Виктор Васильев – Прочитай меня. От бессознательных привычек к осознанной жизни (страница 57)

Последний тип, «Тревожно-избегающий» комбинирует эти две нездоровые стратегии – склонен попеременно «зависеть» и «избегать» и имеет негативный образ как самого себя, так и других людей.

Если мы в 7 лет не умеем выговаривать «р», то мы не умели выговаривать её и раньше. Взрослое умение говорить строится на том, как человек говорил в юношестве и детстве. Точно также, мы учимся строить отношения с самого детства, и первые наши близкие отношения – отношения с матерью. Далее подключаются другие значимые взрослые, и все наши будущие отношения корнями уходят в этот первый глубокий опыт.

Тревожный, зависимый тип

Во младенчестве ребенок напитывается любыми материнскими реакциями, независимо от того, хорошо маме или у неё в это время депрессия. Если маме плохо, то, взаимодействуя с ней, ребёнок видит, что мама ему не очень рада, не очень заинтересована и, возможно, очень им недовольна. Этот образ откладывается в его хорошометре и дальше переносится на всех остальных людей – он чувствует, что самим фактом своего существования делает людей несчастными. Если же родители были по своей воле недовольны ребенком, не умели любить его просто так и уважали только «за что-то», то ребёнок выносит из детства чувство, что для любви он должен быть каким-то необыкновенным, совершить что-то удивительное или иным способом доказать, что он достоин любви.

Другая возможная причина чувства «я не достоин» – разваливающийся брак у родителей. Если, например, мама остыла к отцу и не испытывает к нему никаких романтических\эротических чувств, то ребёнок видит, что «обыкновенный человек, живущую обыкновенную жизнь, не интересен и не любим».

В общем, если в детстве ребенка недоставало любви, либо был другой травматический опыт или он наблюдал нездоровые отношения, то он может вырасти с чувством «я недостоин любви». И уже отсюда будут танцевать разные стратегии. «Я работаю над собой, ведь саморазвитие – это смысл жизни» это зачастую перевернутая боль «Я чувствую, что я никому не нужен, и если я не стану лучше, то у меня не будет никаких шансов на любовь и уважение».

Другая стратегия это подкупать людей. Осознавая свою ущербность, человек понимает, что честными отношения с ним будут либо в случае, где он будет делать значительно больше для своего партнёра, услуживать ему; либо отношения с ним нужны там, где он может спасти человека или иным способом ему помочь. Конечно же, такое поведение берётся из чувства «я недостаточно хороший», и, конечно, такой человек сделает сначала 7 шагов, потом 77 шагов, потом 777 шагов.

У такого человека всегда есть чувство, что приятные и хорошие отношения без его сверхусилий построить невозможно.

Встаёт вопрос «а в чем проблема, ведь он старается»? Проблема в том, что у нас есть некоторые формы взаимодействия, отработанные культурой и идущие ещё из эволюции – например, характерные для соития повадки. Если есть другой человек, с которым вы друг другу нравитесь, а у тебя нет чувства ущербности, то для того, чтобы всё получилось, ты можешь просто отдаться своим естественным импульсам – и вы как будто исполните некий заложенный эволюцией танец, где ваши шаги будут повышать возбуждение и ты сможешь предсказать большую часть действий партнёра, как будто всегда знал, как этот танец исполнять, даже если это твой первый раз.

Этот «танец» похож на стыковку модулей в космосе, при которой есть точные действия и команды, понятная последовательность шагов и всё происходит благодаря правильным поочередным действиям обоих космических объектов.

Если же у тебя есть это чувство «ущербности», то обычно его уравновешивает «услужливость», и там, где тебе следовало бы просто делать, что ты хочешь, ты начинаешь внезапно делать то, что, по-твоему, «сделает хорошо другому человеку». Как если бы из одного модуля, вопреки протоколам, вылетели космонавты и стали бы пытаться починить другой модуль. Даже если модулю полезен ремонт, сейчас этот модуль больше нуждается в состыковке – и плавающие вокруг модулей космонавты только помешают.

Мы биологически хотим друг другу хорошего и приятного, и если ты игнорируешь себя в попытках сильнее ублажить «партнёра», то это тормозит весь процесс, ведь «танец» вашего взаимодействия рассчитан на потребности и желания обоих.

Тут следует снова отметить «невидимые контракты».

Даже если человек обладает Тревожной зависимостью и говорит, что свои 777 шагов он делает «ради себя, а то, что тебе приятно – это совпадение», то у него зачастую всё равно есть некий невидимый контракт, согласно которому «Я делаю другому 777 шагов навстречу, а взамен…».

Например, это даёт ему моральное право тебя в чем-то обвинить, и ты, находясь в отношениях с буквально «святым» человеком, обязан с этим согласиться – у вас и без того нечестные отношения, а тут ты ещё и откровенный негодяй, если не можешь ему, сделавшему 777 уступок, один раз уступить.

Помимо этого, лучше всего свои потребности и желания знаем мы сами, и никто лучше нас не способен их удовлетворить. Поэтому любой человек, который хочет потратить на нас свои личные ресурсы, вложит 400 единиц усилий, а оно нам окупится в лучшем случае 300 единицами. И когда после этого человек может справедливо попросить «любить его назад в том же объёме», то и наши 400 единиц усилий ему не окупятся. В итоге получается милый и очень эффективный способ по сливанию ресурсов в пустоту.

Поэтому не следует действовать в отношениях без запроса, и желательно правда делать друг другу поровну – в этом случае оставшиеся усилия можно потратить на себя, где эффективность уже будет 400 к 400.

Таким образом, зависимый тип привязанности обусловлен дефицитарной моделью травмы – с ребенком в детстве не происходило ничего плохого, но катастрофически не хватало хорошего, тепла и любви, из-за чего он чувствует себя ненужным и «проклятым».

Избегающий, контрзависимый тип

Как мы выяснили, тревожному недоставало любви и его не ценили без достижений. Если мы посмотрим в историю возникновения контрзависимости, то обнаружим то же самое – те же самые причины и те же самые истории: не ценили, не любили, не уважали. И тут кроется терминологическая яма, в которую мы часто падаем на бытовом языке.

Тревожному не хватало любви, к нему «не проявляли достаточно активности», и это называется «не любили». Избегающего тоже «не любили», но уже активными способами – обесценивали, унижали, презирали.

Там, где тревожному не сказали «я тебя люблю», там избегающему сказали «я тебя не люблю» – и в обоих случаях мы получаем термин «не любили», хотя произошли разные вещи.

Тревожному не сказали «мы тебя уважаем», избегающему сказали «мы тебя не уважаем» – и снова это описывается как «не уважали». То есть в русском языке «отсутствующее действие» и «противоположное действие» иногда именуются одним словом.

Если у тревожного было недостаточно контакта и ему не хватило отношений, то избегающему их хватило сполна, он с самого детства может писать книгу «за что люди ненавидят семью». Вся история его взаимоотношений наполнена травматическим опытом, где другие люди активно делали ему неприятно, из-за чего во взрослом возрасте он отбивается от других людей, интуитивно ожидая, что они будут вести себя как «люди из прошлого».

Почему люди другого пола кажутся нам одинаковыми

Допустим, что всё детство мама говорила мальчику про «сына маминой подруги» – «вот смотри, какой он молодец, красный диплом, работа престижная, спортом занимается, ведь повезёт же его невесте; не то, что ты, вот такой и этакий, чего от тебя в жизни-то ждать вообще».

Соответственно, «образ женщины» внутри него будет такой «ей необходим самый лучший и самый интересный, другие варианты вообще не рассматриваются». Ввиду того, что люди с похожими или дополняющими характерами интересуются одним и тем же и ходят в похожие места, то впоследствии он встречает несколько таких же девушек и в итоге правда пишет книгу, но уже про то, «как знакомиться с девушками». В этой книге он описывает: мужчина, чтобы нравиться, должен хорошо зарабатывать, следить за собой, быть интересным собеседником и приятным человеком; можно даже приложить табличку параметров, с которыми себя следует сравнивать и по которым необходимо преуспеть, прежде чем можно даже подумать о знакомствах с девушками.

В случае, если человек более Тревожный, то характер его теории будет «нужно стать лучше»; если же он более избегающий, то тон повествования будет сквозить обидой и пренебрежением и, скорее, подавать отношения как торги и спор.

На самом деле эта книга даже будет соответствовать действительности, но она будет учить знакомиться не со всеми девушками, а с его мамой и с теми 4 % популяции, у которых сложился такой же характер. Самое большое заблуждение – это полагать, что все женщины одинаковые. Если ты мужчина, то подумай – ты с другими мужчинами одинаковый? Вам нужно одно и то же? Вот точно также и женщины разные и им всем нужны разные вещи.

Мою жену, когда мы познакомились с тиндере, привлекла цитата из «Гарри Поттера и МРМ», которая звучала так: «—Понимаешь, Дафна, генерал Поттер ищет в девушках не милое личико и не красивую одежду. Он ищет девушку, которая захочет служить проводником для его ужасающих сил. Вот что ему нужно». Ну и вообще со мной весело.