Виктор Стасевич – Плетущий небылицы (страница 6)

− Вот это смак! − потрясённо проговорил ротан, укладываясь в кровать и закрываясь большим лёгким, но очень тёплым пуховым одеялом. Прикрыв глаза, он спросил скрыгу: − Тяй, ты не знаешь, может, мы умерли и находимся в раю?

− Точно ответить не могу, − сказал скрыга.

− Ничего подобного, − прозвучал хриплый голос кошки, − в раю на каждом углу висят сосиски и реки наполнены парным молоком, а в озёрах из сливок плескаются жареные караси.

− Откуда знаешь? − удивился ротан.

− Сама видела.

− Это когда же?

− В морозильнике, когда засыпаешь, не то ещё увидишь.

− А, понятно.

− Ничего тебе не понятно, − сказала кошка, после этого прыгнула на кровать к ротану и добавила: − Мог бы подвинуться, ишь распластался как черепаха на помоле.

− Каком помоле? − изумился Пупырь, невольно отодвигаясь на край кровати.

− На морском.

− Тогда на моле.

− «Моле» пишется через букву «р», − сворачиваясь в клубок, проговорила кошка.

− Вот как с ней спорить? − обречённо спросил ротан, завернулся в одеяло и засопел.

Скрыга долго не мог уснуть. Он наслаждался уютом, покоем, слушал ровный гул двигателей и потихоньку заснул. В этот раз он не успел досмотреть свой сон, как проснулся от неожиданного грохота. Скрыга сел, огляделся, вроде всё было неизменным, в салоне слабо горели светильники, ротан и кошка спали, но что-то же прогремело? И тут он увидел, что плюшевые шторки раскачиваются, дирижабль мотало. Он почти не слышал звука моторов, за окном гудело, шумело и дождь бил по обшивке. Так вот в чём дело − они попали в дождь. Тут же сверкнула молния, и сразу же так громыхнуло, что задрожал слабый свет. Скрыге показалось, что весь мир вокруг потяжелел и основательность корабля была мнимой. Весь дирижабль наполнился отчаянными звуками старого корабля, скрипом, скрежетом и дрожью стенок, а периодическое чихание двигателей звучало как просьба о помощи. Тяю стало страшно, и он, как в детстве, накрылся с головой одеялом. Неожиданно с хлопком открылось окно, и в пассажирский салон хлынул холодный воздух с беспорядочными брызгами дождя. Тяй уже собирался встать, как в окно влетела лохматая грязная тряпка и тяжёлым комком рухнула среди кресел. Скрыга вскочил, поёжился и подбежал к открытому окну, его окатило водой, а когда он взялся за фрамугу, полыхнула молния. Резкий гром ударил по барабанным перепонкам, и Тяй на какое- то время потерял слух. Он никак не мог совладать с защёлкой и, видимо, так и простоял бы всю ночь, удерживая окно, если бы не подоспевший мехлин. Тот быстро дёрнул на себя замок, после чего сильно ударил по окну, оно тут же закрылось. В салоне стало тихо, струи дождя беспощадно били в дирижабль, и его раскачивало как корабль в шторм. Неожиданно дождь прекратился и ветер сник, но тут же снова ударила молния и двигатели резко остановились. Тишина наполнила всё вокруг и иллюминаторы стали наполняться зеленоватым светом. Тяй невольно прислонился к стеклу и увидел, что все конструкции дирижабля светятся. Неровный зеленовато-синий свет мерцал на тросах, отсвечивал на крепёжных болтах и мерцающей волной окатывал корпус одного из двигателей. Тяй не мог отвести взгляда от такой фантастической картины.

− Огни танцующего Вальмана, − слова мехлина прозвучали так резко, что скрыга вздрогнул. − Кое-кто его считает святым, а по мне, обычный пьяница, разливший священный напиток-патоку, вот она и налипает на корабли, особенно после молний. Теперь установится хорошая погода.

− А что с двигателями, они сломались? − обеспокоено спросил скрыга.

− Наверное, грозой пробило обмотку, но ничего, пока поболтаемся на ветру, а там и починим, не впервой.

− А капитан знает о поломке?

− Вот ещё, он, как только началась гроза, пошёл спать, всё по расписанию, его никакие передряги не свернут от графика. Да и в самом деле, ничего необычного не стряслось, − пожал плечами Зира. − Ложитесь и вы, завтра по светлому разберёмся.

Скрыга устало опустился в ближайшее кресло и, повернувшись в сторону ротана, к своему удивлению, увидел, что тот так и спит с кошкой.

− Вот надо же, − только и смог он прошептать. Потом поднялся и поплёлся к своей кровати, но не успел он к ней подойти, как почувствовал, что кто-то смотрит на него. Тяй никогда не мог объяснить, почему он чувствовал чужой взгляд. Когда на него кто-то пристально смотрел, он всегда ощущал неловкость, будто его уличили в чём-то неприличном. Вот и сейчас было такое ощущение, что он стащил в булочной старый засохший кекс и стоит в недоумении, зачем ему этот сладкий сухарь, не говоря уже о скверном поступке, совершённом им, но не по своей воле. Скрыга поёжился, посмотрел по сторонам, но так ничего и не заметил. Он уже собрался идти дальше, как увидел развязанный шнурок на своём ботинке, наклонился, чтобы завязать его, и буквально упёрся взглядом в два испуганных глаза, блестящих под креслом. Тяй медленно поднялся, немного постоял и вновь опустился на корточки, теперь глаза не только блестели, но ещё и судорожно бегали из стороны в сторону. Под взглядом Тяя они остановились, и хриплый голос спросил его:

− Воды не найдётся?

− Сейчас, − поспешил Тяй и облизнул пересохшие губы, он тоже неожиданно захотел пить. − Минутку подождите – кажется, в шкафу есть минеральная вода.

− Пойдёт, − согласились два глаза, − но только быстро, а то пересохну и буду как прошлогодний пряник без начинки.

− Не торопитесь, сидите спокойно, − зачем-то сказал скрыга, поднялся и как сомнамбула побрёл за минеральной водой. Он подошёл к шкафу, с трудом открыл его створки и долго копался, пока не увидел пластиковые бутылки. Найти стакан ему не удалось, и он решил отнести бутылку с водой. Подойдя к креслу и заглянув под него, Тяй не увидел глаза незнакомца и уже подумал, что молния наслала на него всякие видения, как услышал хриплый голос, но уже из-под другого кресла: − Я не там, ты что, своей памятью не владеешь?

− А? − завертел головой скрыга.

− Смотри налево и вниз, − строго приказал голос.

Скрыга ещё немного повертелся под шипящие замечания неизвестных глаз и наконец вновь их увидел. Он подошёл к креслу и сунул под него бутылку с водой.

− А что, стакана не было?

− Знаете, милейший, − внезапно вскипел Тяй, − я вам не стюард и не намерен обслуживать наглецов.

− Это хорошо, что не стюард, − заметил хриплый голос. − Кстати, вы его не видели?

− Кого?

− Стюарда.

− Видел, но он ушёл и будет только утром. Позвать?

− Ни в коем случае, − испуганно засуетился голос, и его хрипота испарилась как прошлогодний снег.

− Если не хотите, чтобы я его позвал, то, по крайней мере, могли бы показаться, а то как-то слишком занятно разговаривать с призраками, рождёнными молниями.

− Я не призрак, − сказал голос, потом закряхтел, и из-под кресла вылез грязный попугай с обгоревшим хвостом. Он поднялся, взял бутылку и вылил в тарелку, после чего опустил клюв в воду. Тяй невольно посмотрел на спящего ротана, но тот даже бровью не повёл, настолько был поглощён просмотром очередной серии снов. А попугай оторвался от воды и, пытаясь изобразить изысканные манеры, поклонился Тяю. Затем дёрнул головой, словно стряхивая остатки сна, вежливо, но с достоинством произнёс: − Я тебе премного благодарен, о достойный из самаритян, ты не дал погибнуть путнику в безводной пустыне.

− Я бы не сказал, что она такая уж безводная. Только что прошёл сильнейший ливень, полдирижабля водой залило.

− Это не вода, а светопреставление. Знаете, мне так засветило молнией, что даже под потоком воды загорелся мой чудесный хвост. А вы даже не можете себе представить, что мой хвост – это достояние королевства.

− Неужели?! И какое же королевство осталось без столь ценного хвоста?

− Зря смеётесь. Когда узнаете о ценности моих перьев, особенно хвостовых, будете гордиться и рассказывать всем, какую услугу я вам оказал, приняв из ваших рук воду.

− Вот это поворот! − изумился Тяй и сел в кресло. − А можно поподробнее с этого места, вдруг я забуду.

− Пожалуйста, − невозмутимо пожал плечами попугай, − но прежде позвольте представиться. Попугай Джухли-Мухли Четырнадцатый, Пурпурный, царских кровей поставщик нежных пёрышек к опахалам, − он склонил голову и слегка скосил глаз на Тяя, оценивая произведённое на него впечатление, но, заметив, что скрыга невозмутимо восседает в кресле, вскинулся и с возмущением спросил: − Вы что, не слышали моё известное в широких кругах имя?! Вам не приходилось бывать при королевских и султанских дворах?

− Нет, − мрачно сказал скрыга. Этот пернатый начинал действовать ему на нервы.

− Ну и зря, − смирился попугай, − хотя знаете, может, даже и хорошо, что вы не придворный. Они такие зануды. Я столько наслушался всяких наставлений, что в мои годы – а хочу вам сказать, что прожил не меньше ста лет – я решил покинуть двор и отправиться в путешествие по странам и весям. Вы мне понравились с первого взгляда, поэтому не сочтите за грубость: а как вас зовут и куда вы следуете?

− Я скрыга по имени Тяй из Королевства пустых банок, округ Нижняя Балка.

− Очень рад знакомству.

− А следуем мы на Суханатру принимать стаю бабочек данай, нам нужно их препроводить через океан в далёкую страну Ахруку.

− Удивительно! − воскликнул попугай. − А можно мне присоединиться к вашей компании?

− Я, конечно, не против, но не знаю, как отнесётся к этой затее мой друг ротан.