Виктор Зайцев – Побег (страница 11)

Допустим, убью кабана и получу справку на него, кто будет продавать? В магазине свинина стоит меньше рубля, за дикого кабана с вонючим и жёстким мясом дадут полтинник, может, семьдесят копеек за килограмм. Это деревня, где скотину почти все держат. Только голодные горожане раскупят мясо сразу. Моего кабана, если завалю, придётся есть самому. Пусть даже копчёное мясо, но тут никому не продам. Неужели устраиваться слесарем? Бросать налаженное жильё в зимовье не хотелось. Я решил зайти в магазин канцелярских принадлежностей, попавшийся по дороге. Оказалось, там продают газеты, которых я накупил на полтинник, так соскучился. Собственно, на этом и закончилась моя экскурсия в Осиновку, пора возвращаться.

Может зайти по пути в маленькую деревеньку, хоть познакомиться с её жителями, коли я в Осиновке вышел из сумрака? Так и решил сделать, честно прошагал по просёлку до деревеньки и зашёл в неё не скрываясь. Заодно и название прочитал на маленьком покосившемся столбике — Змеевка. Интересное название, почти как в книге про Незнайку. Может, Николай Носов жил в деревеньке во время войны в эвакуации? Я демонстративно медленно прогулялся по пыльной дороге, насчитал два с небольшим десятка домов разной степени обветшалости. В добрые дома не полез, выбирал относительно чистые строения, но без мужской руки. Бегавшие по улице собаки лаять на меня лаяли, но кусать не пытались. Хотя, когда я попытался зайти во двор приглянувшегося мне дома на три окна, одна из уличных собак, видимо из этого двора, отпущенная гулять по дневному времени, попыталась меня уцепить зубами за ногу.

Испугался я не за ногу, а за свои сапоги, вдруг прокусит. Топнул на суку ногой, та с визгом убежала. Зато со двора дома послышался женский голос:

— Проходите, не заперто.

Я не замедлил воспользоваться приглашением и прошёл во двор, отсекая калиткой путь кусачей собаке. Хотя и понимал, что скотина дорогу найдёт, но приятно.

— Добрый день, хозяйка. Я турист, один и трезвый. Неделю не мылся, хотел напроситься на баню, боюсь завшиветь в своих походах. Если не сегодня-завтра, то хоть в конце недели не получится помыться у вас? — говорил я в пустоту, глядя на крыльцо. Во дворе по-прежнему никто не появился. Остановился, ожидая ответа, не гордый, меня и ответ одним голосом устроит, без визуализации.

— Здравствуйте, — вышла из огорода хозяйка, женщина лет тридцати. По моему прежнему возрасту мне во внучки годится, а для нынешнего меня почти ровесница. Я угадал, даже без взгляда на правую руку было заметно, что женщина одинокая. Да и говорила она правильно, учительница, что ли?

Глава 6

Финансовый кризис

— Ещё раз добрый день, меня зовут Фёдор, действительно зашёл узнать насчёт возможности попариться. Погода тёплая, конечно, можно и в речке помыться, но и потеть приходится каждый день. Не хочется, чтобы от меня люди шорохались, как от боевого коня. — Я вопросительно взглянул на миловидную женщину, для этого времени слегка полноватую, как говорят «в теле», но не толстую.

— Мама, кто это? — Из огорода выбежал пострелёнок лет пяти-шести, с забинтованной правой рукой, от кисти до самого локтя.

— Это дядя турист, — ответила женщина, погладив сына по голове, а мне представилась: — Меня зовут Елена, но баню мы топим по субботам, Вы немного опоздали.

— Что значит турист? Он что делает? — среагировал на новое слово мальчишка, повернув лицо к матери.

— Дядя гуляет по лесу, ловит рыбу и собирает грибы, — я с улыбкой ответил мальчику. — И дядя может подождать до субботы, а если надо наколет дрова для бани.

Вторая фраза насчёт дров вырвалась у меня совершенно против моего желания, но, как оказалось, весьма своевременно. Вернее, я успел рассмотреть во дворе гору из больших напиленных в размер тюлек крупного диаметра. Похоже, что хозяйка выписала себе дрова, наняла мужиков распилить брёвна в размер. Но команда из лесхоза подшутила над одинокой женщиной, решив заработать за её счёт, потому как брёвна на дрова привезли необъятного обхвата, диаметром далеко за полметра. Правда, берёзовые. В обычном размере это самые хорошие дрова, но такие тюльки, знаю из опыта, колоть замучаешься. Сам однажды два года такую кучу колол.

— Заходите в дом, пока чай поставлю. — Показала Елена рукой на крыльцо.

— Лучше покажите, где у Вас топор, попробую заняться дровами, пока воду кипятите.

По указанию хозяйки я взял обычный топор из сарайки, колуна не было, скинул рюкзак, снял фуфайку и встал, чтобы не задеть ребёнка и женщину отлетевшими поленьями. Хозяйка взяла сына за плечи и отошла под навес крыльца, с напряжённой улыбкой ожидая результатов моих потуг. Похоже, что она уже просила соседей наколоть дров и видела их беспомощность даже с колунами. На мои успехи с обычным топором явно не рассчитывала.

Я встал поудобнее и ударил вполсилы, чтобы не воткнуть топор в землю расколов тюльку. И оказался прав, потому как топор прошёл через древесину насквозь, остановившись у самой земли. Хорош бы я был, если топор бы ушёл в землю на полметра. Подобного умельца точно бы вся деревня запомнила. Посмотреть на мои занятия с дровами вышли уже все аборигены, с любопытством глядели сквозь невысокий забор вдоль улицы. Я сделал вид, что никого не вижу и не спеша принялся колоть дрова на ровные удобные для женщины поленья. То есть каждую тюльку приходилось раскалывать на десять и более частей. С моими новыми возможностями я это делал без всякого напряжения сил, внешне выходило играючи.

Через некоторое время Елена ушла в дом, забрав мальчика с собой, а минут через десять меня позвали на чай. К тому времени гора тюлек уменьшилась примерно вдвое, рядом с ней выросла горка поленьев, кабы не больше размерами. В любом случае, хватит на полгода ежедневно топить печку в доме. Я отнёс топор под крышу сарая, смахнул с рук прилипшую бересту, рубашка на спине даже не промокла. Фуфайку надевать не стал, её и рюкзак занёс в сени. Не было у меня доверия к соседям учительницы. Почему именно учительницы? Я оперативник или куда? Профессию Елены увидел почти сразу, то, что она не учитель русского языка и литературы тоже заметил. Скорее всего, физичка или математик, но не точно. Сполоснув руки в привычном сельском рукомойнике, сел за стол.

Там уже сидел парнишка, с азартом уплетая классические пряники, запивая их чаем. Хозяйка присела рядом с ним, оставив мне место напротив.

— Как мальчика зовут? — спросил я, осторожно пробуя ещё горячий чай, для завязки разговора. Сам мальчишка может меня стесняться.

— Кирилл, он руку недавно обжёг на шестке, боюсь, шрам останется. — Предупредила мои следующие вопросы Елена.

— Стесняюсь спросить, какой предмет преподаёте? Вы же в Осиновской школе работаете? — Отвлекая женщину разговорами, я мысленно принялся лечить ожог у ребёнка, благо образец здоровой левой руки был перед моими глазами.

— Как Вы догадались? — фыркнула в кружку с чаем от моих неожиданных слов хозяйка, затем принялась вытирать лицо носовым платком. Посмотрела на меня и ответила:

— Я преподаю биологию, именно в Осиновской средней школе. Это дом моей бабушки, переезжаю сюда на лето. В селе у меня казённая комната, с сыном жить неудобно. Жила бы здесь круглый год, да зимой боюсь замёрзнуть по дороге. Кроме меня никто в Осиновку не ездит, здесь одни пенсионеры живут. Из-за этого снег на дороге никто не чистит. Да и Кирилл в детский сад зимой ходит.

— А это кто такие? — Я кивнул головой в сторону двух крепких хозяйств, явно не старухами выстроенных.

— Там военные пенсионеры живут, только летом. Зимой уезжают в Пермь, эти дома вроде дачи держат. Далеко от большого города, воры не лазят, удобно. У них свои машины есть, как заезжают весной, так осенью после охотничьего сезона уезжают.

«Как бы ни оказались моими браконьерами?» — мелькнула тревожная мысль. Я продолжал вкладывать внутреннюю энергию в лечение ожога мальчика и остановился, только когда почувствовал, что ожог полностью затянулся. Тут и разговор активнее пошёл, да и чай остыл достаточно, чтобы его допить.

— Если Вы биологию преподаёте, значит и анатомию тоже? — с вопросом я посмотрел на свою хозяйку.

— Конечно. — Женщина собрала пустую посуду и отнесла в раковину для мытья. Но мыть не стала, вернулась за стол. Однако я понял намёк, пора уходить, интерес к анатомии меня только и задерживал.

— Мне тут в лесу совсем скучно, не найдётся у Вас старого учебника анатомии, чтобы полезно почитать? Я Вам за это и за чай остатки тюлек расколю. — В своё предложение я вложил все свои силы убеждения, чуть руки не сложил перед грудью, как известный всем кот в сапогах.

— Хорошо, колите дрова, я поищу учебник. И обещаю баню в субботу затопить, приходите после обеда, раньше она не протопится. Мы с сыном успеем помыться к этому времени. — Встали из-за стола мы оба одновременно и разошлись в разные стороны. Женщина зашла за печь, видимо там хранилась её литература. Я отправился во двор, колоть дрова. Управился с остатком тюлек меньше чем за полчаса, вспомнил давно забытые навыки. Хотел начать складывать в поленницу, но был остановлен Еленой.

— Не волнуйтесь, поленницу мы с сыном сами сложим. Спасибо Вам, вот учебник, не забудьте про субботу.

Я взял учебник, положил его в рюкзак, надел фуфайку, забросил рюкзак на спину, попрощался и отправился по дороге дальше из деревни. Хоть и не совсем по пути, но сворачивать в лес рискованно. Вдруг, кто из стариков вспомнит о зимовье в той стороне? Поэтому под любопытными взглядами стариков и старух, рассевшихся на скамейках вдоль короткой деревенской улицы, прошёл просёлок насквозь, чтобы скрыться из глаз селян. Лишь потом свернул к знакомым верховьям реки, где давеча ловил руками рыбу. Вот и сейчас решил наловить этих крупных хариусов (или форелей?), чтобы ещё закоптить. Понравилась мне копчёная рыбка. Сейчас уж не забуду её посолить.