Виктор Винничек – Пушок 2 (страница 2)

– Жаловаться прибежал? Сам тоже хорош! – Услышал я, из открытой двери приёмной, голос бригадира Галины Юрьевной.

– Перестань мяукать, научись сначала говорить по-человечески. Не думаю, что Виктор Леонидович знает твой кошачий язык, так что лучше послушай и подумай о своём поведении.

За столом в комнате приёма пищи обедали двое мужчин и четыре женщины. Они не пользовались услугами столовой, а приносили обед с собой. Была среди них и Галина Юрьевна. Пушок пришёл в цех перед обедом и мирно спал в углу дивана. Видать был сыт, и не обращал никакого внимания, ни на запахи пищи, ни на работающий телевизор, ни на разговоры рабочих. Николай пришёл позже, сел на свободный диван ближе к столу, который по своей длине на половину соприкасался с диваном, и начал обедать. Спустя некоторое время он вышел из-за стола за заваркой и увидел кота в другом углу дивана. Неожиданно для всех, схватил спящего Пушка за холку, и со всего маху бросил на пол. Обезумевший, толи от боли, толи от такого обращения Пушок, ведь ничего кроме ласки и дружеских к нему отношений со стороны работников цеха он не видел, вскочил на лапы выгнул колесом спину, в ярости оскалил пасть, с которой вырвались дикие устрашающие вопли, в перемешу с шипением. Все произошло, так быстро и неожиданно. Рабочие, только, что и смогли, как подняться из-за стола, на их лицах застыл ужас и не понимание. В углу, прижатый к закрытой двери в угрожающей позе, доведённый до отчаяния кот с одной стороны – отпрянувший к столу Николай, и шесть человек стоящие во весь рост за его спиной с другой стороны. Через мгновение Николай схватил стоящую у стены швабру и со словами: «Убью скотина»,– пошёл на Пушка. В момент нанесения удара кот бросился на Николая и опередил его. Хорошо, что на ногах последнего были валенки. Кот вцепился когтями и зубами в валенок. Клочья войлока летели в разные стороны. От неожиданности Николай закричал, выронил швабру и попытался второй ногой сбивать кота на пол. Трудно представить себе дальнейшее развитие событий, но Пушок бросился в неожиданно открывшуюся дверь, чуть не сбил с ног молоденькую, худенькую, не высокую Наташу. Её после операции перевели курьером. Наташа разносила газеты, приказы, распоряжения по цехам. Николай сел на диван, снял разорванный валенок, поднял штанину надкусанного ватника, завернул трико. На ноге не царапины. Маляр тётя Маша, бывшая медсестра, смазывала йодом слегка покрасневшие места и приговаривала:

– И чего орал? Спасли тебя непутёвого валенки да ватник. Кололи бы тебе сейчас уколы в живот. Зачем животину обижаешь паразит.

– Кто знал, что он у вас бешеный, – оправдывался Николай.

– Пушок не может быть бешенным, ему прививки от бешенства сделали, а вот тебе не мешало провериться,– вступилась за кота Галина Юрьевна.

Все закатились от смеха. Потом все дружно долго воспитывали Николая и рассказывали о достоинствах Пушка, пока тот не сказал:

– Вот привязались! Нужен мне ваш кот?! Пусть ловит своих мышей, я ему мешать не буду.

Выслушав Галину Юрьевну я посмотрел на Пушка. Тот отвел глаза и опустил голову.

– Вот тебе, и Мяу, Мяу! – Неожиданно произнёс я в слух.

Мне было жалко Пушка. Несчастливый с рождения. Постоянно попадает в неприятные истории и все из-за своего характера. Хорошо, что пришла Наташа. А если бы не открыли дверь. В голове промелькнуло несколько вариантов развития событий, один страшнее другого.

– Не расстраивайтесь, Виктор Леонидович! Ведь всё хорошо окончилось! – прочитала мои мысли Галина Юрьевна, положив на подпись требование на валенки Николаю.

Я подписал требование, и Галина Юрьевна ушла.

– Что мне прикажешь с тобой делать? – обратился я к Пушку, выходя из кабинета.

Тот виновато побрёл впереди меня, не проронив ни звука. Я закрыл дверь и ушёл в депо. Пушок остался сидеть на крыльце.

Глава 4. Новый год.

Третья декада декабря. Как обычно поступили распоряжения с районной и городской администрации о подготовке закреплённых территорий к Новому году. К распоряжению был приложен перечень работ, которые необходимо было выполнить. Украсить: ул. Тухачевского, территорию и здания депо. Столовую, дом отдыха локомотивных бригад, общежитие, санаторий – профилакторий «Жемчужина», стадион Локомотив, подшефную школу № 49 и два детских садика. Нужно было изготовить, нарисовать и развесить десятки красочных поздравлений, щитов, картин, транспарантов. Выполнить круглосуточную новогоднюю иллюминацию и подсветку всех выше перечисленных объектов и территорий. Срубить, привезти и установить более полусотни ёлок. Вся эта работа должна быть выполнена и сдана до тридцатого декабря городской комиссии по благоустройству. В среду была сформирована бригада по доставке ёлок. Половина девятого тепловоз и две платформы уже стояли у выходного светофора с Северной стороны депо. Пасмурно. Небольшой ветерок, позёмка, минус десять. Елки рубили в полосе отчуждения на участке Пенза-Кузнецк в посадке вдоль железнодорожного полотна. Порубочный билет был получен в дистанции лесозащитных насаждений ещё вчера. Рабочая бригада состояла из двух плотников строительного участка и двух помощников машиниста, изъявивших желания поехать за ёлками вместо присутствия на совещании по безопасности, проходившем каждую среду в актовом зале цеха эксплуатации. Локомотивная бригада машинист и помощник машиниста, в случае необходимости оказывали содействия в погрузке срубленных ёлок на платформу. Проведя инструктаж, я проверил наличие документов и инструмента, пожелал счастливого пути. По рации из тепловоза дал добро дежурному по депо на отправку бригады на место вырубки 805 километр.

Самую большую ёлку мы устанавливали на площади в «Маньчжурии», так назывался городской микрорайон малоэтажной застройки, стихийно возникший после войны с Восточной стороны депо за железнодорожными путями. Отправив бригаду, я пошёл по перекидному мосту над железнодорожными путями на площадь в «Маньчжурию», где мы с утра тридцатого декабря будем устанавливать ёлку. Я должен был осмотреть место предстоящей работы, определиться с источником питания для подключения новогодней иллюминации, попутно проверить состояние перекидного моста, находящегося на балансе депо. Впереди меня шла локомотивная бригада на ПТО 6 стойл. Они должны были принять локомотив и вести грузовой состав до станции Лиски. Неожиданно для себя я увидел Пушка. Он шёл по мосту. Но при встрече с бригадой уступил ей дорогу, спрятался за ограждение моста с внешней стороны на десяти сантиметровый дощатый выступ, продолжение основного дощатого настила. Выступ в отличие от дощатого настила никогда не очищался, и был он покрыт наледью, запорошен снегом.

– Сорвёшься с высоты и улетишь вниз под проходящие поезда,– воспитывал я признавшего меня, и выбежавшего на встречу кота.

Пушок продолжал расти, хотя был уже огромным красивым котярой, с густой лоснящейся шерстью. Он прошёл акклиматизацию и прекрасно чувствовал себя, на открытом воздухе. После нападения на Николая, я перестал кормить кота. Лоток и чашки были выброшены на свалку. Николая, Пушок, так и не признал, при встрече обходил стороной. В цех проникал через крышу, отдыхал в своём любимом отсеке под верстаком или на диване, когда не было Николая. В цеху Пушка продолжали любить и подкармливать. Свою нужду кот вероятнее всего справлял за пределами цеха, его экскременты никто никогда не встречал, даже уборщица, делавшая два раза в неделю влажную уборку в цеху.

– И откуда ты, сейчас, бежишь такой красивый? – Спрашивал я Пушка, гладя его по голове.

С котом я не встречался больше недели. Конец года: сдача объектов капремонта, капитального строительства, подготовка к Новогодним праздникам и другие важные дела загрузили меня по полной программе. Обеденное время плавно перешло в рабочее. Оставив Пушка, я перешёл железную дорогу и пошёл на площадь. Накануне я договорился с дорожниками, они вчера почти очистили площадь от снега. Оставшиеся небольшие кучки, погрузчик догружал в два самосвала, следующие за ним по пятам. Наружное дворовое освещение в микрорайоне было ненадёжным. Во избежание проблем по освещению новогодней иллюминации, я получил разрешение на её подключение от вводного распределительного электрощита магазина «Гудок». Электрики из депо установили дополнительный прибор учёта и протянули кабель к световой опоре недалеко от места установки ёлки. С площади я ушёл на ул. Стрельбищенскую и был занят на стройке дома до конца рабочего дня.

В четверг утром, две платформы с молодыми сосёнками стояли в депо на площадке для выгрузки. Все сосёнки до обеда были развезены по местам их установки. Оставшиеся были загружены на бортовой КрАЗ, из них необходимо было собрать ёлку на площади. Прошлые года мы привозили на площадь многолетнюю ель из лесничества. Уже второй год, как пропали лесовозы из автобаз, и мы вынуждены были перейти на сборную ёлку. Из металлических труб был сварен ствол ёлки, состоящий из трёх частей. Трубы были разного диаметра, вставлялись друг в друга. Они крепились между собой и основанием, мощной крестовиной из тридцатого швеллера, металлическими штырями. Металлические патрубки малого диаметра были приварены к стволовым частям. На части основного ствола было наварено множество патрубков, в которые после сборки металлического скелета вставлялись молодые сосёнки. Металлический каркас ёлки, красочные щиты ограждения, расписанные в стиле русских народных сказок, были погружены на бортовой КАМАЗ. Наконечник со звездой, гирлянды с окрашенными в разные цвета электрическими лампочками, мощностью сто ват, ёлочные игрушки сделанные ребятишками в детских садах, и всё прочее необходимое для установки ёлки и украшения площади было загружено в тёплую летучку на базе КрАЗа. После обеда три машины и строительная бригада во главе с бригадиром Найдёновой Галиной Юрьевной уехали в «Маньчжурию». Я встретил их на площади.