на коленях, умоляя меня простить его. А потом будет всю жизнь целовать мне руки за то, что я простила... Ну ведь так говорят все коучи и психологи! И я им верила! А он... Ребёнка заделал... Беременная...

Меня даже не огорчала мысль о необходимости продать квартиру - мне просто было не до того. Да пусть вообще хоть всё забирает! И квартиру, и машину, и всё на свете! Зачем оно мне теперь... Без него... Гребаное совместно нажитое имущество, блять! Я лично наживала его для того, чтобы жить в семье! Чтобы просыпаться по утрам с мужем, чтобы пить с ним кофе на кухне, чтобы готовить ему обеды и ужины, чтобы вечером ложиться к нему под бок и мурлыкать от счастья! Нахера мне одной и эта квартира, и всё остальное? Да и сама жизнь такая нахрен не сдалась...

- Ну не молчи, девонька! - Мария Михайловна обняла меня двумя руками, пока я, закрыв лицо ладонями, громко выла в тишине тёмного двора, периодически делая глотки домашней настойки. - Ну скажи чего-нибудь бабе Маше! Ты выговорись, тебе знаешь как полегчает? Ну-ну, хорошая моя... Боженька, он-то всё видит... Ты поплачь, поплачь, а потом успокойся... Найдёшь себе ещё... Мало что ли мужиков на свете?! Вон их сколько! Поплачь-поплачь... - она утешала от души, но мне от её слов становилось только больнее и хуже. - Такого себе отхватишь, что бывший этот твой и рядом не стоял...

Больнооо... Так, что ломает кости...

- Да где? Где я найду? - не выдержала, закричала в сердцах, отрывая руки от лица. - Мне сорок почти! Все, все мужики либо заняты, либо алкаши и маргиналы! Где я найду такого... чтобы... чтобы с Глебом не стоял... Где?! Нет такииих... А у него и жена, и ребёнок теперь будет... Семья у него, понимаете?! А я одна... Одна! Кому я нужна теперь... - мой голос сорвался в истеричный шёпот. - Г-где я кого н-найду... Я замуж хочу...

- Ой дура девкааа... - баб Маша тоже почему-то прослезилась. - Да вон их сколько! У нас тут полдеревни холостые! Выбирай кого хошь! Хочешь - Лёшку бери, он у нас тракторами заведует! Хороший мужик, до баб охочий, но хороший! Руки на месте! - она усиленно закивала, будто убеждая меня в том, что какой-то там Лёшка - идеальный кандидат мне в мужья. - А хочешь - к Фильке приглядись! У него дочка красавица какая... Жена уехала, да так и не вернулась... Постарше, конечно, годков на пятнадцать тебя, но покладистый мужик...

Едва не застонала от подобной перспективы, пусть даже абстрактной.

- Не хочу я постарше... Не хочу! Я... Я же женщина, Мария Михайловна! - я громко всхлипнула, икнула. - Я... Я ещё... - понизила голос, отчаянно шепча в пустоту. - Я секса ещё хочу, баб Маш... Я не хочу старше...

- Ну вон Колька неприкаянный бегает! Бестолочь конечно, но сексом этим завалит тебя по самую макушку! - она тяжело вздохнула. - Да разве ж в этом счастье, Снегурка...

- Не знаю я! Не знаю, в чём... - заскулила с новой силой, но меня будто назло перекрикивали кузнечики, вдруг запевшие единым громкоголосым хором. - Я не хочу одна... Не умею...

- Так и выбирай! Деревенского не хочешь - в городе у себя приглядись! Ну есть же у вас всякие эти... В интернете вашем... Ну где с мужиками-то знакомятся!

- Сайты знакомств? - тошно усмехнулась сквозь слёзы. - Я там давно зарегистрировалась, баб Маш, а толку...

- Тююю... Ну вот сейчас в себя придёшь, успокоишься, подумаешь как следует, и я тебя к Фоме свожу, хочешь? Познакомитесь... Он, конечно, бездельник тот ещё, выпить да закусить любит, но мужик красивый... Все девки наши мимо него идут и глаз не отводят... Вдруг сложится? Молодой он, правда... - Мария Михайловна задумчиво поцокала языком. - А ещё Макар там у них! - она махнула рукой куда-то в лес. - Тоже ничего! Замуж может потом возьмёт! Если мамка евонная опять не влезет... Или Лука! Но у него детей трое штук аж... И вдовый он... Или вот Митька! Или ещё знаешь... - она на полном серьёзе крепко задумалась. - Так, кто у нас тут есть, кого не перечислила...

Баба Маша назвала ещё пару имён, но я почти не слушала.

Замуж...

Сделала несколько глотков из бутылки, воспользовавшись тем, что хозяйка отвлеклась на болтовню. Утёрла сопли тыльной стороной ладони, ощущая, как меня даже сидя ведёт в сторону. Моргнула несколько раз, растворяясь в собственном горе, чувствуя, как картинка перед глазами начинает сливаться в единый калейдоскоп, а в груди, на самом дне души, растёт и крепнет что-то тёмное, отчаянное, злое...

Замуж.

Вот так, одним днём.

Без лишних политесов, без пускания пузырей и прочей романтической хуеты. Просто замуж. И вообще пофиг за кого...

Нет, я не надеюсь, что Глебу будет также больно, как мне. Не жду, что он сразу одумается и поймёт, кого потерял. Я знаю, что он и виду не подаст, но...

Но я себя буду чувствовать иначе. Особенно в противовесе с бывшим мужем и его Оксанкой...

- ...Ты вот лучше сейчас вставай, вставай Снегурка! - баб Маша продолжала что-то мне внушать. - Да иди спать ложись! Утро-то вечера мудренее. А завтра и поглядим, с кем тебя познакомить...

- Мне надо замуж, - выдала свою версию событий, снова прикладываясь к бутылке. - Сейчас.

- Ну вот! - Мария Михайловна даже обрадовалась. - Видишь! Сыщем мы тебе мужика по нраву... А пока давай в дом...

- Не надо по нраву. Ничего не надо! - я судорожно всхлипнула, чувствуя, как к горлу подступает дурнота. - За любого пойду, - я подняла голову, пытаясь сфокусировать взгляд хоть на чём-нибудь. Зачем-то поднялась на ноги... - За любого, кто возмёт! - мой пьяный заплетающийся голос обрёл силу, и я даже хрипло рассмеялась, уверенная в своём хмельном решении. - За любого замуж пойду! - закричала в темноту деревни, изливая всю боль одиночества в собственный отчаянный вопль. - Хоть за чёрта лысого! Хоть за дурака местного... Пусть и старше будет! Плевать уже... - внезапно согнулась в три погибели, понимая, что больше не в силах бороться с тошнотой... - Плевать, баб Маш... - я нащупала рядом худую ладошку старушки. - За Кольку пойду... За этого... кого Вы там говорили, пойду... - меня вывернуло наизнанку, горечь заполнила горло и рот, и я упала коленками в траву, но продолжала бессвязно шептать. - За Митьку пойду... За Луку... За кого угодно, пусть только возьмут... - ещё один позыв к рвоте... И ещё...

-...Да ты ж... - баб Маша затрясла меня как куклу. - Ты что удумала, шальная?!.

- Замуж удумала... - просипела, почти счастливая в этом своём осознании. - Замуж мне надо, баб Маш...

- Ты проспись сначала! - Мария Михайловна совсем не нежно плеснула мне в лицо воды из остывшего чайника. - Вот если завтра по-трезвянке-то тоже самое скажешь - поверю! Будем думать! А сейчас-то чего? - она с недюжей силой потащила меня куда-то, кажется, в сторону дома. - Сейчас ты дура пьяная! Что с тобой говорить?!

- Я... Я уже не передумаю... - прошипела из последних сил, содрогаясь в новом спазме горечи и отползая на четвереньках куда-то в кусты. - Не передумаю...

- Выпороть бы тебя! - баб Маша стойко выдержала мои потуги, причитая на весь двор. - Вот непутёвая-то, а... Досталась же на мою голову... Бедовая совсем! Что делать-то с тобой? Замуж-то недолго... А потом опять сопли глотать? Ой дура-девка...