Виктор Волох – Последний вольный (страница 23)

Изольда издала серию тихих, сухих щелчков — так она смеялась. Вибрация от её смеха отдалась в диван.

— Глупое дитя. Ты учишь рыбу плавать, а меня бояться Неудачи? Я сама пряду неудачи, Максим. Я — хозяйка гнилых нитей. Её маленькое домашнее проклятие мне не повредит, я им питаюсь.

Я удивленно поднял глаза.

— Ты можешь это нейтрализовать?

— Я могу это игнорировать. Но хватит о грустном. Пока наша скромница пьет чай, расскажи, с какой стати тебя позвали на бал Совета? Я не помню, чтобы ты числился у Бояр в любимчиках. Обычно они мечтают увидеть тебя в гробу, а не во фраке.

Я вкратце обрисовал ситуацию. Рассказал про звонок Сергея, про его ультиматум, про ночной визит в Планетарий (опустив детали про кражу) и про то, как за мной гонялся Страж.

— И Сергей не единственный, — закончил я. — Темные тоже хотят моей «консультации», причем в грубой форме. Они ищут Лесю. Я хотел попросить тебя об одолжении, Изольда. Спрячь её. Пусть посидит у тебя в норе, пока я не переговорю с «большими дядями» на балу. Если мне повезёт, я смогу разрулить это дерьмо и выторговать нам обоим неприкосновенность.

Изольда замолчала. Её восемь глаз смотрели на меня немигающим, тяжелым взглядом. Мандибулы замерли.

— Ты заплыл в мутные воды, Максим, — наконец прошелестела она.

Я пожал плечами.

— Маги всегда хотят использовать Видящих. Нас мало, мы ценный ресурс. Просто мне не повезло, что они в таком отчаянии, что пришли ко мне.

— Не повезло? — переспросила она с странной интонацией. — Ты правда думаешь, что дело в везении?

Я с любопытством посмотрел на неё. Читать эмоции на лице паука — задача нетривиальная, но тон мне не понравился.

— Что ты имеешь в виду?

— Это не «невезение» заставило исчезнуть всех остальных толковых провидцев в Москве, Максим. — Изольда опустила массивное тело чуть ниже, и её голос стал тише, почти шепотом. — Моих клиентов стало меньше за последние недели. Ведуны, ворожеи, те, кто смотрит в воду… они пропадают. Один за другим. Тихо, без шума. Что-то грядет, Максимка. И умные маги сейчас сидят по норам и носа не кажут.

Меня передернуло.

— Значит, это зачистка. И я остался последним, просто потому, что был в опале? Отлично. Просто великолепно. Ты знаешь, кто это делает?

Изольда отрицательно повела хелицерами.

— Нет. Но тучи сгущаются. Я чувствую, как дрожит Паутина. Тебе стоит быть очень осторожным на этом балу.

— Я буду.

— Она не моя ученица, Изольда. Но спасибо. Я твой должник.

Изольда склонила массивную голову набок, и её хитиновый корсет скрипнул. Через мгновение послышались неуверенные шаги Леси. Я встал с дивана и проскользнул между мохнатыми лапами хозяйки, чтобы встретить её.

Леся вошла, всё еще бледная, но уже взявшая себя в руки. Её глаза метнулись к Изольде, но паники в них уже не было, только благоговейный трепет.

— Эм. Здрасьте. То есть… Изольда. Извините за то, что я там… ну, в обморок чуть не упала. Непривычно просто.

Изольда небрежно махнула одной из передних лап, на которой сверкнул перстень с огромным сапфиром.

— Пустое, ягодка. Ты держишься молодцом. Иные мужики при виде меня штаны пачкают, а ты ничего, стоишь. — Она перевела взгляд всех восьми глаз на меня, и в них загорелся огонек стилиста. — А теперь, Максимка… Негоже идти к Боярам в таком виде. Ты же похож на побитого жизнью библиотекаря. Давай-ка сделаем из тебя человека.

— Изольда, у меня нет времени на дефиле…

— Цыц! — припечатала она. — Ты идешь в логово волков. Если будешь выглядеть как овца — сожрут. Ты должен выглядеть как охотник. Или как грех, который они не могут себе позволить. Какой фасон предпочитаешь?

— Эм… — я оглядел ряды вешалок. — Знаешь что, решай сама. У тебя вкус лучше.

— Наконец-то проблеск здравого смысла в твоей голове, — довольно прострекотала она.

Изольда метнулась к дальним вешалкам с грацией атакующей кобры. Через секунду передо мной лежал костюм.

Не просто костюм, который можно любить в любом магазине, нет, это была броня для светского раута. Ткань — черная, как самая глухая ночь в Нави, матовая, поглощающая свет.

— Паучья шерсть, — пояснила Изольда, видя мой взгляд. — Смешанная с кашемиром и нитями мрака. Пулю не остановит, но от сглаза прикроет. И сидит идеально. Примерь.

Я зашел за ширму. Брюки сели как влитые, словно я в них родился. Рубашка белая, хрустящая, с жестким воротником контрастировала с моей слегка смуглой кожей. Пиджак скользнул на плечи, и я вдруг почувствовал себя… иначе. Выше. Опаснее. Ткань облегала плечи, подчеркивая ширину спины, и сужалась к талии.

Вышел из-за ширмы, поправляя запонки из черного оникса.

Изольда издала восхищенный клекот.

— Ну вот. Теперь ты не оборванец с Хитровки. Теперь ты — Князь Тьмы.

Я посмотрел на Лесю.

Она сидела на краешке кушетки и просто… застыла. Кружка с чаем, которую она держала, опасно накренилась. Её глаза расширились, зрачки стали огромными. Она смотрела на меня так, словно впервые видела. Рот слегка приоткрылся, и я заметил, как она судорожно сглотнула.

— Макс? — выдохнула она, и голос её звучал хрипло. — Ты… вау.

— Нормально? — я одернул манжеты, чувствуя себя немного неловко под её пристальным взглядом. — Не слишком пафосно?

— Ты выглядишь… — она запнулась, краснея до корней волос. — Ты выглядишь так, будто владеешь этим городом…

Я криво усмехнулся. Комплимент от Леси, которая обычно видела меня в растянутых свитерах и с похмельем, дорогого стоил.

— Ладно, — я повернулся к Изольде. — Спасибо. Это шедевр. Теперь к делу. Мне нужно уйти, навести справки и подготовиться к балу. Изольда согласилась, чтобы ты посидела здесь.

Леся с трудом оторвала взгляд от моего пиджака и моргнула, возвращаясь в реальность.

— Здесь? С ней?

— Я ненадолго. Эти норы экранированы лучше, чем бункер Сталина. Сюда ни магия, ни спецназ не доберутся. Сейчас это самое безопасное место на земле для тебя.

Леся посмотрела на меня, такого непривычно шикарного и уверенного, потом перевела взгляд на гигантскую паучиху. Вдохнула поглубже и кивнула.

— Хорошо. Если ты так говоришь.

— Вот и славно, — весело прощелкала Изольда. — И пока ты здесь, ягодка, почему бы нам не заняться тобой?

Леся с опаской покосилась на хозяйку.

— Мной?

— Конечно. Негоже такой милой девушке ходить в этом… — Изольда брезгливо коснулась когтем Лесиной ветровки из секонд-хенда. — Мешке из-под картошки. У меня есть ткани, которые, кажется, ждали именно твоего оттенка глаз. Идем в примерочную, я хочу посмотреть, как на тебе заиграет лунный бархат.

Леся бросила на меня последний, немного панический взгляд. Я ободряюще кивнул ей. Она слабо, но храбро улыбнулась в ответ.

— Эм, конечно. Спасибо, Изольда.

Когда я повернулся, чтобы уйти, я увидел, как Леся, словно завороженная, следует за гигантским пауком через бархатную занавеску в святая святых — мастерскую.

Переодевшись обратно в свою одежду, я вышел из норы Изольды на солнечный свет и зажмурился. Корни вяза с глухим рокотом сомкнулись за моей спиной, снова превращаясь в обычный склон оврага.

Теперь, когда Леся была внутри, с плеч словно гора свалилась. Может, со стороны это и выглядит как безумие, оставить подругу в логове чудовища, но я знал: Изольда не предаст. Она чтит законы гостеприимства старой школы. За её паутиной Леся в безопасности, по крайней мере, пока я не вернусь.

Поднялся по склону оврага, вышел на просеку и нашел свободную скамейку. Пора было сделать пару звонков и выяснить, в какое именно пекло меня пригласили.

Представление обывателя о провидцах безнадежно испорчено телевизором и бульварной литературой. Люди думают, что это обязательно кто-то в балахоне со звездами, пялящийся в хрустальный шар или с умным видом разглядывающий кофейную гущу. Они были бы жестоко разочарованы, увидев меня за работой.

Я не фанат хрусталя, он бликует и собирает пыль. Гадание на кофейной гуще я презираю, это для скучающих домохозяек. Карты Таро я уважаю, но использую редко, только когда нужно разложить сложную многоходовку. Нет, то, чем занимаются настоящие Видящие, когда хотят поработать, выглядит куда прозаичнее: мы находим тихое место, падаем в кресло (или на скамейку в парке), откидываем голову и закрываем глаза.

Для прохожего это выглядит так, будто мужик просто решил покемарить после бурной ночи или страдает от похмелья. Но лучшие из нас могут, не вставая с этой скамейки, вскрыть любой сейф или узнать подноготную любого чиновника, просто прогулявшись по линиям вероятности.

Намек Изольды на то, что «умные маги попрятались», удачно наложился на одно воспоминание из утреннего разговора с Сергеем. Когда я спросил его про штатных прорицателей Совета, он отмахнулся: мол, Вениамин Львович пишет мемуары, а Герасим, наш «штатный грек», занят на объекте в Питере.

И вот тут пазл не складывался. Герасим — придворная болонка Совета. Он никогда не отказывался от работы, особенно если она сулила премию и благосклонность Бояр. Чтобы он променял экстренный вызов в Москве на какую-то рутину в Питере? Бред.

Это была лишь догадка, тонкая ниточка, но интуиция подсказывала — потяни за неё, и вытащишь слона. Я хотел поговорить с Гера, но времени мотаться по городу и целовать закрытые двери у меня не было. Нужно было срезать угол.