Виктор Земсков – Ведущая сила всенародной борьбы. Борьба советского рабочего класса на временно оккупированной фашистами территории СССР, 1941–1944 (страница 32)
Буквально с первых дней фашистской оккупации Николаева В. А. Лягин принимает меры по надежному внедрению в аппарат адмирала фон Бодеккера. Для этого он использует возможности своей боевой подруги Магды Дукарт. Ее мать Эмилия Иосифовна, местная немка, была дальней родственницей именитой в Германии фамилии Шардт, что позволило Дукартам во время оккупации иметь привилегированное положение. В свое распоряжение они получили хороший особняк по ул. Черноморской, 5, двух лошадей, кучера и домработницу. В. А. Лягин стал «членом семьи», уважаемой оккупантами. В «немецком доме» госпожи Эмилии Дукарт в первые недели оккупации жили комендант города Гофман и сотрудник комендатуры майор фон Призен. В гости к ним заезжал адмирал фон Бодеккер. Обстановка складывалась для В. А. Лягина благоприятно. Не раз инженер Корнев (псевдоним Лягина) разъезжал по городу на фаэтоне госпожи Эмилии Дукарт вместе с маститыми немецкими промышленниками, военными воротилами, крупными контрразведчиками, разыскивающими советского разведчика майора КЭНа, прибывшего из Ленинграда. И невдомек им было, что майор КЭН не кто иной, как В. А. Лягин-Корнев.
6 сентября 1941 г. Магда Дукарт стала личным секретарем-переводчиком адмирала фон Бодеккера. Вскоре состоялось знакомство Лягина с адмиралом, и последний пригласил его перейти на работу инженером планово-производственного отдела завода «Южная верфь», с тем чтобы помочь гитлеровцам быстрее наладить производство. После работы Лягин обычно заходил к Магде в приемную адмирала, чтобы вместе идти домой. Фон Бодеккер часто приглашал их на чашку кофе к себе в кабинет. Особенно усердствовал референт адмирала капитан Хасельман, который просил Магду Дукарт поиграть на рояле для него и адмирала. Фон Бодеккер охотно беседовал с Лягиным, так как он в совершенстве владел немецким языком, был технически грамотным, эрудированным человеком, хорошо знал образ жизни на Западе (до войны он работал техническим советником в одной из капиталистических стран). Вместе с тем Лягин все больше узнавал о планах захватчиков по использованию судостроительных заводов. Фон Бодеккер, Хасельман и другие офицерские чины заводоуправления стали все чаще посещать особняк семьи Дукарт. Муж переводчицы адмирала и его технический советник пользовался исключительным правом беспрепятственно посещать в любое время дня и ночи все предприятия города.
Таким образом, В. А. Лягин начал свою деятельность вне всяких подозрений. Вместе с боевыми товарищами он вступил в напряженную, связанную с большим риском борьбу против гитлеровских захватчиков. Его функции не ограничивались только разведкой. Фактически он возглавлял Николаевский подпольный центр, хотя и не входил в его состав из-за строгой конспирации. Полтора года группа В. А. Лягина снабжала советское командование ценной разведывательной информацией, организовывала диверсии в тылу врага. В феврале 1943 г. В. А. Лягин и большинство членов его группы были схвачены гестапо. Славный сын рабочего класса В. А. Лягин мужественно выдержал жестокие пытки. 17 июля 1943 г. он был расстрелян[357].
В Николаеве действовали и другие разведывательные группы. Активным участником Николаевского подполья был разведчик В. А. Андреев. Он родился и вырос в Красноярске, работал в мастерских Енисейского пароходства, на заводе «Металл» и городской электростанции. Позднее В. А. Андреев работал токарем на судостроительном заводе в Николаеве… В мае 1942 г. майор В. А. Андреев покинул борт советского самолета и приземлился на парашюте вблизи Николаева с разведывательными заданиями командования Красной Армии. Здесь, в стане противника, с документами на имя А. В. Палагнюка повел свою невидимую борьбу с захватчиками отважный разведчик. В Николаеве Андреев-Палагнюк создал активную разведгруппу, наладил связь с действующими подпольными группами. Однако при одной из облав в октябре 1942 г. он был схвачен и спустя два месяца расстрелян[358].
В оккупированной Одессе разведывательно-диверсионный отряд в составе 65 бойцов возглавлял В. А. Молодцов (Бадаев). Как и В. А. Лягин, он родился (в 1911 г.) и вырос в семье железнодорожника (в г. Сасово Рязанской обл.). После окончания семилетки по призыву комсомола работал на шахте Подмосковного угольного бассейна, затем — на руководящей хозяйственной работе, а позднее — в органах госбезопасности. Отряд В. А. Молодцова совершил ряд таких крупных диверсий, что у фашистского командования сложилось впечатление, будто в катакомбах под Одессой находились части Красной Армии. Разведданные регулярно передавались в Москву. Активным бойцом отряда был 72-летний рабочий-горняк И. Г. Гаркуша. В феврале 1942 г. вражеской контрразведке удалось арестовать многих участников отряда, в том числе и Молодцова. Когда оккупанты предложили им просить о помиловании, Молодцов сказал: «Мы на своей земле и у врагов пощады не просим». 30 июня 1942 г. В. А. Молодцов и 16 бойцов его отряда были расстреляны[359].
Киевская разведывательно-диверсионная группа во главе с И. Д. Кудрей имела своих людей в железнодорожных мастерских, гараже оккупационных властей и в других местах. Собранные группой разведданные периодически передавались в Москву с помощью курьеров. В Киеве рабочему завода «Коммунар» коммунисту С. И. Мовчану удалось установить, что на Кузнецкой улице, в доме № 4/6, размещается центр немецкой разведки на Украине. С. И. Мовчан собрал ряд ценных данных о противнике. В марте 1943 г. он передал эти сведения чекистской группе, заброшенной в район Киева с Большой земли. В Гутянском лесничестве Харьковской области большую разведывательную работу проводила разведывательно-диверсионная группа работников лесхоза под руководством лесничего Лупушко[360].
В оккупированном городе Ахтырке Сумской области действовала разведгруппа, созданная штабом Юго-Западного фронта. Ее возглавлял ахтырский рабочий Ф. А. Михайленко. Радисткой группы была русская девушка Люба Лебедева (Ася), посланная сюда осенью 1941 г. Она устроилась в комендатуру уборщицей и все добытые данные передавала в штаб фронта. В группу входила также Е. С. Голубенко. В ночь на 19 апреля 1942 г. Михайленко, Голубенко и Лебедева были схвачены гестапо и замучены[361].
Незадолго до оккупации Запорожья обком партии и штаб Южного фронта создали разведывательную группу, в которую вошли модельщик завода «Коммунар» М. А. Крайсвитный, рабочий В. Гнездилов и бухгалтер судоремонтного завода С. А. Шиляев. Они же были хозяевами явочных квартир. Радистом группы командование фронтом назначило Н. И. Рыбина. В феврале — марте 1942 г. в Запорожье была заброшена вторая разведывательная группа в составе Л. Д. Ляшко, Н. И. Леонкина, М. Г. Рой, Н. Голенко, М. Филатова и П. Крикливенко. Между обеими группами был установлен контакт. Члены второй группы поступили «работать» на различные предприятия. В разведывательной работе принимали участие члены семьи Крайсвитного: сын Виктор, дочь Нина, жена Мелания Дмитриевна. Помощь разведчикам оказывала мать М. Г. Рой — Анастасия Григорьевна. В группе Крайсвитного участвовали местные жительницы М. Коновалова и И. Сапа. На квартире у Коноваловой, где проживал фашистский офицер, была поставлена радиостанция, питавшаяся от электросети (электроэнергия давалась лишь в те дома, где жили гитлеровские офицеры). Разведданные сосредоточивались у Н. И. Рыбина и М. Г. Рой. Они посылали радиограммы на Большую землю. В 1943 г. эти разведывательные группы были раскрыты. После следствия и мучительных пыток в днепропетровской тюрьме были казнены М. А. Крайсвитный, его жена и сын, В. Гнездилов, И. Сапа, М. Коновалова[362].
Рабочие были и среди разведчиков, действовавших на оккупированной территории Карелии. Так, отважной разведчицей стала работница водного транспорта З. М. Григорьева. До ухода в 1942 г. добровольцем в армию она работала в Беломорско-Онежском пароходстве. В 1943 г. в районе Петрозаводска армейская разведчица З. М. Григорьева собирала сведения о противнике и передавала их советскому командованию[363].
В оккупированном Пятигорске отважно действовала юная разведчица Нина Попцова, до войны работавшая на местной ковровой фабрике им. Ильича. Несколько раз она переходила линию фронта, доставляя командованию советских войск ценные сведения о противнике. В последний раз Н. Попцова пришла в Пятигорск в декабре 1942 г., имея задание организовать подпольную молодежную группу, развернуть политическую и диверсионную работу в тылу врага. Она начала свою деятельность со свойственной ей настойчивостью и энергией, но гестаповцам вскоре удалось схватить ее. После жестоких пыток Н. Попцова была расстреляна 6 января 1943 г.[364]
В оккупированном Севастополе действовала разведчица Черноморского флота Е. Е. Поцелуева. До войны она работала табельщицей в артиллерийском арсенале в Сухарной балке. Севастопольский подпольщик И. П. Пиванов, работавший шофером в немецко-фашистской воинской части, систематически добывал важные разведданные для командования Черноморского флота[365].
В партизанском отряде, состоявшем из рабочих и служащих Севастопольского морского завода им. С. Орджоникидзе, способным разведчиком зарекомендовал себя лекальщик Н. Кожухарь (позже его взяли в армейскую разведку). Несколько раз молодой разведчик переходил линию фронта и занимался сбором разведданных в оккупированном Крыму. Именно ему удалось обнаружить знаменитую мортиру «Карл»[366].