Виктор Яманов – На границе Вселенной. 3 тома в 1 (страница 29)

Шёпот не умолкал, но становился отчётливее, я разобрал одну фразу: «Иди дальше», и мне пришлось продолжить путь. Я набрал воды и продовольствия на неделю вперёд, положил в рюкзак, который нашёл в вещах бывших хозяев. Голоса в голове прекратились, как только я вышел из дома.

Через несколько часов пути по магнитной дороге я увидел, что дома поселения остались далеко позади. Инфо-датчик на линзе говорил, что температура вокруг падает, и уже дошла до минус трёх градусов по Цельсию. Скафандр хорошо сохранял тепло, так что я не чувствовал холода. Несмотря на то, что это путешествие оказалось серьёзным стрессом для моего организма, вряд ли я почувствовал бы жар или холод. Я подумал, что, если снова пойдёт снег, активирую шлем для лучшей видимости. Вокруг дороги не было больше ничего, кроме высокой травы.

Ещё через несколько километров я увидел вдали на дороге что-то большое, лежащее под разбитыми гидролампами. Под ногами встречалось всё больше осколков. К подошвам прилипала светящаяся жидкость. Не спеша я подошёл ближе и понял, – это перевёрнутый автомобиль на магнитной подушке. Я почувствовал трупный запах. Внутри находилось три человека: два на переднем сидении и один – на заднем. Передние оба оказались мертвы, их тела уже покрылись трупными пятнами. А вот на заднем сидении висела сверху вниз, похоже, ещё живая девушка, пристёгнутая ремнями. Я с трудом выломал дверь и увидел, что она едва заметно дышит. Её ноги крепко застряли между сдавленными сидениями. Мне потребовалось много времени, чтобы разобраться и отсоединить одно из передних кресел с мертвецом. Голова трупа согнулась при падении, но мне удалось отстегнуть и вытащить девушку на дорогу.

Она еле дышала, а одежда на ней вся оказалась испачкана в запёкшейся крови. Сильных видимых повреждений на теле девушки я не заметил. Брюки на коленях порвались от аварии. На ногах наблюдались синяки и ссадины от сдавливания, а на лице – множество царапин от ударов о стекло. Я вытащил с десяток мелких осколков из лба и щеки пострадавшей. Длинные русые волосы девушки были заплетены в две косички и также запачканы кровью.

Я не знал, как помочь спасённой пассажирке разбитого авто. Раны от вынутых осколков кровоточили. Возможно, она не могла очнуться из-за обезвоживания. Я положил голову девушки на свой рюкзак и вытер её лицо мокрой тканью. Потом аккуратно открыл ей рот и влил немного воды. Надеялся, не захлебнётся, и это поможет. Помогло.

Девушка закашлялась, перевернулась на бок и выплюнула воду. Наконец, она широко открыла глаза, посмотрела на меня, потом на машину и застыла от ужаса. Я помог ей встать, и мы подошли к машине. Девушка в слезах упала на колени и зарыдала. Её слёзы сливались с кровью от мелких ран.

– Они мертвы, да? – в истерике спросила она.

– Да, – тихо ответил я.

– Это мои родители, – она, плача, закрыла лицо руками.

Мне стало её жаль, но я был не в силах помочь как-то ещё. Голос в моей голове более отчётливо стал повторять: «Иди дальше». Это меня настораживало, но другого варианта, как последовать за голосом, я не видел.

– Нам нужно идти, – сказал я девушке, положив руку ей на плечо.

Сквозь слёзы она закивала и указала на багажник перевёрнутого автомобиля. Дверца сработала на отпечаток её пальца, но замок заклинило. Мы с трудом смогли его открыть, и на дорогу вывалилось всё содержимое. В сумках лежало много провизии, одеяла, подушки и портативный обогреватель. Девушка сняла с тел родителей кольца и положила в карман своей потрёпанной термокуртки. Мы взяли всё, что смогли унести и продолжили путь по магнитной дороге.

Девушка шла со слезами на глазах, и я не знал, как её успокоить. В такой ситуации нельзя было бы сказать: «Всё будет хорошо». Самые близкие люди мертвы, и этого не исправить. Так что я должен был сказать? Что жизнь продолжается на умирающей планете, солнце которой уже погасло?

Мы шли молча, пока спутница не успокоилась и не заговорила первой:

– Как тебя зовут? – она говорила тихо, но уже ровным голосом.

– Маркус. А тебя? – спокойно ответил я.

– Ариадна. Но все зовут меня просто Ари. Спасибо, что вытащил меня, Маркус, – она вытирала глаза рукавом термокуртки.

– Пожалуйста. На самом деле, я рад, что встретил хоть одного живого человека, – я искренне улыбался ей.

– Какой сегодня день? Мы успеваем на последние корабли для эвакуации?

– Последний корабль отбыл вчера.

– Тогда куда мы идём? – Ари остановилась в изумлении.

– Куда-нибудь. Я не хочу останавливаться и умирать! – я обернулся к ней.

– Ты хочешь найти корабль? Не думаю, что на планете остался хотя бы один, – закричала она и снова заплакала.

Я подошёл и обнял её.

– Мы выберемся с этой планеты. Поверь мне, – я смотрел в её зарёванные голубые глаза.

– У нас нет другого выхода, – жалобно согласилась она.

– Ты начнёшь новую жизнь на другой планете и будешь вспоминать это всё, как страшный сон, – мне хотелось, чтобы в моём голосе затеплилась надежда.

Мы шли несколько дней, миновав множество брошенных поселений с такими же домиками, и останавливались в них для сна. Ари почти всю дорогу молчала, но что-то я всё же сумел о ней узнать.

Ей было восемнадцать стандартных лет, и она училась на археолога. Её отец занимался изучением древних реликвий и сделал множество открытий в истории объединения Вселенной. Ари хотела последовать по его стопам. На моё счастье, она почти ничего не спрашивала обо мне, и я смог придумать историю, будто не успел эвакуироваться, потому что находился далеко от космолёта.

В одном из домов Ари даже приняла душ и нашла новую термоодежду. Она укуталась в длинную куртку и надела шапку.

Температура на поверхности планеты опустилась до минус пятнадцати. Периодически шёл снег, заметая магнитную дорогу.

Неожиданно вновь ожил голос в моей голове. На сей раз он таким же настойчивым шёпотом твердил: «Налево». Я резко остановился и сообщил Ари, что мы должны свернуть. Не имея возможности объяснить, почему, я снова попросил спутницу довериться мне.

Мы пробирались сквозь заснеженную траву в полном мраке, пока не вышли к каменистой поляне.

– Я знаю это место, – сообщила Ари раздосадовано, – здесь точно нет космолётов.

– А что есть? – я обернулся к ней и остановился.

– Отец изучал древние каменные круги, которые, возможно, когда-то были порталами между мирами. Ты же знаешь историю?

– Порталами? – удивился я. – Да, знаю. До изобретения кораблей люди пользовались порталами, которые давно утрачены.

– Именно, – Ари отряхнулась от снега.

– Знаешь, где ближайший? Я не вижу ничего, кроме камней.

Я осветил местность карманным фонариком, найденным в одном из домов.

– Это глупая затея. Забыл? Они давно не работают, –спутница смотрела на меня, как на сумасшедшего.

– Я помню. Так покажешь? –попросил я настойчивей.

– Пошли, – Ари тяжело вздохнула и пошла впереди.

Она провела меня через гряду заснеженных валунов, которых становилось всё больше с каждым метром. Мы вышли к скоплению древних мегалитов на площадке, очищенной от мелких камней и валунов. Я увидел множество изогнутых столбов из белого камня. Все они располагались по кругу и представляли собой разрушенные массивные арки. Но только одна сохранилась целым полукругом. К ней и привела меня Ари.

– Вот единственный уцелевший, – она указала на арку древнего портала.

– По какому принципу он работает? – спросил я, разглядывая каменное сооружение.

– Этот портал был построен ещё до объединения Вселенной. Галактику Ниберус завоёвывали многочисленной армией, и эти арки предназначались именно для прохождения воинов. Даже если ты его включишь, мы не пройдём. Порталы завоевателей работали в одном направлении, чтобы пути назад не было. Уходили они с планеты через другие порталы. По крайней мере, так говорят легенды. Ты что, знаешь, как его включить?

Ари удивлённо смотрела на меня.

– Думаю, это не сложно, – я стал пристально разглядывать уцелевшую арку.

– Ты издеваешься? Если в твоих жилах не течет кровь древних планетотворцев, то пошли обратно к дороге! – прокричала она срывающимся голосом.

– Кто такие планетотворцы? – спросил я с улыбкой.

Моя спутница задумчиво пояснила:

– Те, кто брали энергию напрямую из Вселенной. Они могли создавать новые миры и звёзды. Раньше магия была другой, – Ари посмотрела вверх, на плеяды бесчисленных созвездий.

– Они могли общаться со звёздами? – спросил я, стараясь скрыть неподдельный интерес, и всё ещё рассматривал мегалит.

– Не знаю. О них, вообще, мало что известно. Планетотворцы жили миллионы, если не миллиарды лет назад. Идём отсюда? – она одергивала меня за локоть.

– Подожди пару минут. Пожалуйста…

Ари нахмурилась, отошла и села на один из невысоких каменных столбов, отряхнув с него слой снега.

Я посмотрел на безоблачное небо, где ясно виднелись огоньки дальних звёзд, и только одна светила ярче других. Мои мысли обращались к ней с просьбами о помощи. Но они остались без ответа. Шёпот, приведший меня сюда, не хотел давать дальнейших инструкций. Я простоял так минут десять, пока Ари нервно не одернула меня с призывом идти обратно.

Мы уже сделали несколько шагов в обратном направлении, как я застыл. Меня на миг осенило, и я попросил Ари достать складной нож из своего рюкзака. Она, ничего не понимая, достала миниатюрный набор ножей в одной связке и передала мне. Я снял перчатку скафандра, чтобы освободить руку, и сделал небольшой надрез на пальце. Показалась капля крови. Я подбежал к арке портала и прислонил к ней руку, так чтобы кровь попала на неё.