Виктор Трушков – Сталин как теоретик (страница 10)

Нередко сталинские замечания касались даже отдельных слов, которые были недостаточно точными с Программе 1919 года. Например, во фразе «.своим трудом создавать доход высших классов общества» Сталин обвёл слово «высших». (Там же. Л. 5 об.). Понятно, что в последней редакции проекта Программы ВКП(б) оно не использовалось, а было заменено точным названием эксплуататорских классов. И это не единственный пример его подобного «вмешательства» в текст второй Программы РКП(б).

Одновременно 30 лет, прошедших после Великой Октябрьской социалистической революции, в течение которых углублялись и осуществлялись её идеи, дали возможность более ярко и выпукло охарактеризовать значение и достижения Великого Октября. Так, впервые в программном документе партии появилось очень важное положение, высказанное ещё родоначальниками научного коммунизма:

«Всё многовековое развитие общества в прошлом было по существу лишь предысторией человечества. Октябрьская революция положила начало подлинной истории человечества. Она ознаменовала переход к сознательному творчеству истории народными массами и ознаменовала начало коммунистической эры в развитии человечества» (РГАСПИ. Ф. 629. Оп. 1. Д. 128. Л. 1). Буржуазная контрреволюция 1991–1993 годов и реставрация капитализма в России не дают ни малейших оснований для того, чтобы поставить под сомнение великую формулу К. Маркса и Ф. Энгельса о том, что победа пролетарской революции означает переход от предыстории человечества к его подлинной истории.

Для наших современников актуально и вдохновляюще звучит и такое положение из последней редакции проекта Программы ВКП(б) 1947 года:

«Победа социализма в СССР подтвердила великую истину марксизма-ленинизма, что капитализм является исторически преходящим способом производства, что он уже отжил свой век и в силу законов экономического развития он неминуемо будет заменён социализмом» (РГАСПИ. Ф. 629. Оп. 1. Д. 128. Л. 2).

И это не единственные примеры обогащения оценок Великой Октябрьской социалистической революции в последней редакции проекта Программы ВКП(б), проявившиеся в результате осмысления 30-летнего социалистического строительства в нашей стране разработчиками этого документа, творческой деятельностью которых руководили И.В. Сталин и А.А. Жданов.

Никакого прожектёрства

И ещё один урок Программы, принятой VIII съездом РКП(б): в ней нет ни малейшего прожектёрства. Даже то, от чего потом, в процессе социалистического строительства, пришлось отказаться, не было высосано из пальца, а отражало ростки реальной практики. Или… безвыходного положения.

Например, в разделе второй Программы партии «В области народного просвещения» подпункт 4 предусматривал: «Снабжение всех учащихся пищей, одеждой и учебными пособиями за счёт государства». (РГАСПИ, Ф. 558. Оп. 11. Д. 122. Л. 16). Он появился в главном документе РКП(б) не от щедрот разработчиков и не в результате их просчёта. В пору Гражданской войны и первые послевоенные годы часть детей не только бедных крестьян, но и рабочих не могла посещать зимой школу из-за того, что не было ни одежды, ни обуви. Делегаты VIII партсъезда прекрасно знали положение в стране. Не случайно же в экономическом разделе Программы появился такой пункт: «Ввиду тяжелейшей разрухи, переживаемой страной, практической цели – немедленно и во что бы то ни стало увеличить количество необходимейших для населения продуктов – должно быть подчинено всё остальное». (Там же. Л. 17). Так что пункт о снабжении учащихся был отражением не щедрости, а нищеты российской, вызванной двумя войнами. Кстати, благодаря политике Советской власти, направленной на рост благосостояния трудящихся, обеспечить детей одеждой и обувью семьи вскоре смогли сами. А вот бесплатными учебными пособиями государство действительно учащихся обеспечивало.

Есть ещё один интереснейший пункт второй партийной Программы, который остался невыполненным. А связан он был с ключевыми проблемами Советской власти – диктатурой пролетариата и руководством экономикой.

Принцип диктатуры пролетариата в 1919 году никто в партии под сомнение не ставил. Но шёл поиск той рабочей организации, через которую рабочий класс мог бы её осуществлять. Самой массовой организацией пролетариата были профсоюзы. Ещё до Октябрьской революции они начали накапливать опыт диктатуры над частным капиталом, создавая действенный рабочий контроль. После установления Советской власти по решению исторического II Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов был принят Декрет о рабочем контроле в течение первой декады существования новой власти. Когда началась национализация предприятий, на профсоюзы выпала значительная доля её практического осуществления. Одновременно по инициативе рабочих, обоснованно считавших главной властью Советы, были созданы первые Советы народного хозяйства. В экономике стихийно появилось никому не нужное двоевластие. VIII съезд предложил способ разрешения этого противоречия, записав в партийной Программе:

«Организационный аппарат обобществлённой промышленности должен опираться в первую голову на профессиональные союзы… Будучи уже, согласно законам Советской республики и установившейся практике, участниками всех местных и центральных органов управления промышленностью, профессиональные союзы должны прийти к фактическому сосредоточению в своих руках всего управления всем народным хозяйством как единым хозяйственным целым. Участие профессиональных союзов в ведении хозяйства и привлечение ими к этому широких масс является вместе с тем и главным средством борьбы с бюрократизацией экономического аппарата Советской власти и даёт возможность поставить действительно народный контроль над результатами производства». (Там же. Л. 18–18 об.).

Пока шла речь о рабочем, народном контроле, профсоюзы справлялись с поставленной задачей. Но по мере восстановления многоотраслевой промышленности управление ею становилось для них непосильным. Центр тяжести самой хозяйственной практикой оказывался перенесён на реализацию другого тезиса той же партийной Программы: «Как главное и основное, определяющее собой всю хозяйственную политику Советской власти, поставить всемерное повышение производительных сил страны. Практическими результатами в этом отношении должна измеряться успешность работы каждого советского учреждения, связанного с народным хозяйством». (Там же. Л. 17; выделено мной. – В.Т.). В «соревновании» профсоюзов и Советов народного хозяйства (СНХ) «победителем» оказались государственные органы. Более того, организационно-хозяйственная функция стала на десятилетия ведущей в деятельности Советского государства.

Диалектический подход оказался особенно необходим большевистской партии при решении вопроса о крестьянине-середняке, который был впервые по-новому поставлен именно в Программе РКП(б), принятой VIII партсъездом. В ней было записано:

«По отношению к среднему крестьянству политика РКП состоит в постепенном и планомерном вовлечении его в работу социалистического строительства (до этого задачей партии была нейтрализация середняка. – В.Т.). Партия ставит своей задачей отделить его от кулаков, привлекать его на сторону рабочего класса внимательным отношением к его нуждам, борясь с его отсталостью мерами идейного воздействия, отнюдь не мерами подавления, стремясь во всех случаях, где затронуты его жизненные интересы, к практическим соглашениям с ним, идя на уступки ему в определении способов проведения социалистических преобразований». (Там же. Л. 21 об.).

На первый взгляд, в этом пункте нет ничего противоречивого. Так бы и было, если бы в 1919 году не проводилась политика, «военного коммунизма». Поэтому противоречий не смог избежать и сам документ. Программа признавала, что «мелкое крестьянское хозяйство ещё долго будет существовать» (там же. Л 20 об.), а значит, сохранятся товарные отношения, с другой стороны, говорилось: «В области распределения задача Советской власти в настоящее время состоит в том, чтобы неуклонно продолжать замену торговли планомерным, организованным в общегосударственном масштабе распределением продуктов». (Там же. Л. 21 об. – 22).

Примечательно, однако, что в Программе найден вектор разрешения и этого реального противоречия. Он – в развитии кооперации, в сочетании общественного и индивидуального интересов, присущих крестьянству. (См. там же. Л. 20 об.)

Наконец, ещё одна тема, важность которой неоспорима для коммунистов дня бегущего: роль Коммунистической партии в обществе, возрождающем социализм. Эта тема проходит через всю Программу РКП(б). Но о чём бы ни шла речь, партия всегда рассматривается как организатор и руководитель трудящихся масс. Это одинаково касается как общественных организаций типа профсоюзов, так и самого государства. При этом постоянно подчёркивается, что РКП стоит на классовой точке зрения в оценке любого события и процесса. Тут её ключевое достоинство при оценке отношений с массами. Но при этом непозволительно путать беспартийные массы вообще, о которых толкуют иные нынешние приверженцы «обновления социализма», с социальной базой, на которую опирается Коммунистическая партия. А эта база – прежде всего рабочий класс, на что многократно указывалось в принятом VIII съездом документе.