Виктор Стогнев – Звёздный рейд (страница 36)
Зачем, вообще, отключаться или бежать? Но это же элементарно! Устаревает оборудование, методики, целые профессии и… нейросети. Человек получает всё меньше денег, а на поддержание здоровья требуется всё больше, о молодости уже и речи нет. В определённый момент перед человеком встаёт неизбежный выбор — отключиться или попытаться жить в очень плохом месте. Если некому оплачивать аренду капсулы.
Конечно же, так живут не все, есть богачи, они живут в настоящих домах, владеют фирмами и землёй или учительствуют в школах… и учатся. Живут и учатся веками, правят этим безумным миром-муравейником…
— Или думают, что правят? — грустно спросил Лан.
— Да какая разница? — воскликнул главарь, они к тому моменту уже познакомились, он сказал, что его зовут Пондо и ему аж сто четыре года, из них последние три на свалке. На вид крепкий сорокалетний мужик. И совсем не дурак, даже философ, он печально проговорил, — все мы думаем что-то о чём-то когда-то и всегда неправильно.
— Не расстраивайся, теперь думать будем мы, — ободрила его Орхи, покосилась на скафандр Лана и внесла поправку, — вернее, думать буду я. Рассказывай про свалку, что тут такого опасного?
— Ха! — улыбнулся Пондо, — до вашего прихода и впрямь ничего. А вообще…
Не сойти с ума по неизвестным науке причинам в этих местах удаётся в среднем одному из десяти, потому и народу тут не бывает слишком много. Зато кому удаётся, живётся, в принципе, нормально, если не считать того, что могут убить в любую минуту.
На свалках расположены автоматические комплексы по утилизации, ими владеют древнейшие старожилы свалки. У них, очень небедных людей, есть дома, дроиды-охранники и дроиды мусорщики.
Прочие обитатели сбиваются в стаи и борются за территории, торгуют, меняются. В их секторе, к примеру, сгружают просроченные консервы, их пытаются отнять или меняют на потерявшие товарный вид овощи.
Местный владелец, предпочитая иметь дело с одной постоянной бандой, вооружил их винтовками и платит за охрану мусорщиков патронами. То есть он даёт им патроны, чтобы они не ломали дроидов. Ведь если заводы и усадьбу его роботы охраняют надёжно и сравнительно недорого, то к каждому мусорщику на свалке охрану не приставишь.
— Ну, это мы поправим, — ухмыльнулась Орхи.
— Офанарела??? — возмутился Пондо, — если на мусорщиков нападать, хозяин займётся нами всерьёз, да его боевые дроиды нас разгонят, а соседи добьют! И просто появится новая банда!
— Не-а, — мило улыбнулся Лан, — просто появится новый хозяин, я. Завтра займёмся, милая?
Орхи, облизав, отложила ложку, за интересным разговором компания успела сварить и съесть похлёбку.
— Ага, — потянулась девушка в скафандре, — поспим и приступим. Пондо, да не переживай ты так, мы его не убьём, а если убьём, то быстро и небольно-о-о, — не сдержала зевок, — всё, я уснула.
— А я уже сплю, — пробормотал Лан, — Пондо, тебе ж всё равно не спится, покарауль, а мы тебе завтра патронов дадим… много…
Мужик захлопнул отвисшую челюсть, но вид имел растерянный. Эти двое несли явную чушь, но с таким уверенным видом! Вообще, за три года на свалке он насмотрелся чудес и психов, но кто-то в душе говорил ему, что с этими ребятами точно долго не соскучишься. Он задумался и не заметил, как задремал, очнулся на рассвете. Странная парочка покинула их, не прощаясь.
— Ну-ну, — усмехнулся Пондо, припомнив их бред, — посмотрим…
Ну, откуда ему было знать, на что способны «вундеркинды» и псионы?
Спать цветики, конечно, не собирались, им нужно было, чтобы дядька успокоился, соскучился от бессистемного блуждания вокруг костра с идиотским бормотанием в бороду, присел и задремал. Просто исчезнуть Лан счёл по отношению к новым знакомым неучтивым — по его мнению, им вполне хватило феерического появления «сладкой парочки». Влиять на аборигена напрямую Лан не хотел, грубое воздействие невозможно скрыть от объекта, как и любое другое насилие над личностью, но и не влиять он не мог по факту своего существования — ему просто хотелось, чтоб мужик расслабился, и пси-поле вокруг с готовностью прогнулось под желания псиона этакой мощи.
Бандиты задремали, Орхи и Лан установили вокруг костра поле неприятия на часок, мысленно попросили подсознания мужиков разбудить их как раз через час, а сами неспешно направились к своему кораблику, «Попрыгунчику». Ребята не торопились, по дороге Лан пытался охватить сознанием окрестности, а Орхи анализировала данные. Сделать всё самому и быстро у Андрея не получалось — он даже слегка удивлялся, что ему удаётся сохранить рассудок в этой зоне пси-беспредела.
Он привык к математически структурированным полям кристаллов, хаотичные всплески пси-активных людей редки, а здесь необузданная энергия пёрла из местного ада гейзерами, закручивалась в торнадо, светилась шаровыми молниями, сверкала разрядами и дарила воистину неземное счастье. Просто приближаться к этому было завораживающе жутко, оно манило бесшабашным всемогуществом, притягивало, звало…
Орхи молча, как псион псиону, выдала любимому пси-затрещену, — очухайся и работай!
— Уф, спасибо, — Лан перевёл дух, — сейчас продолжим, только отдышусь.
Девушка, серьёзно глядя ему в лицо, с виду бесстрастно ждала. Оба понимали, что вот именно сейчас начался настоящий контакт Семицветика с этим миром. Наладить его может лишь Лан, самый мощный пси-маг команды. Он использовал пси-поле ещё на Земле, даже ничегошеньки о нём не зная, и только рассудок Андрея способен выдержать безумный взгляд свихнувшегося мира.
Лан снова побрёл вперёд с закрытыми глазами. Он шёл с грацией пьяного и лунатика, его походка больше походила на танец обкуренного, упившегося огненной воды и настойки на галюцегенах шамана. Его движения не могли быть движениями нормального человека, парень явно ушёл далеко за грань.
Контакт с Орхи сохранялся, она получала информацию потоками, шизоидный мир пел, смеялся, плакал и жаловался на тысячу голосов — она уже подключилась на полную мощность, но как впервые, ещё на Земле, чувствовала, что не справляется. Орхи направила потоки в себя напрямую, подключилась к Лану, сделала шаг вслед за ним, чётко понимая, чем рискует — они оба могут не вернуться. У неё просто не было выбора — потерять Андрея или остаться там навсегда — она не представляла себе, что тут есть из чего выбирать и не колебалась…
— Ух-ты! — восхитилась девушка, — вот же ё-ё-ё! Красотища!!!
Мир «вплотную», его душа или души… они не просто прекрасны — в них до головокружения хотелось влюбиться! Орхи не стала себе отказывать — отчего бы и нет, ведь это не означает разлюбить Землю.
— Умничка! — сразу отозвался Лан, — именно то, чего не хватало! Дружно начинаем тосковать по Земле, вспоминаем её Дорингу. Орхи приняла его мысль за шутку, он, вообще, хохотал в пси, как безумный, здоровый не способен быть настолько счастливым!
Предложение потосковать по Родине, да просто о чём угодно тосковать, показалось неумной хохмой — она засмеялась. Вспомнила все нелепые казусы, что случались с Ланом, с ней, с ней и с Ланом, с Оди, с папкой, с оборотнями… Орхи не сразу сообразила, что окружающее их пси-безумие ей благожелательно, заинтересованно внимает. Она почувствовала… чушь, конечно — но, тем не менее, это было радостное удивление целого мира!
Лан вторым уровнем сознания отстранённо отметил жадный интерес Доринга к Земле, потрясение древнего мира от удивительного открытия — он не один во Вселенной! Психолог естественно предложил Дорингу рассказать о нём Земле.
Тот смутился! Планета-недоросль, кто бы мог подумать! Лан внёс поправку — рассказать Земле всё самое хорошее, только для этого нужно кое-что предпринять и, конечно же, сначала о нём это самое «всё хорошее» узнать.
Мир как-то слишком радостно согласился и едва не пси-пинками вышвырнул парочку в реал, Лан снова захохотал — точно, подросток на приёме у психолога! Хочется и всё-всё рассказать, и бежать без оглядки, унести свои стыдные тайны, спасти свой маленький мирок… зная, что нечего уже спасать, и что он непременно вернётся. Лан был уверен, Доринг вскоре снова сам позовёт, а пока, чтобы начать, у них достаточно информации.
Начали они с того, что в темпе добрались до «Попрыгунчика», чтоб без единой злодейской мысли вылезти из экзоскафандров и завалиться в койку. Лан не только общался с пси-полем планеты, но и отснял окрестности, в том числе дом местного хозяина. Убивать его или даже просто хамить Лан с Орхи ни за что бы ни стали — в доме читалось присутствие женщин и детей.
Хозяин-то оказался главой большого семейства. Да и какой смысл ломать его роботов, угрожать дядьке оружием, когда они могут незаметно пройти через охрану, и нормально поговорить с человеком прям в его личном кабинете в приличное для визитов время?
А среди ночи, после двух недель невесомости, скафандров, экстремальной посадки, встречи с туземцами и контакта с пси-полем целой планеты в зоне аномальной пси-активности ребятам требовалось привести в гармонию дух и мысли, очистить эмоции, выплеснуть накипь, просто отдохнуть… ну и поспать пару часиков…
— Орхи, лапочка, просыпайся, — промурлыкал Лан. Он стоял с подносом в руках перед койкой с лежащей уютным клубочком девушкой. На подносе источали захватывающий дух аромат чашки с крепким кофе. Андрей пытался изобразить смущение, или хотя бы прикрыть ресницами сытое мерцание довольных глаз.