Виктор Зайцев – Последняя битва (страница 35)
Глава восьмая
– Как там у братьев Стругацких написано? «Над солнечными и лазурными берегами Таити светили яркие звёзды?» Где-то так вроде. – Николай Кожин из-под ладони посмотрел на бликующее яркими солнечными зайчиками море.
Здесь, на капитанском мостике «Вольфовича», в шезлонге под зонтом, лёгкий ветерок снимал духоту тропиков абсолютно. Казалось, вернулось детство, и маленький Коля Кожин лежит на черноморском пляже, предвкушая очередное ныряние с маской за крабами и медузами, когда разрешит мама. Тогда, много лет назад, даже Чёрное море казалось загадкой, а сейчас целый нетронутый цивилизацией Тихий океан не волнует совершенно. Душа огрубела, путешествия надоели, последние годы Кожин ловил себя на том, что ничему не удивляется.
– Говорят, когда перестаёшь удивляться, приходит старость, да и чёрт с ним. Закончится война в Европе, наведём порядок в Азии, вернусь в Волжск, будем с Петром рыбачить, помидоры собирать да эпиорнисов с дронтами разводить, – буркнул себе под нос старый сыщик, не веря ни единому сказанному слову.
Он отлично знал, что найдёт себе занятие веселее, нежели отдых на природе. Тем более что на ближайшие год-другой дело уже имелось, давно запланированное, тщательно продуманное и профинансированное. Ибо «Вольфович» во главе огромного каравана судов двигался к конечной цели всего нынешнего путешествия по Юго-Восточной Азии. А именно, к полуострову Камчатке, к его вулканам и гейзерам. Все предыдущие деяния русов в этом плавании (вроде захвата власти в паре княжеств, военная помощь и продажа десятков тысяч ружей нужным правителям) были всего лишь попутным грузом или прикрытием основного задания.
Караван судов вёз всё, что необходимо для крупнейшей тайной операции магаданцев, которая готовилась уже в Югоруси, хотя задумывалась лет десять назад. Многие документы и материалы были подготовлены заранее, ещё в Европе. Десять лет, стежок к стежку, прошивались необходимые документы, готовились механизмы, чертежи и планы. Со всего исследованного мира свозились сначала в Петербург, затем в Волжск древности, которые тщательно изучались историками, металлургами, искусствоведами, химиками. Нанятые монахи переписывали на пергаменты подготовленные тексты, типографии печатали единичными экземплярами книги на привезённых папирусах и состаренной бумаге. Всё это за последние три года было доставлено в Волжск, где подверглось дополнительной обработке. И настал, наконец, срок исполнения тайных планов магаданцев, в которые не были посвящены даже руководители Западного Магадана.
Флотилия, во главе которой шёл «Вольфович», кроме подготовленных «раритетов» везла строительный материал: инструменты, технику, припасы, одежду. И, разумеется, самих строителей. Почти десять тысяч пленных яванцев и тысяча нанятых на пять лет контракта опытных строителей со всех концов Юго-Восточной Азии под охраной батальона индусов, православных, конечно, давно называющих себя русами, расположились в трюмах и каютах югорусского каравана. Вся эта рабочая армия двигалась на север с единственной целью – создать развалины Магаданского царства. Да, именно среди вулканов Камчатки археологам будущего предстоит обнаружить циклопические сооружения исчезнувшей цивилизации магаданцев. Именно там лет через триста-четыреста, если не позже, археологи Московской Руси, или России, если она так будет называться, обнаружат заброшенные железные дороги и развалины древних городов.
Потом, много позже, когда проведут раскопки этих развалин, будет «восстановлена» история магаданцев, пришедших в эти края из Европы после крещения Руси. Как первые магаданцы строили простые городища из брёвен лиственницы, затем перешли на каменное и кирпичное строительство, после чего изобрели бетон и железобетон. Одновременно историки всего мира с недоверием воспримут сведения с раскопок магаданских городов, ибо там обнаружат первые в мире печатные книги, датируемые десятым-одиннадцатым веками. Там же будут найдены остатки первых, примитивных печатных станков, тех же веков изготовления.
Много что будет найдено в развалинах магаданских городов, от первых радиоламп до алюминиевых остатков самолётов, первые станки с электроприводом и первые фотоаппараты. Там же найдут записи о срочной эвакуации царства на юг, в «открытую недавно» Югорусь, основанную выходцами из Магадана. Будет найдено несколько листовок с призывами к населению царства о срочном отъезде из-за разрушительного извержения вулканов.
Разрушительное воздействие вулканов Кожин собирался организовать сам, выстроив развалины городов на склонах активных вулканов. За три-четыре века наверняка хоть пара извержений случится, зальют лавой и засыплют пеплом созданные руины. А перед отъездом в любом случае русы попытаются разбудить вулканы несколькими взрывами. Впрочем, особой спешки в этом не было, ибо основное строительство планировалось года на два, после чего в районе «бывшего Магаданского царства» останутся несколько метеостанций и рыбачьих посёлков. Именно оттуда разведчики будут регулярно сообщать прогнозы погоды, а заодно и все новости, и ждать появления русских казаков-первопроходцев.
Трудно сказать, когда это произойдёт в нынешнем варианте истории. Казалось бы, к берегам Тихого океана Московская Русь вышла почти на полвека раньше, значит, Охотск и Петропавловск-Камчатский будут тоже раньше основаны. Ан нет, после бурного развития Владивостока и захваченных казаками атамана Кольцо приграничных маньчжурских и корейских городков, особенно незамерзающих портов на севере Кореи, направление освоения Русью Дальнего Востока изменилось.
Теперь охотники отправиться на Дальний Восток за сокровищами могли спокойно добраться туда на кораблях русов или русских купцов прямо из Новгорода или Риги, с пересадками или напрямую, коли повезёт. Выходило дорого, но быстро, всего за полгода, и с большим грузом любого объёма, который уютно лежал в трюмах. Да ещё с возможностью повидать южные страны, продать там или купить что-либо.
Так перебирались на тихоокеанское побережье люди торговые, зажиточные, бравшие с собой семьи и работников. Был другой путь, по суше, через Урал – Алтай – Иркутск – Амур. Таким путём шли, как правило, бедняки, сбивавшиеся в ватаги, двигались на восток в одних армяках, с топором за поясом. Добравшись до Амура, они оседали на свободных землях либо тоже перебирались на юг, к населённым и богатым краям, нанимались в работники к тем же казакам или промышленникам.
Именно там, в казачьей столице Дальнего Востока, незамерзающем порту Чхонджине, крутились огромные средства. В этот порт поступали не только товары с побережья трёх морей – Японского, Желтого и Восточно-Китайского, – но и трофеи, что добывали в своих набегах дальневосточные казаки из пограничных китайских и корейских селений. На этот порт шла основная торговля Новороссии и Югоруси своими товарами, в Чхонджин везли трофеи и ясак бойцы Фёдора Лютова, собиравшие доходы с островов Туманный (Хоккайдо), Хонсю, Цусима и Окинавского архипелага.
Учитывая, что испанские и португальские торговцы считали своим долгом посетить Чхонджин, порт за несколько лет стал известнейшим на Дальнем Востоке. Обилие разнообразнейших товаров со всех концов света, льготное налогообложение привлекали в порт желающих быстрого богатства со всех соседних стран. В первую очередь, конечно, из Московской Руси, ибо православные получали налоговые каникулы на семь лет. Этот совет наместника Головлёва атаман Иван Кольцо запомнил крепко и ни разу не пожалел впоследствии.
Желающих пробираться севернее Амура было немного, в основном торговцы пушниной, нанимавшие казачьи отряды. Да и тех становилось с каждым годом всё меньше, пушнина уже не была единственным источником сверхприбыли для Московской Руси. Во-первых, цена на пушнину заметно снизилась после появления в Западном Магадане промышленных пушных звероферм, где на дешёвой рыбе и субпродуктах откармливались тысячи соболей, песцов, черно-бурых лисиц, выдавая на рынок Европы и Ближнего Востока вдвое больше качественной пушнины, чем тридцать лет назад вывозила одна Москва. Добытая и привезённая из Сибири шкурка соболя уже не приносила купцам тысячу процентов прибыли, как раньше. А, как мы видим из истории Российской Федерации, наши «бизнесмены» меньше чем за тысячу процентов прибыли редко согласны трудиться.
Сказки о трёх-пяти процентах прибыли, получаемых «честными промышленниками», остались в советском прошлом, как мы все видим из окружающей действительности, особенно по ценам на бензин и прочему, даже сто процентов прибыли наши русские бизнесмены считают убытками. Маловероятно, что пятьсот лет назад русские купцы думали иначе, потому охота в лесах Сибири на соболя стала спадать, что давало шанс редкому и красивому зверьку выжить в дикой природе.
Многим красивым зверькам повезло в новой реальности, их не истребят русские и иные охотники в погоне за богатством. В первую очередь, спасутся каланы, которых русы брали под охрану на всех тихоокеанских островах, поскольку именно все острова, прилегающие к материку – Шантарские, Курильские, Командорские, Алеутские, – русы объявили своей собственностью. За исключением, естественно, Сахалина, куда пока не высадились ни русы, ни русские первопроходцы.