Виктор Стогнев – Джонни и «Зов предков» (страница 39)

— Якобы? — удивился Та-ну.

— Обычная история. Полицейские нахватали подозреваемых, а когда оказалось, что была простая драка, сфабриковали дело. Но главное в том, что фургон, в котором застрелили Эдди, в день «нападения» угнали от бара. И наш информатор в полиции сообщил, что капитан Ха-на на таком же фургоне отвёз некоего молодого человека на сборный пункт, чтобы выдать его за своего сына.

— Интересно, — в глазах господина загорелись жёлтые огоньки.

— Ещё интересней описание парня — конопатый, лопоухий, среднего роста…

— Тот самый засранец, что сунул Эдварда головой в мусорный бак???

— Вероятно, — сыщик осторожен, — но скорей всего он сейчас служит под именем Джона Ха-ня.

— И где он? — зло процедил Та-ну.

— А вот это очень интересно, — оживился детектив, — вы знаете, что штаб сгорел. Но мобилизационные предписания восстановили по солдатским книжкам. В армии Джон Ха-ня не числится. Есть только одно объяснение — он до пожара перевёлся в жандармерию.

— Бродяга в жандармерию??? — не поверил босс, — скорее дезертировал во время пожара.

— А зачем? Ведь он официально — сын капитана Ха-на! Кстати, настоящий его сынок — то ещё чудо. Укурок и отморозок.

— Ну, это осложняет дело, — задумался Та-ну, — но я его достану.

— Увы, босс, это труднее, чем вы думаете, — осторожно сказал Грегори, — вы же знаете, что жандармы чистят развалины. Не все подходят для этой работы. Нам сообщили о командире отряда чистильщиков — капрал, зовут Джон, конопатый, лопоухий, среднего роста…

— Но он же вылезает из развалин? За ним можно проследить, с кем он общается? — Тану теряет терпение.

— Господин Та-ну, вы здесь, в офисе, а они там на одной территории с бандой вооружённых головорезов, — пытается быть понятным Грегори, — знаете, сколько солдат пропадает за одни только сутки?

— Тогда зачем ты мотал мне нервы, рассказывая об этой сволочи? — обозлился босс.

— Я вынужден вернуться к дружку Эдди, — потупившись пробормотал сыщик, — он признался, что ваш сын сидел на стимуляторах. У него в юности были комплексы из-за внешности…

— Да, тощий, прыщавый мой гусёнок, — тепло проговорил босс, — я ж ему говорил — отдерёшь тёлку, и всё…

Господин Та-ну запнулся под внимательным, сочувствующим взглядом сыщика.

— Эдди начал с приёма гормональных препаратов, — сказал Грегори, — в конце на стимуляторы уходили почти все его деньги. Препаратами его снабжал некий эмигрант Че-на. И босс…

— Что ещё?! Мало того, что он пи… э… — закашлялся Та-ну.

— Да. Он принудил этого Че-на гнать тяжёлую дурь. Фактически похитил его сына…

— Мой сынок толкал дурь от себя? — не поверил босс, — да как бы он смог?

— Он вёл дела с обитателями руин через кого-то из ваших парней. После бэмса на сборном пункте уже не узнать с кем, но! — сыщик поднял указательный палец, — сын Че-на пропал, сам эмигрант скрылся. Сразу после гибели Эдди.

— Это они, — прорычал Та-ну, — эти косорылые ублюдки заказали Эдварда! Этой конопатой, лопоухой сволочи! И я не хочу знать, как он это устроил, мне достаточно знать, что это он! Вы можете найти эмигранта?

— Вряд ли, — пожал плечами сыщик.

— Вряд ли сможете найти узкоглазого в Такии? — удивился Та-ну.

— В некоторых городах Такии узкоглазые населяют целые кварталы. У них там общества помощи переселенцам, — терпеливо объяснил сыщик, — эмигрант может назваться любым именем, и ему дадут койку, чашку риса и посильную работу. И помогут оформить разрешение на трудовую деятельность. Не зная его псевдонима, эмигранта там не сыскать. А перевернуть все такие кварталы не под силу даже гвардии. Увы, босс.

— А его сын может знать, где искать папашу? — улыбнулся Тану, — должен сука знать, раз они к этому готовились. Найдите его!

Внезапно зазвонил телефон.

— О, парни спешат похвастаться, — довольно проворчал босс, снимая трубку, — алё! Ну, что ты орёшь? Говори толком…

Финальная серия

После трудов праведных Джонни ужинал в гордом одиночестве. Его немного тяготила роль командира — порой за день он говорил больше слов, чем за месяц во времена своей юности. И Джон буквально зубами вцепился в своё законное право хотя бы поесть молча. Ребята уже хорошо усвоили, что в эти редкие моменты командира лучше не тревожить. Потому приход Карла Джонни даже не раздосадовал, скорее удивил. Уж его старый друг должен понимать! Но Карл, не желая ничего понимать, сел за стол напротив Джонни, поставил на столешницу локти, и, положив подбородок на ладони, задумчиво уставился на Джона. Джонни с чувством неловкости приготовился к неприятному разговору, видимо, у Карла накопилось важных, личных вопросов. Джон со вздохом отложил ложку и вопросительно взглянул на Карла, но он как не заметил взгляда. Подождав, Джонни снова вздохнул, взял ложку, и Карл, наконец-то, заговорил, сразу перешёл к главному:

— Как ты думаешь, почему я хотел тебя убить?

Джон без эмоций работал ложкой. Завязочка, конечно, интересная, но это только завязка.

— Мы перестали тебя понимать от слова совсем. — Выдержав паузу, ровным тоном заговорил Карл. — Мне с самого начала было трудно тебя понять. Ты выручил моего брата. Спас Дэна. И ничего не потребовал для себя. Хорошо, ты получил жандармерию — пусть тебе всё это просто нравится.

Карл покачал головой с таким лицом, будто говорил о половых извращениях.

— Пусть, но ведь у тебя всё было — деньги, приключения, друзья, — с горечью говорил Карл. — Зачем тебе охота на крыс? Зачем тебе дезертиры? Зачем тебе эти наркоманы, будь ты проклят, нахрена ты сам стал наркоманом???

— Это не наркотик, — проговорил Джон, пережёвывая тушёное мясо, — я так и не испытал ни малейшего кайфа.

— Тем более, нахрена??? — воскликнул Карл. — И… да, ты тоже виноват, но сволочь Та-ню порвал я. И я хотел тебя убить. Так выдай меня, и дело с концом! Нет — ты ввязался в войну с гангстерским кланом. Ты хоть понимаешь, что это война на уничтожение?

Джон кивнул, сосредоточенно вычищая ложкой остатки тушёнки.

— С твоими деньгами и в развалинах можно хорошо устроиться! — задушевно проговорил Карл. — Господи, да ты и без денег устроишься где угодно! Ты сам сказал, что крысе-разведчику никто не нужен, так почему ты ещё здесь???

— Всё ещё смешнее, дружище, — рыгнув, улыбнулся Джонни, — кофе будешь? Тогда запали керосинку, поставь чайник.

Карл механически выполнил просьбу Джона, ожидая продолжения.

— Представляешь, я ушёл из стаи, из родного города, чтобы никогда, — Джон горько усмехнулся, — никогда не возвращаться в развалины.

Карл присел на стульчик, начало было многообещающим.

— В родных развалинах среди крыс, ты не поверишь — меня ни разу не унизили, — тихо говорил Джон, — и я ушёл в армию, чтобы больше не видеть этих сволочей — Та-ню, Че-на.

— Ха-ха-ха! — не выдержал Карл. Джон с улыбкой подождал, пока он насмеётся.

— Давным-давно я жил в большом, прекрасном мире, с мамой, — грустно заговорил Джон, — но мама ушла, и мир стал неправильным. Он стал неправильным везде, я понял это здесь, в этих руинах. Нет смысла бежать от него, его нужно исправлять.

Карл удивлённо воззрился на Джонни.

— Правильным мир делают правильные люди правильными делами, — ровным тоном продолжил Джон. — Убить сволочь Та-ню — правильно. И спасти Брюса правильно. И помочь своим ребятам, Люси… и уничтожить клан Та-ну будет правильным.

— Блин! — Обалдел Карл. — Я вижу, что ты действительно в это веришь! Ну, хоть что-то стало проясняться, всё спокойней будет жить.

Джон стеснительно улыбнулся другу.

— Тогда давай-ка под кофеёк, — сказал Карл, наполняя кружки кипятком, — обсудим наши правильные дела. Я должен пройти курс «Зова».

Джон сосредоточенно размешивал кофе, будто не расслышал.

— Смотри, — пустился в объяснения Карл, — Чен считает себя мне обязанным. Если я пройду курс, кем он будет, когда я сдохну без дозы? Придётся Брюсу поискать папу.

Джон лишь сдержано кивнул. Он не стал говорить Карлу, что это подобно смерти. Зачем?

— Хорошо. Через три дня начнёшь, — проговорил он, — если я выживу после финальной серии. Просто, если не выживу даже я, вам тем более нечего ловить.

— Ладно, — Карл настроился было на спор и слегка растерялся, — а что с Та-ну? Теперь нужно ждать подачу с их стороны.

— Не нужно, подача всегда будет у нас, — пробурчал Джон, — дружище, используй свои наработки и купи бар «Икота Бегемота».

— Гм, в принципе, нетрудно и не дорого, но зачем? — недоумевает Карл.

— Давненько там не был, соскучился, — широко улыбнулся Джон, — как думаешь, меня ещё не забыли?

— Ха-ха-ха!!! — до Карла дошло.

За день до финальной серии Джонни решил просто погулять. Нельзя было далеко отходить от «особняка» — в тот день ему предстояло получить четыре инъекции. Курс уже летел галопом, препарат в цепочке метаболизма превращался в сильнейшие нейротоксины, действие которых блокировалось новыми дозами «Зова предков». Дозировка увеличивалась, промежутки между инъекциями сокращались. Последний укол серии должен его убить — клиническая смерть — обязательный этап курса. И сама его суть — воин сознательно идёт к неминуемой гибели, это его изначальный выбор навсегда, вне зависимости от результатов программы. Так Джону объяснил Цербер. Ведь «Зов» можно принимать по чуть-чуть всю жизнь, как это делает почти все соотечественники Эрхуфа. И «Зов» намного облегчает их жизнь, иначе невыносимую из-за бомбардировок, непосильной работы, просто бесконечной войны. Но лишь воин ищет в «Зове» не облегчение, а обречённость — выбирает бой до смерти навсегда.