Виктор Викторов – Неофит Мглы (страница 19)
— Ну, я же говорю: мелкое, но с зубами и когтями, точнее сказать не могу, ибо не видел ещё. Как изловлю — скажу точней.
— Ничего не понятно, но очень интересно, — буркнул гном, нагнувшись и достав из-под лавки свёрток, бросил передо мной на стойку.
— Пять серебрушек за штуку, — реклама от продавца просто поражала своей многословностью, — или проваливай отсюда!
— А может вы объясните, как это работает?
— Да тут нечего объяснять, каждый подмастерье знает. Берёшь, подвешиваешь чёрной стороной вверх над тем местом, где планируешь ловить зверя. Сетка активируется мысленной командой. В действие её приводит магический кристалл, заряда которого хватит лет на пять. Работает без сбоев, проверено. Что-то ещё нужно?
Я, сжимая копьё, стоял в загоне. За спиной молчаливой охраной, внушая уверенность, находилась дверь, за которую можно выскочить, если пойму, что расклад не в мою пользу.
Курятник был погружен в кромешную тьму, которую разбавляло только окошко под потолком, и пробивавшийся через него свет Ночного Брата, как называли здесь Луну. Беспечные куры, расположившиеся на насестах, вяло кудахтали во сне, лишь периодически пошевеливая и заново складывая облезлые крылья.
На мгновение лунный свет мигнул, будто пролетевшая ночная птица, заслонила окошко, пронёсшись выпущенной стрелой. Краем глаза заметив промелькнувшую тень, я понял — началось. Курица, которая миг назад мирно дремала, уткнувшись клювом себе в бок, успела лишь издать писк и исчезнуть, заслонённая тёмным росчерком. Свист выпущенной сетки, которая всё-таки справилась с возложенной на неё задачей и спеленала тень с несчастным пернатым, перешёл в яростное шипение пойманного загадочного вора, который превратилось в смертоносный вихрь из когтей и зубов, когда ощутил себя ограниченным в перемещении.
Животное, похожее на куницу всё больше и больше запутывалось в сетке, оглашая пространство курятника шипяще-лающими звуками, от которых все обитатели куриного «хостела» начали в панике взлетать с насестов, заполонив всё перьями, гвалтом и неразберихой.
Поначалу растерявшись от внезапно начавшихся событий, я подскочил к видневшемуся катавшемуся клубку из шерсти, перьев и кусков сетки, и изо всех сил ударил копьём, целясь в тёмное гибкое тело.
Внезапно острая рвущая боль пронзила правую ногу, заставив отвлечься от врага. Десятки мелких, но острых, как иголки, зубов впились мне в икру и судя по ощущениям, вырвали кусок мяса.
Гибкая чёрная тень, впившаяся мне в конечность, отскочила молниеносным прыжком, разминувшись с моим копьём. Направив чёрный наконечник на гибкую тварь, в длинном выпаде я попытался насадить её на копьё, на что это дикое животное издало звук, похожий на клёкот и ловко взбежав по древку, впилось в моё запястье и снова отскочила метра на два.
Проклятье! Их двое!
Мне удалось её, наконец-то, рассмотреть вблизи.
Чёрное длинное тело, похожее на ласку, но в увеличенном варианте, такой же чёрный средней пушистости хвост и мордочка с невероятно умными глазами и полной пастью мелких клыков. Лапы с внушительными когтями, но короткие, что, впрочем, не мешало показывать ей чудеса юркости и ловкости, уклоняясь от моих выпадов. Грудь и половина тела была покрыта грязно-оранжевым мехом.
— Тварь! На! Получи! — в порыве отчаяния я начал делать короткие выпады, не проваливаясь, чтобы не дать подобраться ко мне и снова вцепиться.
М-мать, как же больно. Все раны будто пульсировали и отзывались на любое движение резким прострелом, будто там ковырялись скальпелем. Боковым зрением замечаю тёмный росчерк, а затем я, не выдерживая, ору от боли. Эта тварь вцепилась мне в шею и шипя сквозь стиснутые клыки мотнула головой.
Зубы снова вцепляются мне в ногу, а я совершенно ошалевший от боли понимаю, что оно лезет мне за шиворот охотничьей куртки и вонзая когти мне в спину, вцепляется в бок под правой лопаткой. Сука!
Я, бросив копьё, катался по земле сарая и выл, пытаясь придавить ту дрянь, которая сейчас меня жрала. Но та крепко держалась, благодаря глубоко запущенным в меня когтям и неистово продолжала прогрызать ход к моим внутренностям. Дикая вспышка боли и ощущение, что меня кто-то жрёт изнутри, заставляло меня орать, уже охрипшим голосом.
Последнее, что я почувствовал — животное, вцепившееся мне в лицо зубами.
Перед затуманенным взглядом забрезжила серебристая крышка капсулы, которая, казалось, рывками, отъезжала вбок. Я, хрипя, перегнулся через борт саркофага, пытаясь унять крупную дрожь, в которой содрогалось моё тело. Перед глазами промелькнули последние мгновения, проведённые в этом кошмаре, я снова зашёлся в глубоком кашле, а потом меня вырвало жёлчью прямо на пол.
Их было три.
Глава 10
Нежить — псевдоживая форма существования отдельных особей. Нежить подразделяется на низшую, старшую и высшую формы. На сегодняшний день насчитывается более трёхсот пятидесяти видов нежити, способы уничтожения которых известны и отработаны.
Убрав за собой всё непотребство, ещё раз протерев капсулу и прилегающий пол, я сидел и в прострации изучал противоположную стену комнаты, которая была оклеена обоями уже минувшего двадцатилетия. Мыслей не было никаких. Хотелось просто «ничего».
Чёрт бы побрал эту долбанную реалистичность! Меня невольно снова бросило в дрожь. Так же можно и коньки в капсуле отбросить, и кассеты с препаратами не помогут.
Я парень не слабонервный и не трус, но такое, уж простите, это реальный перебор. А если бы в этот долбанный сценарий вляпался инфантильный подросток, которому только-только исполнилось восемнадцать, и любящие родители подарили любимому чаду капсулу на совершеннолетие? Готов поспорить, что через три — четыре дня этому мальчику бы потребовалась помощь психолога, если не психиатра, а его отец уже добивал бы кувалдой осколки этого чуда инженерии.
А если это девочка?
Открытая форточка доносила запах сквера, надвигающейся ночной прохлады и слабый запах готовящегося шашлыка из близлежащих кафешек, коих здесь было несколько. Приняв решение, я взял свой сотовый. Всё равно сегодня я в капсулу не полезу. Абонент взял трубку после третьего гудка:
— Да ладно, Белый, ты?
— А кого ты хотел бы слышать? — я улыбнулся, когда в динамике раздался голос друга.
— Слушай, какие планы на вечер? Может посидим, потрещим где-нить? Триста лет не виделись!
— Да я, собственно, это и хотел предложить! Там, где всегда?
— Окей! Через часик — два, нормально?
— Хорошо, давай!
Подъехав в указанное время к «Пирамиде», я отпустил такси с флегматичным азиатом, который молча выдал сдачу и уже принял следующий заказ. «Пирамида», одно время была нашим любимым заведением, которое ценилось из-за приемлемых цен и хорошего персонала, среди которого были довольно симпатичные девчонки. Но самой важной изюминкой было наличие в ней пяти бильярдных столов, один из которых предназначался для «пула», а остальные двенадцатифутовки с классическим размером луз — уже для души. А «русской» или «американской» — это уже под настроение.