Виктор Степанов – Битва за Норд-Ост (страница 35)

Свидетельствует участник событий.

Алексей Кукушкин, полковник ВДВ в отставке:

«Операция началась в 19 ч 30 мин по сигналу “Шторм-333”, переданному по радио и обозначенного взрывом большой силы на центральном телеграфе, который разрушил все кабельные линии, в том числе и международные, оставив Кабул без телефонно-телеграфной связи.

Основными очагами боевых действий стали: дворец Амина, комплекс зданий генерального штаба, здания радио и телевидения Кабула, в центре города — штаб армейского корпуса, тюрьма в Пули Чархи, а в Баграме — зенцтный и авиационный гарнизоны. Были сомнения относительно возможности блокирования афганского десантного полка в крепости Бала-Хисар и частей двух пехотных дивизий на окраине Кабула»[116].

Операцией по захвату дворца Амина руководил полковник КГБ Григорий Бояринов. Ему подчинялись: две спецгруппы «Зенит» и «Гром» в количестве 52 человек. И, кроме того, Бояринову были приданы 9-я рота десантников капитана В. А. Во-сторина со взводом ПТУР 345-го опдп и «мусульманский батальон» майора X. Т. Халабаева.

Противостояло советским подразделениям 4 батальона дворцовой охраны и личная гвардия Амина, порядка 1,5 тыс. отъявленных головорезов.

Свидетельствует участник событий.

Яков Семенов, группа «Зенит»:

«В 18.45 за полчаса до сигнала о штурме для всех подгрупп, работавших по другим объектам, наша колонна из трех БТР двинулась к дворцу. Четвертый БТР отстал по непонятным причинам.

Когда по броне застучали пули от ДШК, стало ясно: игры кончились, началась война. Я шел на первой машине. Мы успели проскочить. Второй БТР подожгли. Борис Суворов погиб, почти все ребята получили ранения. Выскочив из БТР, мы вынуждены были залечь. Ад стоял кромешный! Наша “Шилка ” бьет по дворцу, снаряды отскакивают от стен, как резиновые. На наши, кстати головы. Из окон "поливают ”. Трудно сказать, сколько пролежали, прижавшись к земле, может быть, всего несколько секунд, а показалось — вечность. Наконец "Шил-ка ”  подавила афганский пулемет, и мы бросились к входу в здание. Там встретились с подгруппой Миши Романова. Вместе с ним буквально проскочили ошеломленных охранников и ворвались внутрь здания. Не задерживаясь на первом этаже, кинулись на второй. Из 52 человек, начавших штурм, на второй этаж поднялись только шестеро: Виктор Анисимов, Сергей Голов, Виктор Карпухин, Эвальд Козлов, Саша Плюснин и я. Затем подключились Карелин Саша и Курбанов Нурик. Атака продолжалась. Бросок гранаты прямо по коридору, автоматная очередь, перебежка и снова: граната, очередь, перебежка <… > Из одной комнаты неожиданно раздался женский крик: Амин! Амин!” Все стало ясно… Я доложил по радио руководству: “Главный — конец. Имеем потери. Что делать?” В ответ поступила команда: “Отходить ”. С начала штурма прошло 45 минут»[117].

В ходе штурма дворца Амина погибло 12 человек, среди них «зенитовцы» — Григорий Бояринов, Борис Суворов, «громовцы» — Дмитрий Волков, Геннадий Зудин, а 38 человек получили ранения. Операция, по меркам профессионалов, была проведена уникальная: скоротечная, дерзкая, четко спланированная, без задействования большого количества живой силы и боевой техники.

Ликвидация афганского лидера, неугодного советскому режиму, прошла успешно, но боестолк-новения в городе продолжались. Подразделения десантников и 7 спецгрупп «Зенита» захватывали другие объекты: здания Генштаба, КАМ (военная контрразведка), полиции, тюрьму, почту, телеграф, телецентр.

Свидетельствует участник событий.

Глеб Толстиков, группа «Гром»:

«После взятия резиденции Амина, когда увезли убитых и раненых, мы ночь еще воевали. Утром все стихло.

Удивительное было утро: свежее, ясное, воздух такой, что дышишь — и надышаться не можешь. А главное, все поверили в то, что кончился этот кошмар.

Я вышел из дворца, встал у колоннады, щурился на солнышко. Вдруг — очередь. Резко, пронзительно — та-та-та! Офицер, молодой парнишка, не помню — десантник он или из «мусульманского батальона» — схватился за живот и падает, гаснет. И не понять, откуда стреляли. Я подхватил его, паренька перевязали, отправили в медсанбат. Не знаю дальнейшую его судьбу, хочется верить, что выжил.

Вот таким я запомнил то утро — первое утро афганской войны…»[118]

Общие потери советских подразделений в ходе боевых действий 27 декабря 1979 года в Кабуле составили: убитыми — 18 человек, из них 8 спецназовцев и 10 десантников, ранеными — 57 человек, из них 37 бойцов спецназа и 20 десантников. За мужество и храбрость, проявленные в бою, полковник ГРУ Владимир Колесников, спецназовцы Виктор Карпухин («Гром»), Эвальд Козлов («Зенит») и полковник КГБ Григорий Бояринов (посмертно) были удостоены звания Героя Советского Союза.

После завершения операции «Шторм-333» группы «Гром» и «Зенит» были отозваны в Москву. Бойцы «Грома», как специалисты по борьбе с террором, сразу же включились в мероприятия по обеспечению безопасности при проведении летних Олимпийских игр в Москве. В свою очередь, «Зенит» был расформирован, но его действия в Кабуле ускорили создание группы «Вымпел». Правда, до этого момента в Афганистан будет направлен разведывательно-ди версионный отряд «Каскад» в составе почти тысячи резервистов, прошедших спецподготовку на Курсах усовершенствования офицерского состава, но уже весной 1983 года «ку-осовцев» сменит отряд «Омега», состоящий из бойцов Группы специального назначения КГБ СССР «Вымпел».

О том, как создавалось легендарное подразделение, свидетельствует генерал-майор Юрий Дроздов, вто время начальник Управления «С» Первого главного управления КГБ СССР:

«31 декабря 1979 г. я и Вадим Алексеевич Кирпи-ченко в присутствии начальника разведки Владимира Александровича Крючкова докладывали Председателю КГБ Юрию Владимировичу Андропову о нашем участии в афганских событиях. После окончания беседы я сказал о том, что нужно уже сейчас, оценивая этот опыт, подумать о формировании специального кадрового подразделения в системе КГБ. Юрии Владимирович посмотрел на меня, не ответив ни слова. В середине января произошла очередная встреча. Я уже пришел с бумагой, в которой была изложена идея создания «Вымпела». В течение 1980 г., после неоднократных обсуждений, согласований в правительстве и Политбюро руководство КГБ согласилось с необходимостью образования такого спецподраз-деления.

На состоявшемся 19 августа 1981 г. закрытом совместном заседании Совета Министров СССР и Политбюро ЦК КПСС высшее руководство страны приняло решение о создании в Комитете государственной безопасности СССР совершенно секретного отряда специального назначения для проведения операций за пределами СССР в “особый период”.

Его первым командиром стал участник штурма дворца Амина Герой Советского Союза капитан 1-го ранга Эвальд Козлов. Потому и назвали отряд «Вымпел», по ассоциации с адмиральским брейд-вымпелом на мачте. Официальное же наименование было скучное — Отдельный учебный центр КГБ СССР.

Таким образом, “Вымпел ” создавался на основании решения Совета обороны страны для выполнения заданий за рубежом. Гэсударство, используя хотя бы одного человека из этого подразделения, должно было возлагать на себя — и возлагало — очень высокую ответственность. Приказы о проведении операций мог отдать только Председатель КГБ, и только письменно.

После того, как решение о формировании “Вымпела ” было принято окончательно, передавая мне бумаги, Юрий Владимирович Андропов сказал: “Ну вот, на! Работай, создавай! И чтоб равных им не было!”»[119]

Первоначально в штаты создаваемого подразделения приглашали только офицеров (впоследствии появились и прапорщики). Желающих было много, но из сотни кандидатов оставался лишь десяток человек, остальные отсеивались. При наборе людей самые жесткие требования предъявлялись к состоянию здоровья, психологическим качествам, знанию иностранных языков. Среди «вымпеловцев» многие имели по два-три высших образования, а 90 процетов сотрудников в совершенстве владели иностранными языками.

Одновременно с созданием группы формировалась и учебная база. Анализировался и обобщался опыт разведывательно-диверсионной деятельности в годы Великой Отечественной войны и «предшествующих войн, опыт боевой подготовки в наших военных, армейских подразделениях специального назначения, опыт наших противников — американцев, англичан, израильтян, западных немцев. Создаваемые на этой основе учебные материалы подкреплялись данными, которые поступали от агентуры, осуществлявшей своеобразное наблюдение за специальными объектами противников на их территории. Это позволяло учитывать требования уставов, цели и задачи, методы проведения операций, наставления наших противников, действующих за рубежом, втом числе и против нас. Выбиралось и отрабатывалось все ценное. На полигонах и учебных базах отшлифовывались наши программы»'[120].

Боевая подготовкаличного состава группы проходила на учебно-тренировочной базе в Балашихе — одной из старейших в стране, где кадры для спе-цопераций готовили с 1936 года.

В 1984–1985 годах прошли первые учения «Вымпела». В Белоруссии диверсанты «вывели из строя» железнодорожный узел Калинковичи и «взорвали» нефтеперегонный комбинат вместе с караульным помещением ВОХРа, к дверям которого прикрепили одну из 20 «заложенных» мин. Успешные учебные операции также были проведены на Ярославском заводе синтетического каучука, Армянской АЭС, Ленинградской АЭС и Читинской ТЭЦ.