Виктор Вит – Командная Работа (страница 21)
Немного покачиваясь, я встал на подоконник и спрыгнул уже не на бетонную мостовую, что была за другими окнами, а на каменную брусчатку, через которую пробивалась трава. Краем глаза я увидел, как Невеста, сощурив глаза, внимательно смотрела за моими манипуляциями с кофе, но ничего не сказала.
Когда все мы оказались на другой стороне окна, я обернулся и обратился к хозяйке:
— Простите, может, скажете хотя бы, как вас зовут?
— Имя? — Она по-детски хихикнула. — Можешь называть меня Марта. — И закрыла створки окна.
И в тот же миг окно потемнело и стало просто одним из множества пустых и заколоченных окон домов, которые окружали площадь.
Сафо, сделав пару шагов вправо, а затем влево, поднял глаза от монеты и кратко констатировал «Туда!», кивнув на полуразрушенную церковь.
Глава 7. Пиромант
Глава 7. Пиромант
Не люблю Тёмные века. В моём мире это серое и беспросветное время, когда жизнь зачастую стоила меньше, чем горсть ржавых монет. Смерть от голода была обыденностью, а знание как таковое едва лишь теплилось в глубине огромной и неповоротливой махины Церкви. Тёмное и мрачное время. По моей же классификации миров Тёмного Средневековья я встречал немало. Конечно, они были очень разными, встречались и вполне себе сказочные миры, где в высоких замках жили мудрые короли, а по лесам бродили сказочные единороги. Но то, что видел сейчас пред собой, являлось просто классикой именно моего мира.
Эта церковь явно пострадала от огня мародёров и времени. Каменные стены были покрыты пятнами копоти, узкие и высокие окна выбиты, а толстая деревянная дверь лежала рядом с тёмным зевом входа внутрь и почти заросла травой. Крест на вершине покосился и почти упал, из звуков тут звучал только ветер и скрип покачивающихся полусгнивших досок. Церковь была окружена почти полностью рассыпавшимся каменным забором, за которым среди травы угадывались поваленные надгробья. Этот мрачный вид довершали слепые окна пустых домов, стоявших вокруг церкви и на площади рядом с ней.
Мы вышли как раз из окна одного из домов и направлялись к ней. Во-первых, она была самой приметной здесь из всех построек, во-вторых, логика подсказывала мне то, что раз задание я получил от церкви, и по какой-то причине они не сумели достать то, что тут находилось, сами, значит, и место может быть связано с церковью. Если продолжать додумывать, то, возможно, в нашем мире произошло нечто такое, что выбросило кусок реальности в Тёмный Город и вместе с ним то нечто, за чем мы сейчас и охотились. Ну а защита этого места магией крови подсказывала, что тут приняли участие тогда ещё вполне существовавшие в моём мире вампиры.
Сафо, после того как мы оказались здесь, покрутил в руках монету и решительно направился к церкви. Я на автомате последовал за ним, всё ещё пребывая в некоторой прострации от того, что услышал от Марты. Догадки в моей голове сменяли одну за другой: богиня? аватара? какая-то просветлённая? Но если это богиня, то, что она делает в таком мало гостеприимном месте, как Тёмный Город? Аватара? Но смысл кому-то мне помогать? Просветлённая или мощный маг? Но такое существо просто не допустило бы своё попадание в это место против воли. Одни вопросы без ответов.
Пока я напряжённо размышлял, мои спутники шли рядом. Баль, судя по всему, очень хотел поинтересоваться у меня насчёт и компаса, и нашей недолгой знакомой, но, обладая хорошим чувством такта, молчал. Шаману же, скорее всего, как всегда было известно гораздо больше, чем любому из нас. Он, в этот раз выглядевший как индейский воин, только что вернувшийся из боя, с небольшим топориком в одной руке и длинным ножом в другой, крадущимся шагом, правда, в паре сантиментов над землёй, шёл слева от меня, периодически оглядываясь. Невеста же на удивление была молчалива и совсем не возмущалась тем, что произошло, а с мрачным выражением лица, а это можно было понять, только взглянув на неё, шагала позади нас. Такой молчаливой процессией мы добрались до входа в церковь и прошли внутрь.
В этот раз никто не нападал на нас из тени, не тянул щупальца или лапы с желанием схватить и порвать на части. Неожиданная тишина только нагнетала обстановку. Это ощущение лишь усилилось, когда, войдя внутрь не такой уж и большой церкви, я разглядел её внутреннее убранство. Резкий контраст внешнего вида здания с тем, что было внутри, всем своим видом давал ощущение неправильности.
Для начала, несмотря на царящий снаружи извечный в этом месте сумрак, здесь всё было отчётливо видно, хотя какого-то источника света не наблюдалось. А ещё — тут царил абсолютный порядок и чистота. Ровные ряды аккуратных скамеек и ковёр вели к кафедре с возвышавшимся за ней распятьем. Сафо направился прямо к ней, и я, идя следом, отметил ещё то, что выглядевшие снаружи разрушенными и разбитыми окна изнутри абсолютно целые и невредимые. Иллюзия? Или очередное отражение другого мира и времени, как это бывает в этом месте? Кто знает.
Вампир подошёл к кафедре и, повертев монету, обернулся ко мне:
— Здесь, — он ткнул пальцем на кафедру, — кто бы ни накладывал эти чары, он сделал это здесь.
— И что теперь? — начал было Баль, но в этот момент монета с протяжным звоном, скорее стеклянным, а не металлическим, сама вылетела из когтистой руки Сафо и устремилась к кафедре.
Пройдя через неё как через воздух, она пропала из виду, а через пару мгновений пропала и кафедра, которая была или всё той же иллюзией, или призраком прошлого. На её месте обнаружился небольшой ковчег, в углублении которого лежало нечто завёрнутое в грубую ткань, из такой когда-то давно делали мешки, как я мог вспомнить, и перетянутое обычной бечёвкой. А вокруг этого предмета лежали отрубленные кисти рук, частично полуразложившиеся. От некоторых остались одни только кости, а некоторые выглядели так, словно их только что отрубили, и линия среза все ещё сочилась кровью.
Сафо скривился, глядя на это:
— Дилетанты! Хотя сюда и вложили много сил, мастерства им точно недоставало, — он прищёлкнул когтями левой руки, и отрубленные кисти рук, словно ожив, все разом повернулись пальцами в сторону предмета в центре, а звон, который продолжал звучать после того, как монета пропала в исчезнувшей кафедре, стих.
— Можешь брать «
— Эта вещь не отсюда, — произнёс молчавший всё это время Шаман, — но она недобрая и пропиталась силой этого места, тяжело нести, но нельзя оставить. Я чувствую. Нужно уходить, что-то грядёт.
— Так вы, смертные, воспринимаете то, что не можете осознать, — голос Невесты был похож на тихое змеиное шипение. — То, что перед вами, враждебно для таких, как он, — она небрежным жестом указала на Сафо, — и как я. Поторопись, Мастер Дверей, меня начинает утомлять это место и это… — я ощутил, как моё лицо само собой сложилось в презрительную гримасу от её эмоций, но вернулось мне под контроль, как только она отвела взгляд.
Ладно. В конце концов, мне платят не для того, чтобы разбираться, что это, а просто чтобы принести это назад в мой мир. Я решительным жестом сбросил с плеча рюкзак и, покопавшись, достал оттуда небольшой контейнер из тёмно-синего с отливом металла. Небольшая коробочка была очередным изделием Мастера Оружейника и экранировала почти всё, что только можно было придумать в этих мирах, а значит, отлично годилась для переноски разных неприятных или просто опасных вещей. Аккуратно поставив её рядом, я примерился, и мысленно собравшись, медленно взялся за то, что было скрыто от меня тканью и верёвкой. Предмет на удивление оказался увесистым, словно сделанный из цельного куска очень тяжёлого металла, но в моих руках он сразу стал почти невесомым — так резко, что я, не ожидавший такого, едва не выпустил его из рук. Стараясь не обращать внимания на то, что мне начало казаться, что я чувствую тепло и покалывание сквозь ткань, я так же медленно поместил предмет внутрь контейнера и торопливо закрыл крышку. Всё! Теперь открыть её могу только я или кто-то ну очень и очень могущественный и приложивший для этого немало сил, благо, именно для такого контейнер и был создан. Как только я его захлопнул, Сафо, который кривился и постоянно дёргался, тут же успокоился, а Невеста снова повернулась к нам и спокойным голом предложила уйти отсюда в более интересное место.
Тут я был полностью согласен и даже успел подумать, что наконец всё уже закончилось, как снаружи церкви раздался оглушительный треск и грохот, а затем рёв огня. Я подпрыгнул от неожиданности и машинально схватился за пистолет. Баль выхватил шпагу, Шаман вскинул свой топорик, готовясь метнуть, а Сафо снова превратился в красноглазого и когтистого монстра.
— Я знаю, что ты там! — раздался снаружи громкий и издевательский голос. — Вылезай, щенок, или, клянусь извечным пламенем, эта развалина станет твоей могилой!
Чёрт! Кажется, думать о чём-то в плане Удачи в этом месте вообще противопоказано! Я узнал этот голос, и тот, кому он принадлежал, был последним из тех, кого мне бы хотелось встретить. Особенно здесь! И особенно сейчас!