Виктор Викторов – Тропой Гнева (страница 41)
— Вижу, вы понимаете масштабы, — продолжил Хассараг. — И вот такие сначала сбивались под горами Дон-Мор на другом конце материка в маленькие группы, а потом, видимо, самый трезвый всё-таки понял, что долго им так не протянуть. Сначала они образовали отдельный клан, который никто из гномов не признавал, а потом начали гнать вот такое, — кивнул вампир на бутылку. — Через несколько лет непризнанный клан стал одним из самых богатых.
— И?
— Его так и не признали. А в одну из ночей клан перестал существовать. Его просто вырезали. Ходили слухи, что это сделали ведьмы, оплот которых находится в тех же горах. Я же склоняюсь к тому, что это сделали сами гномы, поскольку одно существование подобного клана напрочь перечёркивает всю их идеологию.
— Жалко, — вздохнул Утрамбовщик, разливая по второй. — Хороший напиток.
— Ну я припас немного для себя в своё время, — потупился вампир, но в его глазах плясали чертенята. — Четыре или пять тысяч бутылок примерно.
— Сколько? — выпучил глаза гном. — А если я попрошу…
— Ни слова больше, мой друг, — воскликнул Хассараг. — Для вас я с радостью пожертвую бутылок пятьдесят.
Гном, уже прилично окосевший и повеселевший, начал заниматься мясом, варварски кромсая его на куски прямо на столешнице, пообещав нам, что он сейчас приготовит такой шашлык, от которого можно пальчики облизать.
С грустью посмотрев на стол, я уже не стал ничего говорить гному. Всё равно сейчас бесполезно. Сам же я на гномье пойло не налегал, планируя немного пообщаться с вампиром, к которому у меня была масса вопросов.
С Хассарагом мы уже давно перешли на «ты», причём он сам попросил об этом, так как его уже достало наше «выкание».
— Можно поинтересоваться твоей целью прибытия? — задал я вампиру мучивший меня вопрос, долго размышляя, как бы облечь слова в форму, которая не покажется грубой. — Снова в храм?
— Не совсем, — выжидающе уставился на меня вампир, отодвинув рюмку. — Прибыл я именно к тебе.
— Уже интересно. И с какой, интересно, целью?
— Ну хотя бы для того, чтобы сказать, что твоя голова, с зажатыми в зубах ключами от этой крепости стоит ровно миллион золотых. По пол миллиона за каждый лот. И мне на неё поступил заказ. Понимаю, что ключей как таковых нет, но метафора довольно забавная, согласись? — совершенно трезвые глаза вампира сейчас были далеки от его весёлого тона, оставаясь полностью бесстрастными.
Если бы он хотел меня отправить на перерождение, я бы уже был мёртв. Значит, сейчас я услышу что-то интересное. Ещё меня мучил вопрос, как мои «доброжелатели» узнали об этой самой крепости, если она была закончен несколько дней назад?
— А почему именно тебе? — я постарался скрыть эмоции. — Ты занимаешься заказными убийствами?
— Я занимаюсь всем, к чему у меня лежит душа, — бесстрастно ответил Хассараг. — И я всегда выполняю заказы, которые принял.
— Мой, так понимаю, ты ещё не принял?
— Принял, — вампир зловеще улыбнулся. — Миллион золотых на дороге не валяются.
В следующее мгновение его лицо преобразилось в вытянутую морду ужасного чудовища. С хрустом его плечи раздались, а руки удлинились, обзаведясь внушительным набором когтей.
Краем глаза замечаю отвисшую челюсть гнома и его абсолютно ошарашенный взгляд.
Когда стул, на котором вампир секунду назад восседал, улетел в сторону, в моих руках уже материализовались мечи.
— Бой! — проревела тварь и бросилась на меня.
Глава 25
Пропустив над головой взмах лапы, шагаю сквозь Мглу, тут же разворачиваясь, вкладывая инерцию тела в удар мечом наотмашь.
Не встретив сопротивления, клинок прошёл сквозь тело радостно скалящегося вампира, превратившегося в своё туманное подобие, и довернув мой корпус совсем не туда, куда нужно. В голове появляется мысль, что нужно было продолжить движение, но чудовищный удар в грудь отправил меня через весь кабинет в противоположную стену.
Жалобно треснув, деревянный стеллаж, находившийся около входа, благополучно разлетелся на обломки, а сверху на голову посыпалась какая-то керамическая ерунда. Одна плошка саданула мне по затылку, вызвав сноп искр из глаз. Зарычав, я смахнул с головы острые осколки.
Но тварь не желала давать мне ни секунды на раздумья. Метнувшись ко мне, Хассараг попытался схватить меня обеими лапами, но под «Ускорением» мне удалось откатиться и вскочить на ноги, при этом больно стукнувшись о деревяшку, которых, благодаря стеллажу, у меня в кабинете теперь было предостаточно.
Сука, это какая-то полоса препятствий, а не кабинет главы клана.
— Вы что творите? — наконец-то отмер гном, растерянно держа в руках мясо, которое каким-то чудом успел сгрести со стола, перед тем как вампир снёс этот предмет мебели к демонам. — Нормально ж сидели.
Даже, если бы Утрамбовщик бросил бы его на пол и вступил в бой — толку не было бы никакого, поскольку в таком состоянии он бы промазал по спокойно стоящему мамонту, не то, что по нереально быстрому вампиру.
— Да стой же ты! — зарычал мне Хассараг, оказываясь рядом. — Больно не будет.
— На хрен пошёл, — шарахнулся я в противоположную от него сторону, но не успел.
Собранная в кулак вампира, куртка на моей груди слегка придушила. Видя перед собой жуткую пасть, я, не раздумывая ни секунды, шарахнул руной огня, вложив туда добрую половину резерва с перепугу. Грохнуло так, что от жара моментально запершило в глотке и заслезились глаза, но рука на моей груди разжалась. Кабинету точно хана.
Раздался слитный вой.
Сквозь дым было видно, что Хассараг сейчас с яростным рёвом и матом катается по каменному полу, пытаясь сбить пламя, охватившее его куртку.
Швырнув ногой начавшие тлеть обломки стеллажа в ту сторону, где каталось тело, я рванул к нему, желая только одного — успеть. Взяв разгон, как в детстве и вложив всю силу в удар, я пробил ему в голову настолько мощное пенальти, что мною мог гордится даже легендарный Марадонна. «Щёчкой», «щёчкой бей»… Фигня это всё!
«Пыром» — вот как должен бить настоящий мужчина.
Всхлипнув, будто услышав горестную весть, тело затихло, скрючившись недалеко от камина. Сделав несколько осторожных шагов, я присмотрелся. С вампира станется прикинуться, чтобы подловить меня.
Испугавшись поначалу и действуя на автомате, сейчас я начинал понимать, что если бы Хассараг хотел меня отправить на перерождение, он бы не стал устраивать эту театральщину, а просто бы вскрыл мне горло. Способностями старейшего вампира я ничуть не обманывался. Тогда какого?
— Если ты ещё… иги… дла, — тело около камина шумно вдохнуло и внезапно чётко повторило. — Белый, если ты ещё с башкой — беги, падла!
Полный ледяной ярости голос гнома заставил моё сердце уйти в пятки. Сморгнув, я увидел разбросанные вокруг тела куски мяса, которые несколькими минутами ранее Утрамбовщик любовно натирал солью с перцем, обещая, что мясо получится просто — огонь.
Получилось — реально огонь, только все, почему-то недовольны!
— Сам накаркал, — обличительно промямлил я, задом пятясь к двери от корчащегося на полу гнома, с ужасом понимая, кому я прописал «пенальти».
— Беги, глупец! — неожиданно рявкнул сзади вампир, а моя душа из пяток ускакала по диагонали в сторону головы.
Разворот, взмах мечом, но лезвие будто о гранит ударилось о выставленное предплечье Хассарага. Не теряясь, наношу удары, продолжая связку, намертво забитую в память на тренировках у Теневого Мастера, но всё безрезультатно. Чёртов вампир, как будто предугадывал каждое моё движение, оказываясь именно там, куда я бил, парируя смертельные удары и делая это напоказ.
Спустя минуту я разорвал дистанцию, тяжело дыша и со злостью произнёс:
— Что ты хочешь?
— Хочу золото, — буквально промурлыкал вампир, разом преодолев разделяющее нес расстояние.
Сглотнув, я скосил глаза на замершие у моего горла когти, поблёскивающие в свете магической лампы под потолком. Лопатками ощутив прохладу стены, понял — я проиграл. «Прокол» в откате, «Ускорение» в откате, одна из рун также в откате.
Мелькнула предательская мысль воспользоваться руной холода, но что-то мне подсказывало, если я убью именно этого вампира — покоя мне не будет. Да и не хотелось его убивать, на самом деле. Когда Пандорра рассказывала, кто ей помог, я недоумевал: зачем «неписю» лезть во все эти божественные разборки?
— Повторяю свой вопрос, — я постарался, чтобы мой голос не дрогнул. — Что тебе нужно?
— Золото, — прорычала раскрытая пасть полностью трансформированная в боевую форму вампира, а в следующее мгновение я умер.
Мне всё-таки оторвали голову.
Спустя пятнадцать минут я возник на круге возрождения Мирта. Еле видимый защитный купол не пропускал внутрь ту тучу снежинок, коими вовсю играла начавшаяся в Гарконской Пустоши вьюга. Собрав под собой ноги «по-турецки», я принялся размышлять.
Первое: зачем Хассараг устроил весь этот цирк?
Ответов у меня было несколько и каждый из них был для меня непонятен. Если бы он хотел миллион — я бы умер в первые мгновения. Если бы он реально хотел «отжать» у меня крепость, он бы не отпускал своих «птенцов». Если я могу справиться с высшим вампиром, это не значит, что с такой же лёгкостью я могу справиться со всем, хоть и малочисленным, вампирским гнездом.