Виктор Васильев – Прочитай меня. От бессознательных привычек к осознанной жизни (страница 15)

Психотерапия показывает, что в большинстве случаев у этих людей есть какие-то тревожные и неприятные переживания, о которых они избегают думать; но, к сожалению, это «избегание» не лишает их психологического заряда, того, который я называл «невидимой проблемой». У людей остаётся беспокойство, вызванное реальной проблемой, но будучи не в состоянии соприкоснуться с его настоящей причиной, они переносят свою тревожность на другие области и пытаются с помощью ритуалов от нее отвлечься.

Данный пример показывает нам, что люди, «избегающие представлять плохое», теряют возможность разбираться с невидимыми проблемами и, как результат, заметно усложняют свою жизнь. На самом деле, каждому из нас свойственны маленькие ритуалы, на которые мы суеверно полагаемся, когда пробуем хоть как-то контролировать этот большой и страшный мир.

Если мы избегаем представлять себе проблему, то мы её не решим.

А по поводу представления плохого – я тоже сторонник того, чтобы представлять себе хорошее, о чём будет вся остальная книга. Однако я должен привести в пример множество практиков, которые на протяжении тысячей лет выполняют «кладбищенские медитации», одним из этапов которых является тот, где человек представляет, как он умирает, а его тело сгнивает и растаскивается дикими животными. И эти люди, «визуализируя» свою собственную смерть и гниение, не привлекли болезней, а, наоборот, стали лучше управлять своими внутренними состояниями.

Помнится, как одной девушке казалось, что стоит сказать «Я хочу умереть», как ты умрёшь. Я устроил яркую демонстрацию и на все лады призывал вселенную меня убить – и с тех пор прошло 5 лет, а я до сих пор живой и здоровый, проблемы начались только с зубами и дёснами.

Так что фантазировать о плохом можно и зачастую нужно, это для нас – важное диагностическое средство, и избегать его так же неразумно, как сломать конечность и утаить это от доктора, к которому пришёл на приём.

Третий контур

Впрочем, мы слишком долго говорим об обезьянах, а собирались ведь искать человека.

Ты видел животных и в общих чертах представляешь, в чем наши отличия.

Во-первых, мы очень прирученные. Животные импульсивны, мы же в общих чертах научились собой управлять. Я могу попросить тебя поднять руку и держать её в воздухе, не двигая, 30 секунд – и ты справишься. Я же, в свою очередь, в юности мог стоять, почти не двигаясь, целый час, после одного слова «Вольно».

Впрочем, сила воли – это исчерпаемый ресурс, и для грамотного использования с ней следует обходиться также бережно, как с тысячей сохранившихся зёрен, когда вся остальная еда и растительность пропали. Использовать силу воли можно и нужно, но не выкидывать куда угодно – как это обычно рекомендуют делать.

Во-вторых, у нас есть то, что Павлов назвал «второй сигнальной системой» – то есть сигналами о сигналах. Первая сигнальная система – это те самые условные рефлексы, «звоночек, который сигнализирует о мясе и приводит к выделению слюны».

Представь себе жёлтый сочный лимон. Такой сочный, что когда на него нажимаешь, то даже корочка выделяет немножко собственного сока. И вот представь, как ты этот лимон режешь, и из него льется сок. Представь, как ты его нюхаешь и касаешься языком самой сочной части. После этого представь, как ты выдавливаешь его сок себе прямо в рот.

Какие у тебя в этой фантазии ощущения?

А еще обрати внимание – у тебя в жизни, прямо сейчас, выделилась слюна. А вокруг тебя, вероятно, нет лимонов – ты просто смотришь на белую бумагу с черными палочками. Это и называется «второй сигнальной системой» – Павлов говорил про буквы, слова и понятия.

У меня есть гипотеза о том, как появляются пометки в этой символьной системе. Допустим, отец решил объяснить ребенку, что такое стул. Он указывает на стул и говорит «стул». Но ребенок не понимает, что отец назвал стулом – может, он называл «стулом» свою вытянутую руку, или жест на руке, или поведение сына, или самого сына, или этот день недели, или температуру в комнате, всю комнату или своё настроение, а, может, время года.

Однако, когда ребенок много раз слышит слово «стул» и в большинстве этих обстоятельств видит один и тот же объект, то в его голове возникнет связь. Я думаю, что у него в голове нет никакого словаря «стул=(картинка стула)».

Скорее, у него в памяти лежат слепки тех ощущений, что он переживал в каждый момент, и во многих этих моментах он одновременно слышал «стул» и видел «стул». Из-за этого, когда он в следующий раз увидит «стул», то сквозь эти слои пройдёт электрический импульс – а так как наиболее часто повторяющимся вместе с этим будет произнесенное кем-то слово «стул», то его голова сама скажет «стул».

Смотри: мама мыла … Мама мыла … Правильно, она мыла индуистского бога Раму. Твой внутренний голос ведь закончил эту фразу самостоятельно?

Напомню, что эта система нужна для выживания, поэтому человек обязательно получит связанные со стулом «эмоции», их совокупность из всего своего опыта. И если его вдруг этим стулом каждый раз били…

Таким образом, за каждым словом на самом деле стоит целый конгломерат чувственного опыта, и каждое логическое построение способно строить внутри нас грандиозные картины.

При этом ты можешь ответить на вопрос «Что ты почувствуешь, если я ударю тебя в живот», даже не воображая эту ситуацию. Компонент «визуализации» не всегда обязателен – ты можешь читать множество слов и не представлять ни одной картины, но при этом поймёшь и запомнишь всю историю.

Важно отметить, что данный инструмент – это пристройка к хорошометру, и в прямой борьбе «чувства против разума» победят чувства. Например, у тебя бывало так, что ты очень не хотел чего-то делать, но всё равно заставлял себя?

Надолго ли тебя хватало? Смог ли ты систематически это применять, или эта система всё же давала регулярные сбои?

В психоанализе описывают одну из «защит» нашей психики, которая называется «Рационализация» (Фрейд был большим поклонником военных метафор и словом «защита» называл скорее «маневр» психики). Рационализация – это качество человека, когда он неосознанно использует лишь ту часть информации, благодаря которой собственное поведение будет видеться хорошо контролируемым, а поступки – логичными и соответствующими обстоятельствам.

На самом деле так происходит практически всегда. Мы живем на автопилоте и действия совершает «хорошометр», а работа мозга – искать закономерности, пытаться предвидеть, что будет и в находить логику в наблюдаемом за собой поведении.

Однажды исследователи показывали людям разные политические заявления, и во время демонстрации некоторых из них давали людям еду. Оказалось, что люди выше оценивали те заявления, во время которых их кормили. Более того, когда их спрашивали «а во время каких заявлений вам давали еду», люди не могли вспомнить. Получается, что симпатии и антипатии заявлениям на самом деле давало не сознательное, а бессознательное – в том числе на основе того, покушало оно или нет.

Другим людям показывали видеозапись беседы начальника и подчиненного, и при этом одним перед этим давали подержать деревянную доску, а другим – мягкий и приятный плед. В результате люди «с доской» описывали начальника более жестоким и строгим, чем люди с пледом.

Не «мысль» управляет поведением и чувством. Скорее, поведение и чувства управляют нашими «мыслями». Можно возразить, что некоторые люди «сначала думают, потом делают» – но их этому научил опыт; то есть единственная причина, по которой хорошометр уступает «логике» заключается в том, что ранее он обжигался, поэтому теперь пропускает вперёд «логику» – и может вернуть инициативу в любой момент, как только она пригодится.

О чем бы ты ни говорил, если возникает резкая опасность, то ты бросаешь любую логику и в тебе включается «выживающее животное» – пусть даже на 5 секунд. И это не о том, как «разум борется с чувствами» – это, скорее, о том, как «разум растёт из чувств и их продолжает».

Представим ситуацию, где ты переехал за границу и немного выучил иностранный язык. Во всех базовых ситуациях тебе хватало твоих знаний, однако, как только ты не знал бы, что и как сказать, то вполне мог начать рассуждать на родном языке. Сторонний наблюдатель бы сказал «родина победила в нём иностранца». Но на самом деле твой «иностранец», говорящий на других языках – это нарост поверх «тебя на родине». Никакой борьбы нет, одно растёт из другого.

Получается, всё базируется на биологических принципах.

Ты можешь воспринимать окружающий мир, и благодаря этому приспосабливаешься к нему. С рождения ты распознаёшь безусловные раздражители и реагируешь на них безусловными реакциями. В процессе жизни у тебя образуются уже условные рефлексы и каждый кусочек мира наполняется предчувствиями «это неприятно», «это приятно». Параллельно этому твой мозг учит слова, находит логические связи в происходящем.

Ошибка, которую делают многие люди – они думают, что всё наоборот.

Что эволюция привела человека к разумной жизни, вырвала его из животного царства и что он волен делать всё, что хочет, и так, как хочет – а его деятельность и мечты стоят выше его эмоциональной природы.

Целыми днями они думают «Меня зовут вот так, у меня вот такие вот цели и мечты, я придерживаюсь вот таких хороших взглядов, поэтому у меня всё получится». Целыми днями они предаются мечтам, которые надеются облачить в цели и жить другой жизнью. Им кажется «скоро всё получится, скоро всё изменится, я уже на пороге». На пороге чего?