Виктор Стогнев – Персонаж с демоном (страница 30)

Гронг усмехнулся только, ничего не сказал.

После ужина я сразу направился в каюту. Зажёг от знака огня фитиль в фонаре, вынул из стола книгу, посмотрел записи о событиях дня. Ну, так и есть! Жестокое убийство беспомощного, поверженного противника и страшная месть человеку, который от меня зависит. Везде предвзятость и двойные стандарты.

А что написали про то, как меня чуть в лесу не изнасиловали, как меня приняли бурлаки и как напали разбойники? Перевернул страницу назад. «Вих встретил в лесу орка и эльфа…», страницы нет, «Вих вернул книгу». Зашибись! Вот как выдирать отсюда страницы! Это же… это значит, что я вырываю дни жизни.

Аккуратней нужно со своей книжкой, бережнее. Я положил книгу обратно в ящик стола. Разделся, погасил фонарь и улёгся в кровать. Посмотрел информацию:

«Ваш статус изменился, новый статус – разбойник.

Вы зарыли клад с золотом, ловкость плюс 1, удачливость плюс 1.

Вы покарали бунт в банде, ловкость плюс 1, обаяние плюс 1, одержимость демона плюс 1.

Вы наказали обидчика, обаяние плюс 1, одержимость демона плюс 1.

Опыт суммарно увеличен на 100, всего 400».

Ну, статус… всё-таки лучше, чем бродяга. А так ничего особенного – я зевнул и не стал смотреть статистику. Попробовал уснуть. Что-то не спалось. Представил себе Настю. Милая девушка, но штаны с неё лучше не снимать. Тут же были журналы… Чёрт! Настя же увидит! Завтра отдам Гронгу… Как же порой нелегко жить на свете с демоном в душе!

- Да кого ты стесняешься, глупый? – проворковала в сознании Настя, - хочешь, я для тебя станцую?

- В другой раз, золотко, - прорычал я злобно, знаю уже, чем заканчиваются танцы суккубов.

Внезапно возбуждение отпустило, я провалился в сон.

Часть 3. Глава 1

Из книги «Вих, дорога домой»:

«Дни Виха на реке потекли с речной монотонной плавностью. Его решение идти без ночёвок оказалось оправданным. Люди получали больше пищи, чаще отдыхали и в результате не только тратили меньше времени на остановки, но и шли с большей средней скоростью. Вих убедился в этом, изучив записи в дневнике предшественника, и наблюдая за лишенным доступа на судно рабочим.

Андрей после завтрака ложился у костра отдыхать несколько часиков, после чего быстрым шагом догонял ушедшее судно. Не всегда бедняге удавалось успеть до обеда. Если всё-таки успевал, кушал со всеми и снова ложился отдыхать, в противном случае впрягался в бечеву и шёл с ватагой до ужина, после чего начинался новый цикл. Он быстро понял, что для того, чтобы чаще кушать, нужно или меньше спать, или быстрее бегать.

Таким образом, Андрей стал наглядным индикатором скорости – среднесуточная скорость ватаги с нагруженным судном на бечеве равнялась среднесуточной скорости пешехода без поклажи, весьма в этой самой скорости заинтересованного. Орк Гронг оценил ловкий приём Виха и развил идею, пообещал бурлакам премию в одну медную монету, если Андрей не успеет в их смену к привалу. Мужчинам полагалось за труд по две монеты в день, так что среднесуточная скорость увеличилась ещё, а отношение Андрея к Виху из пламенной ненависти перешло в фанатичную.

Вих, конечно, не во всём был прав, но эту ненависть объяснить можно лишь предвзятостью, возникшей на почве личной неприязни. Андрею не отказывали в пище, всегда давали место у костра. Виха в принципе он мог винить лишь в том, что тот пообещал его убить, если он попробует подняться на палубу. Но он же не рискнул попробовать, даже не переспросил позже. Ему не приходила в голову мысль, что Вих может со временем простить, отойти. Скорей всего, Андрею понравилось ненавидеть Виха.

Между тем объективно у бурлаков причины быть недовольными начальством отсутствовали. Вих ел с ними у одних костров, общался запросто, только спал отдельно, в каюте. Причём, молодому парню, полному желаний, сон в комфорте и относительном уединении стоил немалых душевных сил и постоянно увеличивал силу духа. Он не мог преодолеть смущения перед демоном и предпочёл бы сон на палубе под открытым небом, где желания сами бы отступали.

Однако Вих вовремя обратил внимание на молодых парней, что стояли у руля ночью. На лицах их заметны были побои. На расспросы они ответили, что Ник и Жора, спящие на палубе, их пальцем не тронули, просто им не спится, вернее, не дают уснуть. Особенно ночью.

Вих не был готов стать с народом настолько близок, предпочёл и далее развивать силу духа в отдельной каюте, а с парнями в данном вопросе проявил человечность. Утром оставил ребят отдыхать, засчитал им смену у руля, бригаде предстояло тянуть судно без них из-за чьей-то неугомонности.

После этого случая к нему подошли несколько парней с просьбой перевести их в ночную бригаду, за двое суток перестановками состав оптимизировали, и подобных казусов более не возникало. Однако возмутились Ник и Жора, они не могли стоять у руля круглосуточно! Вих решил назначить рулевых отдельно. Из трёх бригад по жребию выбрали по одному человеку. У руля стояли по двое, они сам определяли очерёдность.

Жору, Ника и орка Гронга Вих назначил капитанами и начальниками охраны. То есть один отдыхает, другой следит за курсом, третий командует дозорными. Никто не спросил, что же будет делать сам Вих. Он регулярно снабжал всех свежей дичью, а вскоре дело дошло до более серьёзных трофеев.

Вих взял луком первую кровь, оружие признало его. Вих получил навык «лук» и смог нарастить характеристику «меткость», не сомневаясь, что это ему понадобится уже в ближайшее время».

Я закрыл книгу с пламенными ушами. Чёрт! Книга без ушей, конечно. Я закрыл книгу, пламенея ушами. М-м-м, батя советовал избегать причастия. Попробуем переставить слова. Я с пламенными ушами закрыл книгу. Вот теперь пойдёт.

Взялся, знаете ли, принять участие в написании собственной книги про себя. Мороки, доложу я вам! Вот как с этими ушами, а ещё повторы, кому-то не нравятся «были», потом всё должно было происходить в одном настоящем времени, а что я потом подумал в будущем, будет как бы в будущем... тьфу, зараза!

Но что делать-то остаётся? Я б ни за что никогда не написал, каково одному в каюте ночами качать силу духа, и про то, как увидел у руля парней. Ну, кому какое дело до бурлаков? Однако, пожалуйста, в книге нарисовались эти чёртовы буквы. Написать, что всё неправда? Так ведь правда же! Вырвать страницу? Известно, что ничего хорошего это не принесёт.

Приходится как-то выражать отношение в литературной форме, написал про пылающие уши в том смысле, что мне было неудобно это читать. Может, так и надо было написать, что было стыдно? Не, нужно образно, художественная ведь литература.

И не только уши у меня пламенели, кое-где рефлекторно поджималось, так не понравилось мне последнее предложение о моей уверенности, что мне понадобится лук и меткость в ближайшее время. Последний раз, когда в книге появилась запись о том, что я к чему-то готов, меня в лесу чуть эльф с орком не отымели. Так что да, прочитав такое, уже не сомневаюсь.

Кстати, открыл для себя интересный феномен – мысль, изложенная письменно, может нести новые смыслы. Даже ошибки имеют смысл, как с теми же ушами. Установил я это случайно, опытным путём. Укреплять силу духа перед сном оказалось легче всего, отвлекаясь на что-нибудь другое. Занялся дневниковыми записями и обнаружил, что, уже когда думаешь, как изложить события и мысли на бумаге, обдумываешь их с разных сторон, а потом ещё и когда перечитываешь, что-то открывается под неожиданным углом. И вдобавок к общей пользе занятия эти усиливают интеллект, ну и сила духа растёт.

Вот дневник перед сном, а официальная как бы книга, когда Настя сообщает, что появилась новая запись. Она это как-то чувствует, у неё обостряется любопытство. Последний кусочек появился утром. Сделали мы с Настей зарядку, она и сообщила до того, как я на берег ушёл.

Прочитал, погрустил, написал про то, что мне стыдно. Закрыл книгу, убрал в стол и отправился на берег. Сначала, как я их прозвал, огненные процедуры. Балуемся с огоньком, жжёмся. Малыш растёт, ему мало костров, но пока толком не разгуляешься. Судно жечь рано, лес жалко, вот придём в посёлок, поглядим.

После огненных процедур водные, купаться, пока каша варится. Завтрак, и в лес неспешным шагом. Сдерживая предвкушение. Ну, не поймёт народ мага, бегущего вприпрыжку в лес. Разведчики и охотники ходят степенно, как бы нащупывая ступнями поверхность, что в мягких сапожках выходит очень естественно. Особенно после того, как пару раз напоролся на острые сучки. Развалились всё-таки кроссовки, подошва отвалилась.

Вот в самом лесу хоть на голове ходи, просто уже незачем. Последнее время мне там как-то по-домашнему покойно, уютно. Как на большой картинке в книжке про Шерлока Холмса, что была у меня в детстве. В замке у пылающего камина в кресле сидит джентльмен, рядом лежат его собаки, а в углах зала таится мрак.

Все сразу – Тьма, огонь, белый дог собственная душа, а пятнистый – дух лука. Дух эльфа в принципе не отличается от человеческого – тоже не говорит, болит, радуется, ничего не видит, только чувствует. А я всегда хотел не просто собаку, а много, ну, больше одной. Установил я контакт с духом, не могу сказать, как, это трудно описать.