Виктор Викторов – Ярость небес. Часть 2 (страница 40)
— Серёж, подойди, — Патрик подозвал к себе орка пятьдесят второго уровня. — Доложи во всех подробностях, как ты только что докладывал мне.
Орк нахмурился, взглянув на Мелиора и начал говорить.
— Ну мы, как только вошли, увидели, значит, этого поца чёрного, который с дочкой Пакела базарил, — начал сбивчиво пояснять названный Серёжей. — И сразу сообразили, что это тот самый.
Мелиор досадливо поморщился.
— Серёжа, ты что — еврей?
— Нет, а чо? — округлил глаза тот.
— А то! — рявкнул Мелиор. — Выражайся нормально! Какой, к чёрту, поц? Я тебе что, друг? Доклад, боец! И не дай боже, ты что-то пропустишь важное! Ты у меня до самого Привоза дорогу будешь жестами спрашивать и мычать! Ты меня понял?
— Так точно! — орк вытянулся по стойке смирно и тщательно подбирая слова, начал докладывать.
Слушая весь этот отборный лютый бред, Мелиор мрачнел с каждым словом, не понимая, чего ему хочется больше: врезать Серёже в бороду или истерически рассмеяться?
Если всё так, как они говорят, то всего четверть часа назад эти орлы своими действиями подвели под монастырь весь состав «ДетейАда».
Мало того, что его просьбу о простом разговоре передали чёрт знает как, так ещё и умудрились нарушить мораторий на схватки в Муравейнике, с которым у них до этого было «Превознесение».
И вместо того, чтобы доложить о возникшей ситуации своему командиру, который бы точно передал всё по инстанции, Мелиор бы сейчас беседовал с Первожрецом Тиамат и решал свои вопросы.
Они же, дети матушки Козы мужского пола, умудрились вызвать таких же «уникалов», которые, не разобравшись, попытались задержать Мегавайта силой, а когда не получилось, странно почему, — применили боевую магию в черте Муравейника. Просто потрясающе!
Это был стратегический город, в котором находился весьма важный для клана «данж». Редчайшие ингредиенты, которых больше нигде в «Даяне» нет.
Если не брать в расчёт ещё три рудных жилы и уникальный, в своём роде, магазин с кучей секретов, скидок и бонусов, в котором можно было раз в три месяца поучаствовать в аукционе и урвать уникальную экипировку… Ох, Серёжа… Что ж тебя ещё в роддоме не застрелили?
Не дай Боги, сейчас хозяин и владыка этого города, держащий весь Муравейник в ежовых рукавицах, и славившийся своим отсутствием компромиссов, покажет своё фирменное «фи», лететь им отсюда со свистом. И никто ни черта здесь не сделает. Или, как в прошлый раз — сдерёт такую неустойку, что казначей снова будет пить литрами «Корвалол», заламывая руки и обещая повеситься.
— Заткнись, пожалуйста, — в какой-то момент тихо попросил Мелиор. — Пожалуйста, Серёжа, просто закрой рот, иначе я за себя не ручаюсь.
— А чо не так? — удивился орк. — Я же всё по делу доклад…
— Патрик, — вздохнул глава «ДетейАда», существуя на эфемерных остатках терпения. — Я понимаю, аборт делать уже поздно… Значит так… Вот этого красавца и двух его лучших друзей… Убирай с «основы». Нехрен им здесь делать. И если я ещё раз их увижу — не обижайся. Задушу собственными руками.
— А куда я их?
— Под «тухес»!!! — зло прошипел Мелиор, прикрыл глаза и глубоко вздохнул. Потом ещё раз. Помогало слабо. — Ногой. И так, чтобы след ещё неделю смыть не могли. Пристрой их в какое-нибудь второстепенное «крыло», как особо ценных специалистов и будет им «нахес». Но чтобы у нас я их больше не видел.
— Хорошо, — командир кивнул. — Сегодня же оформлю всё.
— Уж изволь.
— Но как же так? Мелиор? — растерялся орк. — Мы же, как и сказали.
— Я вам тоже сказал, — отвернулся Мелиор, покачав головой. — Шолом, Серёжа! Не кашляй. И да, Патрик. Тех, кто здесь «спеллами» швырялся — туда же.
— Их восемь человек, — нахмурился тот. — Всех что ли?
— Всех, — кивнул глава «ДетейАда». — Мы здесь для того, чтобы деньги зарабатывать, а не отдавать их владыке Муравейника. И пусть молятся, чтобы я сейчас договорился. А пока — пусть вон идут собачку что-ли погладят. Хоть какое-то развлечение будет людям.
Развернувшись, Мелиор, направился на самый тяжёлый разговор. И в то, что будет по-другому, он ни капельки не верил.
Осторожно постучав костяшками пальцев в обитую стальными полосами дверь, ничем не отличающуюся от дверей остальных заведений на этой улице, он принялся ждать. Входить после того, что натворили его орлы — ещё больше разозлить владыку.
Наконец, дверь раскрылась, и на пороге появился тот, к кому хуман и пришёл.
— Моё почтение, инмессир Пакел, — вздохнул Мелиор, поклонившись. — Я могу с вами поговорить?
Глава 20
Вот уже больше двух минут я наблюдал, как девушки, намертво сцепившись в один рычащий клубок, словно два питбуля, молча портили друг другу шевелюру и «фасад», катаясь по утоптанному снегу.
Пандорра — класс «ассасин», уровень достаточно высокий, навыки ускорения, скрыта, парочка «абилок», значительно увеличивающих общий тонус во время любого боя…
Мирэл — тифлингесса, неплохо «вкачана» в силу, ввиду своей специализации, рунник, владеет магией Очарования. Да и уровень повыше, чем у Пандорры.
Но, вот почему эти две прелестницы, при виде друг друга, разом забыв о своих навыках и преимуществах, вцепились друг другу в волосы, словно две торговки на базаре, и перевели драку в «партер»? А как же красота схватки двух достойных соперниц? Где это всё?
— Ну⁈ — извернувшись, Мирэл, каким-то чудом, оказалась наверху и тут же влепила пощёчину Пандорре, причем — смачную. — Кто теперь из нас хабалка рогатая, а? Н-н-а, тебе, мерзость ушастая! Нравится? Ещё хочешь?
Если бы в игровом мире присутствовала женская косметика, в полном её проявлении, облачно взметнувшейся пудры от такого удара было бы обеспечено. Помнится, попадался на глаза видеоролик в мировой паутине, в котором демонстрировался отрывок из подобного конкурса пощёчин. Один в один, только здесь участницы красивее и одеты по-другому.
Следом раздухарившейся эльфийке прилетело ещё парочка оплеух, но Пандорре, каким-то невероятным чудом, удалось высвободить одну из конечностей и перехватить следующий удар тифлингессы, вывернув её кисть.
— А-а-а-а, ты что творишь? — полный ярости вой разлетелся над центральной площадью Мирта, где мы, собственно, и вывалились с телепорта. — Кусаться вздумала, курица плешивая?
— Коза тупорылая! — не осталась в долгу Пандорра. Изловчившись, она выгнулась, словно змея, и довольно сильно пнула Мирэл коленом в спину, отчего та зарылась носом в снег. Не вставая полностью на ноги, гибкое тело эльфийки взметнулось, накрыв тифлингессу.
— Дура! — завопила Мирэл. — Хвост! Хвост отпусти! Убью!
— Я… тебе. Его… Сейчас. На рога. Намотаю, — пропыхтела Пандорра, пытаясь усесться на спине Мирэл, которая брыкалась под ней, словно норовистая необъезженная кобыла.
Я же в это время стоял и размышлял: вмешаться и разнять, или же остаться живым и здоровым? Благоразумно решив, что пока они не выпустят пар, как следует начистив друг другу физиономии и другие части тела — мне лезть бесполезно. Сейчас разнимешь, так ещё и виноватым сделают. Знаем мы эти приколы.
— Тебя штоль не поделили? — старушечий, с изрядной долей сомнения, голос сзади заставил вздрогнуть.
— И вам светлых дней, Катерина, — с подозрением поприветствовал я местную сплетницу. А ну как вспомнит мой невинный розыгрыш с Кригом? — Обязательно так подкрадываться?
— Подкрадываться, ишь ты, — презрительно фыркнула бабка. — Больно надо мне красться с моими больными ногами. Эти две вон орут так, что тут не то, что шаги — тут пришествие Падших пропустишь. — Чегой это они катаются?
— Мне не сказали, — пожал плечами я. — Как увидели друг дружку, так и давай мутузить почём зря. Я им, девочки, не стоит, а они знай своё. Может традиция у них такая.
— У-у-у, бесстыдницы, — поджала губы бабка, глянув на девчонок свысока. — Совсем совести нет, на потеху всем творить такое безобразие.
— И не говорите, — цокнул я языком, искоса наблюдая, что на это представление потихоньку начинают собираться люд. Всем было интересно, что, вообще, происходит.
— Так, а твоя какая из этих? — с любопытством поинтересовалась бабка.
— Не знаю пока. Наверное. какая выиграет, ту и заберу себе, — я в задумчивости почесал затылок. — А вы кого посоветуете? У вас-то опыта побольше. Вдруг ошибусь. Что мне, потом всю жизнь страдать?
— Я то? — моему вопросу бабка весьма удивилась, подумала немного, затем приосанилась, видимо, польщённая тем, что её мнением поинтересовались, и неожиданно выдала. — Да, демон его знает. У меня вот две козы было… а одна как раз вот такая была. Безрогая. Даже цвет немного похож. Ох и лютая была, скотина, у-у-у-у-у. Даром, что неполноценная. Так что… даже не знаю, — проговорила бабка во внезапно наступившей тишине. — Я бы безрогую взяла. Она покрасивше вроде.
Оказалось, что, выдохшись, девушки застыли, злобно сопя, устав кататься и махать руками. Услышав последнюю фразу старушенции, девушки с ошарашенным видом переглянулись и начали подниматься на ноги, забыв, что только что рихтовали друг друга.
— Наверное, так и сделаю, баб Кать, — прилагая все на свете усилия, чтобы не заржать в голос, я с умным видом кивнул. Скулы свело. — Я достоин только лучшего, тут без вариантов. Мудрая вы женщина!