Виктор Васильев – Прочитай меня. От бессознательных привычек к осознанной жизни (страница 38)

То есть велосипед это не «сел и удалось», это «сел, сотни раз упал, научился ездить – и только тогда начало удаваться». Как по мне, каждое дело – это «невидимый велосипед», и чтобы научиться с ним обращаться, нужно собрать критическую массу проб и, что еще важнее, критическую массу ошибок. На одно «действие, приводящее к равновесию» существуют десятки «действий, приводящих к падению», и нет другого способа научиться держать равновесие, чем пережить это на собственном опыте.

Я предлагаю не равняться на рекордные результаты, не равняться на результат вообще – наиболее эффективным, в большинстве случаев, будет стремиться именно к обучению и, внезапно, к тому, чтобы столкнуться с рядом ошибок и обрести навыки того, как с ними справляться.

В боевых искусствах сначала долго учат правильно падать, чтобы не получать никаких травм – потому что всё остальное обучение будет приводить к постоянным падениям. И тебе следует научиться любить ошибки и перестать от них страдать, ведь именно это – один из самых коротких путей к успеху.

В случае любой неудачи на все вопросы отвечай:

Я учусь кататься на невидимом одноколесном велосипеде

И этого будет достаточно, очень серьёзный и вдумчивый ответ.

Цена ошибки

Если в ошибках столько пользы, то откуда вообще взялась тенденция за них наказывать? Я предполагаю, что дело в бытовом дефиците товаров, который был в прошлом. На протяжении всей истории человека производить вещи было трудно, они стоили дорого, и куда выгоднее было сначала «отбить» ребёнку возможность что-то испортить или сломать, нежели потом возмещать нанесенный ущерб.

Моя любимая отрасль – книгопечатание. Раньше для печати книг вручную создавались оттиски, отражающие каждую страницу. Это очень долгий и трудоемкий процесс, и книга, напечатанная таким образом, стоила очень дорого – за исключением случаев, когда эти трудозатраты рассеивались по всему тиражу. На обычных типографиях до сих пор невыгодно печатать меньше, чем 5000 книг, потому что настройка оборудования требует больших затрат в материалах.

Раньше эти затраты были значительно выше, и поэтому до печати добирались лишь те издания, которые гарантированно были востребованными, и если остальной процесс был столь дорогим и трудоемким, цена ошибки в тексте была очень велика. Работа множества редакторов и корректоров была необходимой, ведь книги долгое время были одним из немногих способов распространения знания, опечатки и разночтения могли привести к серьезным последствиям.

Однако сейчас доставлять и распространять информацию дёшево: чтобы донести до людей текст, больше не нужны типографии, магазины, обслуживающие их люди и доставка. От ошибок авторов большей части публикуемых текстов теперь никто не пострадает, так почему же к ним до сих пор относятся столь критично?

Потому что обществу характерна инерция. На протяжении веков было целесообразнее наказывать детей, чем позволять им портить вещи. Сейчас ситуация изменилась, ценность человеческого благополучия относительно ценности вещей значительно выросла, но методы образования и межличностного взаимодействия все еще предполагают, что лучше иметь «запуганного ребенка», чем выкинуть сотню исписанных листов.

Практически ни одна из наших ошибок не приведёт ни к чему плохому, но мы воспитаны таким образом, чтобы избегать их, как огня – и этот самый огонь стоит между нами и всем тем, чему мы хотим научиться, потому что обучение состоит из ошибок, а знание буквально является суммой опыта от всех совершенных ошибок. «За одного битого двух небитых дают».

Язык ударов и поглаживаний

Информация в компьютере передается с помощью электронов. Наличие электрона означает «1», отсутствие электрона в этот временной промежуток означает «0». Далее из огромной совокупности 0 и 1 выстраивается всё, что мы видим на наших устройствах. Вычисления, звуки, видео – всё это кодируется «присутствием электронов» и «отсутствием электронов». И, теоретически, мы можем кодировать любую информацию с помощью одного типа воздействия. Я ранее уже упоминал, что кого-то в детстве учили «языком ударов» и он теперь говорит с собой и окружающими на «языке ударов», а кого-то учили «языком поглаживаний».

Информация может быть одной и той же, но привычка к ДЧС– по отношению к себе и другим снижает нашу эффективность и делает нас несчастными.

Жак Фреско очень красиво выразил эту мысль: когда ребенок пишет слово «рыба», делая в нём одну ошибку, мы не хвалим его словами: «Молодец, ты написал целых три буквы правильно», мы ругаем его, говоря: «Ты сделал одну ошибку!». При этом 3/4 слова написаны правильно. Это заслуживает наказания или похвалы? Каждый из нас учился в школе. Так вышло, что школа работает на «языке наказания». Одиннадцать лет жизни каждого из нас обучали языку с двумя словами: «нормально» и «плохо», одиннадцать лет нас заставляли заучивать наизусть вещи, уже открытые до нас, и отбивали желание действовать произвольно и самостоятельно.

Обрати внимание: мы слишком часто говорим с собой и друг другом этим «языком ударов», и слишком редко говорим на «языке поглаживаний».

Количество и качество

Эксперт – это человек, который совершил все возможные ошибки в некотором узком поле.

Когда я был в реабилитационном центре (в связи со своей инвалидностью), то оказалось, что всех инвалидов со здоровыми руками, которые сели в инвалидную коляску, учат «стоять на балансе». Идея в том, чтобы человек научился «вставать на дыбы» на коляске и благодаря этому мог заезжать на бордюр и преодолевать небольшие препятствия. Соответственно, «стоять на балансе» – это навык держать равновесие в таком нестабильном положении.

Самый простой способ обучить этому человека – положить сзади него спортивный мат, надеть на него шлем и сесть рядом, чтобы поднимать его в вертикальное положение после каждого падения. А падений будет не меньше сотни – сначала сложно вставать в это положение, потом сложно в нем удержаться.

Реабилитационные центры для инвалидов специально созданы так, чтобы там было удобно перемещаться на колясках, поэтому в один из следующих своих визитов я постоянно «стоял на балансе» и много раз старался ездить таким образом на коридорах, чтобы научиться держать равновесие. Несмотря на то, что у меня много опыта, я всё равно упал около 5 раз за месяц.

Соответственно, если ты вознамерился научиться делать трюки на велосипеде, то количество твоих повседневных падений будет исчисляться уже не сотнями, а тысячами. Популярный афоризм иронизирует: «Для мудрости нужно прочитать десять книг. Чтобы найти эти десять книг, придётся прочитать в сто раз больше».

Работа золотоискателей состояла не из операций над золотом – 95 % времени они промывали грязный песок в проточной воде. В поисках золота ты работаешь с грязью.

Рассказывают, что братья Райт брали с собой 5 комплектов запасных деталей каждый день во время тестовых полетов – столько раз падали их первые самолёты. Суммарно прошло около двух тысяч полетов, прежде чем самолет пролетел расстояние длиной с футбольное поле.

Когда Эдисон изобретал лампочку, он перепробовал десять тысяч вариантов сплавов для нити в лампе накаливания, и впоследствии по этому поводу сказал следующее: «Я не относился к этому как к неудачам. Каждая попытка была удачной иллюстрацией того, как не надо делать лампочку».

Хотя следует упомянуть, что Никола Тесла критиковал его «количественный подход», предполагая, что Эдисон мог добиться большего, если бы больше анализировал происходящее. Впрочем, конфликт Эдисона и Теслы начинается ещё с тех пор, как Эдисон не выплатил ему обещанную в частном разговоре премию, а заканчивается «войной постоянного и переменного тока», поэтому у претензий Теслы есть множество причин – и явно ни одна из них не относилась к тому, что Эдисон позволял себе ошибаться.

Закон о том, что количество неизбежно переходит в качество, сформулировал еще Фридрих Энгельс в XIX веке как неотъемлемую особенность развития природы и человеческого общества.

С количеством и качеством связана еще одна история, насколько она достоверна – неизвестно. Согласно ей, у одного гончара была группа учеников, которую он поделил на две части и сказал: «Через полгода у вас будет испытание. Первой группе требуется слепить наиболее искусный и совершенный горшок, по которому я оценю ваше мастерство; второй же группе необходимо слепить максимальное количество горшков, настолько много, сколько вообще возможно, и качество не имеет значения».

Кончилась история тем, что группа, которая лепила горшки максимально быстро, не обращая внимания на качество, так наловчилась за полгода, что их изделия превосходили по всем характеристикам горшки, которым вторая половина уделила полугодие. История умалчивает, пел ли хоть один из этих горшков песню «Проклятый старый дом», да и, скорее всего, история выдумана от и до, но её мораль соответствует действительности – делай много и быстро; хорошо получится само и со временем.

Людям часто кажется, что их нынешняя жизнь складывается не лучшим образом, но как только они достигнут той или иной цели, им сразу станет намного лучше. Они пренебрегают своим настоящим и жертвуют его в пользу воображаемого будущего. Окружающее их информационное пространство в один голос твердит: «Твоя нынешняя жизнь плоха и неприятна, но когда ты доберешься до цели, всё изменится, поэтому играй ва-банк, отдай всё, что имеешь, ради своей мечты».